18+
Материалы нашего сайта не предназначены для лиц моложе 18 лет.
Пожалуйста, подтвердите свое совершеннолетие.
Пожалуйста, подтвердите свое совершеннолетие.
Пока Нью-Йорк сдает понемногу свои позиции в качестве главного мирового центра торговли искусством, Лондон и Париж спешат занять место лидера.
В книге Эпоха художественных ярмарок, вышедшей в 2008 году, испанский арт-критик Пако Барраган ищет ответ на вопрос, как ярмаркам современного искусства всего за несколько лет удалось в буквальном смысле заполонить весь мир. Все потому, пишет он, что ярмарки — плоть от плоти такого распространенного урбанистического явления, как urban entertainment center (или, как переводят его на русский, «торгово-развлекательный комплекс»). Поэтому совсем не удивительно, что борьба за звание самой успешной ярмарки современного искусства нередко идет бок о бок со схваткой за титул самого интересного города.
В сердце старой Европы именно такая битва идет уже не первый год: Париж или Лондон, FIAC или Frieze? Минувшим летом соперничество двух столиц развернулось с новой силой. В июле британское Управление национальной статистики опубликовало данные, продемонстрировавшие уверенную победу Лондона как самого посещаемого туристами города: с января по июнь 2014 года здесь побывало почти 16,5 млн человек; Париж со своими 7,6 млн оказался далеко позади. (Для сравнения, Москву за тот же период увидели всего 2,4 млн туристов.) Однако если по туристическим данным Париж в этом году и уступил Лондону, то, за кем останется ярмарочная победа, еще предстоит увидеть: 15—18 октября в Лондоне пройдет Frieze, а спустя неделю, 23—26 октября, в Париже — FIAC. Обе ярмарки могут похвастать параллельной программой и галереями-участницами; такой паритет — проявление глобальной тенденции, когда ярмарки постепенно теряют свои характерные черты, становясь все больше похожими друг на друга. А раз так, решающую роль в предпочтениях коллекционеров действительно могут сыграть только какие-то моменты антуража и атмосфера города. Туристы в мире искусства сильно отличаются от остальных: для них правила статистики не так строги.
С момента своего появления Frieze делала ставку на все самое актуальное и альтернативное. За десять с лишним лет ярмарка, конечно, заматерела: среди участников основного раздела теперь есть и Gagosian Gallery, и Gavin Brown Enterprise, и Spruth Magers — арт-рыночные тяжеловесы. Однако бессменные директора Аманда Шарп и Мэттью Слотовер стараются не терять задора и с помощью раздела Focus всячески акцентируют внимание коллекционеров и посетителей на новых галереях, где ценится эксперимент. Например, появившаяся всего три года назад и впервые участвующая во Frieze London шанхайская Leo Xu Projects устроит инсталляцию архитектурного коллектива Atelier Bow Wow из Токио. Токийские архитекторы вдохновляются спонтанными архитектурными формами и просто невеликого объема постройками вроде треугольного кафе на четырех посетителей, благо Токио с его вечной нехваткой места являет богатую среду для такого исследования, а дальше эти тесные интерьеры, каким, в частности, является и галерейный ярмарочный стенд, используются для создания небольших пространств общественного пользования.
Дух экспериментаторства на Frieze наиболее очевидно проявляется в ярмарочном разделе Projects. Иногда работы здесь не имеют никакой, даже косвенной, связи с коммерческими прогнозами и служат исключительно свидетельством текущего художественного процесса, как, например, будет в этом году с Disabled Theater, копродукцией хореографа Жерома Беля и швейцарской театральной компании HORA (представленный на Documenta 13 спектакль вызвал немало противоречивых отзывов, поскольку в нем заняты актеры с нарушениями психического развития). Притом ничто не мешает разделу Projects служить и отличной площадкой для коммерческих галерей, которые хотели бы продемонстрировать не вписывающиеся в ярмарочный формат работы художников. Так, Ник Маусс при поддержке 303 Gallery готовит по своим эскизам театральную сцену, где каждый день будут представлять новый танец (ведь и сама ярмарка с ее тысячами посетителей, бесконечными знакомствами и разговорами, по убеждению художника, есть своего рода подмостки социального танца), а Керит Ван Эванс, чьи эффектные композиции можно будет купить в галерее White Cube, приготовил кое-что специально для Лондонского зоопарка, что в двух шагах от ярмарочного павильона.
Парижская ярмарка вовсю использует достопримечательности города, помещая инсталляции и перформансы в самых живописных его частях. Например, совершенно невозможно удержаться от прогулки по Ботаническому саду, если там выставка скульптур, или по соседнему небольшому зоопарку, где художникам позволяется устраивать перформансы прямо в вольерах (не с тиграми, правда). Еще поводом для променада служит экспозиция в саду Тюильри, где сейчас установят масштабные работы Георга Базелица, Кристиана Болтански, Тунга и других художников. А в самом Лувре готовят специальную программу, посвященную современному концептуальному танцу, где фигурирует имя упомянутого уже Жерома Беля (будет показан другой, разумеется, спектакль, но не менее скандально известный — 1995 года, названный именем самого хореографа, где танцоры появляются на сцене голыми и прямо там справляют нужду). Менее провокационным, но не менее захватывающим должен стать спектакль, а вернее, мультимедийная инсталляция Reanimation Джоан Джонас (в 2015 году художница будет представлять США на Венецианской биеннале). Основанная на романе Ледник исландского писателя Халлдора Лакснесса, работа представляет собой диалог между Джонас — она создает визуальные образы ледяного мира — и джазовым пианистом Джейсоном Мораном, чья музыкальная импровизация добавляет мистики. Не отстает ярмарка и по уровню собственно коммерческой части, особенно после того, как пару лет назад организаторы решили резко сменить курс и сделать ставку на международные, в особенности американские, галереи. Сейчас число французских и американских участников почти сравнялось — 48 против 45; вакантные места европейцев постепенно занимают участники из Бразилии, Мексики, Саудовской Аравии, Индии, Японии. Работы представителя бразильского авангарда второй половины XX века, экспериментировавшего с абстрактной фотографией и социальным дизайном, Джеральдо де Барроса можно увидеть на стенде Luciano Brito из Сан-Паулу. Ну а Nature Morte из Нью-Дели отдаст свой стенд под персональную выставку Азима Вакифа, чьи инсталляции и объекты похожи на нагромождение первых попавшихся под руку вещей и б/у материалов, что на самом деле являет собой тщательно продуманный хаос.
