Посланник русского искусства в Лондоне: умерла Анна Стоунлейк

Известие о внезапной кончине создательницы и главы лондонской галереи White Space потрясло всех, кто причастен к русскому искусству в Великобритании. Ее галерея в 2000-е была центром, куда приходили все, кому были интересны работы русских художников, и этот круг значительно расширился усилиями Стоунлейк. Она работала с перформансом, в том числе уличным, site-specific-проектами, была первой, кто показывал в Лондоне русский видео-арт и постсоветскую фотографию, и одной из тех, чьими стараниями лондонские музеи пополнились работами художников из России. Эксперт по русскому искусству, главный редактор издания о современной русской художественной сцене Russian Art Focus Джо Виккери отмечает, что для нее каждое посещение галереи White Space было неизменно обучающим опытом, в результате которого она открывала для себя новых, интереснейших художников. Культуртрегер, советник директора Эрмитажа Ник Ильин назвал Анну Стоунлейк человеком «с горячим и деликатным сердцем, религиозной и доброй, которой сложно было существовать в арт-мире».

Анна родилась в Ленинграде в 1973 году. В 1999-м она окончила Мухинское училище, в котором училась с перерывом на курс в Лондонской школе теологии в Университете имени Брюнеля. Вскоре после защиты диплома, почти совпавшей по времени с рождением ее первой дочери, Стоунлейк переезжает в Лондон, где через год совместно с Майклом Стоунлейком организует первую выставку художников из России, положив начало галерее White Space. Галерея в 2000-е годы была местом, куда англичане приходили смотреть «невероятное и потрясающее русское искусство», представленное Тимуром Новиковым и «новыми художниками» из Санкт-Петербурга, «Фабрикой найденных одежд» Глюкли и Цапли, а также москвичами Ольгой Чернышевой, Гошей Острецовым, Татьяной Антошиной и многими другими.

Название White Space («Белое пространство») было именем мечты, реализуемой с меняющимся успехом. В реальности галерея в первые свои годы располагалась в церкви Святых Петра и Павла рядом с Оксфорд-стрит, где для каждой выставки нужно было строить фанерные стены. Но были также и выставки в музеях, и в идеальных белых кубах престижных районов Мэйфейр, Виктории и Трафальгарской площади. Лондонская газета Tribune писала о выставке «Русский пациент» в Музее Фрейда, сокурированной Анной Стоунлейк совместно с Наной Жвитиашвили. Они произвели сенсацию перформансом Олега Кулика, который лежал на подлинной музейной кушетке Фрейда, подвергаясь анализу со стороны черной собаки. Собака, чьим хозяином был дворник музея, а также кушетка получили разрешение участвовать в перформансе благодаря выдающимся способностям Анны Стоунлейк договариваться с людьми.

Умение весело и вдохновенно убеждать и наводить мосты помогло ей быть главным источником при создании коллекции современного русского искусства в Музее Виктории и Альберта.

А также запустить карьеру Владимира Тарасова в Китае и продать работы Татьяны Антошиной Элтону Джону (при посредничестве Джея Джоплина, хозяина галереи White Cube). Она организовала первые показы фильмов Евгения Юфита и некрореалистов в Институте современного искусства (ICA) в Лондоне, а также выставки принтов Андрея Тарковского и Сергея Параджанова, сопроводив их публикациями со статьями ведущих критиков. Стоунлейк первой в Великобритании начала работать с фотографами из Литвы Антанасом Суткусом и Рималдасом Викшрайтисом, уговорив знаменитого британского фотографа Мартина Парра помочь с продвижением.

Страсть к курированию выставок, организации публикаций и печати книг, к открытию новых имен и продвижению молодых художников сочеталась в Анне Стоунлейк с безупречным вкусом и артистическим талантом. Она щедро делилась своими знаниями, предоставляя первую кураторскую работу тем, кто впоследствии стал заметным деятелем арт-сцены, как куратор берлинского Института современного искусства KW Надим Самман, курировавший основной проект V Московской международной биеннале молодого искусства, и художница Елена Попова. В последние несколько лет Стоунлейк много путешествовала по городам России, открывая новые имена.

Друзья помнят Анну Стоунлейк как веселого, талантливого, праздничного и доброго человека, любящего делать подарки и помогать всем по первому зову. Коллегам будет очень не хватать ее вдохновенных и смелых проектов.

Сара Уилсон, профессор Института Курто:

Аня Стоунлейк была моим дорогим другом, коллегой и куратором с богатым воображением и предприимчивостью, которая очень многому научила меня в моем постоянном стремлении изучать современное российское искусство. Мне особенно запомнился ее показ видео Ольги Чернышевой в великолепной церкви на Оксфорд-стрит, которая была, пожалуй, самым грандиозным пространством для галереи White Space. К моему удивлению, впоследствии она нашла место для своих показов в Mason's Yard (где располагается White Cube), а затем в замечательной галерее возле Трафальгарской площади, где выставила видеоскульптуру Владимира Тарасова, которую моя китайская студентка Юси Пан позже показала в Пекине. Она занималась с Алией Абыкаевой-Тизенгаузен, Елизаветой Бутаковой и Надимом Самманом, моими бывшими студентами из Института Курто, предлагая им кураторское обучение и расширяя их художественный кругозор. Я очень ценю ее онлайн-работу последних лет. Анна познакомила новую аудиторию с художниками, работающими в Санкт-Петербурге и за его пределами, особенно с женщинами и пожилыми художницами, которыми в основном пренебрегают. Мы вместе проводили время в Москве. Мы с Аней делим фамилию моей бабушки по отцу — Стоунлейк. Мир искусства будет скучать по Ане и по ее миссии, которая распространилась по всему миру, по двум десятилетиям счастливых обменов, в которых она была ключевым игроком в Лондоне.