Богатые не плачут — они пресыщаются

На последнем этаже Мультимедиа Арт Музея демонстрируется полуторачасовой фильм Лорен Гринфилд «Одержимые успехом», в нем она объясняет, как и почему 25 лет занимается одной темой — богатством и излишествами. Еще на двух этажах можно увидеть серии фотографий, о которых в этом фильме рассказывается. Гринфилд не только фотограф-документалист — она считает себя и антропологом, изучающим природу вечного стремления людей к деньгам.

Денег — долларов — в ее фильме много. Их разбрасывают пачками, сжигают потехи ради, демонстрируют богатство домами — Версалем в миниатюре и Белым домом в копии (китайские новые богатые) — или драгоценностями (один из персонажей носит на себе 15 кг золотых украшений и бриллиантов). Деньги вкладывает в свою красоту бизнес-леди, потому что «людям нравится работать с привлекательными людьми», а ее работа — делать деньги. А шестилетняя звезда реалити-шоу «Малышки и диадемы» с килограммом косметики на мордочке на вопрос, чего она хочет, повторяет на все лады: «Денег, денег, денег!»

Но Гринфилд никого за тягу к деньгам не порицает — она только исследует природу влечения к ним, потребности иметь больше, чем необходимо. Для некоторых ее героев, биржевых игроков или заложников кредитов, дело может кончиться крахом, но большинство никакого наказания за стяжательство не понесет. Они живут в своих огромных домах, не помня, сколько в них комнат, коллекционируют ювелирные запонки и дорогие сумки («День, когда я купила свою первую сумку Louis Vuitton, был самым счастливым в моей жизни»), развлекаются («Как-то раз один из моих клиентов устроил денежный дождь на сумму в четверть миллиона долларов»). Деньги, очень большие деньги, не приносят богатым счастья, но и горя они не знают — просто пресыщаются обладанием. Беды — для бедных.

Еще одна тема фильма — телевидение, транслирующее жизнь богатых и знаменитых. Подросток перед камерой признается, что не знает имен своих соседей, зато может перечислить всех членов семейства Кардашьян. Объектом исследования Гринфилд становятся новые богатые в Китае и России. В капкан денежной зависимости, рассказывает она, попадают не только люди, но и целые страны и города. Например, Ирландия или Дубай, пережившие банковские кризисы. В общем, она раскрывает тему всесторонне и досконально.

Как честный ученый, Гринфилд начинает исследование с себя. Она вспоминает свои отроческие годы в Лос-Анджелесе, городе, где, как говорит один юный богач, бедных не бывает. Лорен ходила в престижную школу, но просила отца, чтобы он высаживал ее за квартал — никто не должен видеть, на какой скромной машине он ее привез. В школьные годы она никогда не была удовлетворена тем, что имеет. Но первые разочарования в профессии заставили ее измениться, найти важную для себя тему и собственный метод, которые и привели ее к признанию: публикациям в ведущих мировых изданиях, выставкам в главных американских музеях, наградам на кинофестивалях.

Гринфилд начала брать интервью у героев своих фотографий и делать серии на важные общественные темы. Первый ее фирменный проект «Время вперед», начатый в 1992 году, был посвящен американским подросткам, по-взрослому очарованным деньгами. Вот начало интервью с одним из них, умеющим оценивать праздник вступления во взрослую жизнь: «Каждый хочет, чтобы у него была самая классная бар-мицва. Мне повезло: у меня была просто потрясающая бар-мицва. Я дико сочувствую детям, которые не могут себе этого позволить. Обычно на празднование тратят от 15 тыс. (это очень мало) до 90 тыс.».

Темы, поднятые Гринфилд в последующих проектах: культ молодости и красоты, пластические операции, стремление похудеть, приводящее к анорексии, — постепенно теряют свою актуальность. И если комментирующий ее фильм психолог ужасается тому, куда катится общество, не в новом ли Риме периода упадка он живет, то сегодня можно его успокоить. Новые этические и эстетические взгляды, борьба с эйджизмом и навязанными стандартами красоты меняют наш мир к лучшему. Деньги, правда, не сдают своей власти над людьми.

Уставшим от серьезности проектов Гринфилд музей предлагает более веселые зрелища. Прежде всего выставку «Между воображением и реальностью» другой знаменитой американки — Сэнди Скогланд. Ее постановочные, сконструированные фотографии — яркие, смешные и безумные — радуют глаз и не грузят размышлениями о смысле жизни. Полным антиподом Гринфилд выступает на своей выставке, расположенной на первом этаже, Юлия Майорова, работающая для глянца и снимающая звезд в самых немыслимых ракурсах, часто заимствованных у корифеев и классиков fashion-фотографии. От приторности ее снимков избавляет вид, как всегда, жестких, ироничных до сарказма черно-белых картин с текстами Валерия Чтака. Название его выставки тоже радует: «Могло быть гораздо хуже».

Два этажа музея отдано довольно странному сочинению «Тень души, но заостренней чуть». Эта выставка была открыта еще в январе, к биеннале не имеет отношения, так что моду и стиль там искать не стоит. На ней собраны произведения художников-нонконформистов и созданные в карантинный год работы художников следующих поколений. Кураторы связывают их темой самоизоляции, замкнутости и отчуждения. В экспликации к выставке связь эта обозначена, а в экспозиции не прослеживается. Однако работы есть отличные, так что не стоит проходить мимо.