Начинается неделя русских аукционов в Лондоне

С понедельника в Лондоне начнется летняя неделя русских аукционов. Хотя рынок русского искусства сейчас вялый, никто из традиционных участников от торгов не отказался и все в меру сил представляют топ-лоты.

Первым событием, предваряющим торги, будет вечер, посвященный памяти Джона Стюарта, легендарного эксперта и дилера, который вместе со своим другом экспертом Иваном Самариным возглавлял в конце 1980-х — первой половине 1990-х русский отдел Sotheby’s и ввел моду на русское искусство среди западных покупателей. Мероприятие проводит на своей площадке аукционный дом MacDougall’s (как это ни странно), на него соберутся все не чужие Джону Стюарту и русскому искусству.

В остальном программа русской недели в Лондоне такая же, как обычно, — почти. Аукционный дом Sotheby’s, который в последние годы устраивал не только дневные русские торги, но и специальный вечерний аукцион, более статусный и важный, от него отказался — кому же приятно получить на таких торгах едва половину суммы, на которую рассчитывал? Так случилось на предыдущей русской неделе в ноябре 2014 года. Теперь все работы будут проданы 2 июня с утра.

Прочее в календаре торгов осталось без изменений: начнется все с Christie’s, который 1 июня в две сессии распродаст живопись и прикладное искусство, потом вступит Sotheby’s, 3 июня поделят MacDougall’s и Bonhams. Свой третий аукцион современного искусства проведет и Максим Боксер. Как обычно, специальные мероприятия устроит Пушкинский дом, гнездо русской культуры в Лондоне, покажут русских художников некоторые галереи (самая большая выставка — Леонида Тишкова — в галерее Erarta).

Однако от ощущения тревожной тоскливости избавиться нелегко. Прошлая неделя русского искусства дала неровные результаты: несколько рекордных цен за лучшие вещи — и резкое сокращение спроса на все остальное. За истекшие с ноября месяцы стало ясно: застой на русском рынке надолго. В Москве количество торгов сократилось раза в три-четыре, уход хотя бы половины лотов на них теперь кажется величайшим достижением. Лондонские аукционные дома тоже страдают: почуяв снижение цен и спроса, продавцы отказываются давать на торги хорошие вещи, а те, кто их уже дал, забирают обратно. Ведь непродажа картины на публичном аукционе плохо сказывается на ее дальнейшей рыночной судьбе.

Так что в итоге единственная реально стоящая, во всех смыслах, вещь на ближайших аукционах — это «Волга под Юрьевцем» Алексея Саврасова. Полотно печальное по колориту и сюжету (изображены бурлаки, тянущие бечеву под сырыми облаками), зато по-настоящему музейного качества и важности. Работа выставлялась в Москве в 1871 году, получила положительные отзывы критики и публики, позже была известна искусствоведам по черно-белой фотографии и числилась во «французской частной коллекции». Настроение будущему покупателю может испортить разве что то, что картина появилась на арт-рынке в декабре 2014 года и была куплена на парижском аукционе Audap & Mirabaud за €939 тыс. (эстимейт был вообще крошечный, €70–90 тыс., парижские аукционисты явно не разобрались в предмете). Теперь ее продают на Sotheby’s, прибавив к цене миллион, — за £1,4–1,8 млн (€1,93–2,48 млн).

На обложку каталога Christie’s вынесен «Букет цветов в вазе на фоне моря», сезаннистская вещь 1916 года Ильи Машкова, на обороте которой сохранился набросок «Натюрморта с рыбами» (его окончательная версия хранится в Ульяновском областном художественном музее). При эстимейте в £400–600 тыс. картина выглядит привлекательно, но сложно надеяться, что он будет многократно превышен. Однако самая дорогая работа на Christie’s не Машков, а большой Айвазовский, «Американское судно у скалы Гибралтара» — несомненно, роскошная. Море, небо, свет теплый и холодный, кучка тонущих матросов, уцепившихся за мачту, — полотно более чем достойно тех £2,7 млн, которые были за него уплачены на торгах в 2007 году (этот рекорд цены на произведения Ивана Айвазовского держался пять лет). Вот только теперь, при нынешних скучных настроениях на арт-рынке эстимейт в £2–2,5 млн оно вряд ли превысит. Эта самая дорого оцененная картина на предстоящих торгах.

Маленький, но интересный блок работ Павла Челищева есть на Sotheby’s. Две гуаши поменьше, «Купальщики» (эстимейт £15–20 тыс. и £30–50 тыс.), и две побольше, из очень редкого испанского цикла (£150–200 тыс. и £170–250 тыс.). В каталоге Челищев позиционируется как «русский сюрреалист», но эти вещи показывают, как близок он был к русскому авангарду, а его «тройная перспектива» сродни исканиям Павла Филонова. Рисунки Челищева есть и на других аукционах; вообще в каталогах разных домов обнаруживается много параллелей.

Самый лучший пейзаж Ивана Похитонова теперь у Bonhams (£100–130 тыс.) — раньше главным по этому художнику был Christie’s. «Крестьянская женщина» Николая Фешина, ранняя и мрачная, русского периода у MacDougall’s (£800 тыс. — £1,2 млн) состязается с его же «Обнаженной» американского периода у Sotheby’s (£250–350 тыс.), а марокканский мальчик Зинаиды Серебряковой (Bonhams, £150–180 тыс.) — с ее же «Обнаженной девочкой» (£400–600 тыс.). Работы Николая Рериха представлены у всех домов, одна другой краше — вот только с покупателями на них, скорее всего, будет негусто.

Christie’s, Sotheby’s и Bonhams предлагают неплохой выбор прикладного искусства — без императорских яиц, конечно, но с обилием небольших изделий Фаберже, эмалями и фарфором. Последние несколько сезонов кто-то покупает, не жалея средств, хороший советский фарфор, поэтому интересно посмотреть, за сколько уйдет выставленная на Christie’s композиция 1938 года с папанинцами на льдине Натальи Данько (все персонажи обладают портретным сходством, от самого Ивана Папанина до двух его лаек и профиля Сталина на знамени; эстимейт £40–60 тыс.). Агитационная тарелка 1921 года с надписью на арабском «Пролетарии всех стран, соединяйтесь!» есть сразу у двух домов (забавно, что эстимейты различаются ровно вдвое).

MacDougall’s отдал часть коллекции работам художников «сурового стиля», впрочем не самым ранним; в тот же раздел включены картины Виктора Попкова. Интересно, что стоило одному коллекционеру проявить интерес к творчеству позабытого советско-белорусского художника Мая Данцига, как в каталогах торгов, словно по волшебству, возникло немало его произведений. Sotheby’s не побоялся выделить небольшой раздел под современное русское искусство: тут есть ранний, цветной Владимир Вейсберг («Натюрморт с утюгом», £60–80 тыс.), монохромные «Два моряка» Георгия Гурьянова, спрос на которого в прошлые сезоны был очень высок, фотографии Арсена Савадова и Бориса Михайлова.

За самое современное русское искусство теперь отвечает в рамках недели русских торгов аукцион Максима Боксера. Это уже третья попытка соединить тематическую выставку с торгами (предыдущие две были довольно успешными). Идея нынешнего проекта — собрать работы русских современных художников, влияние на которых оказали комиксы, мультфильмы и вообще любые «веселые картинки»; эстимейты на этих торгах, как и прежде, весьма скромные.