Российские галереи вышли из самоизоляции с новыми идеями

Три месяца вынужденного простоя, необходимость оплачивать аренду дорогих выставочных площадей, «коронакризис» — драматическое падение уровня доходов населения на фоне пандемии и обвала цен на нефть, — таковы реалии жизни отечественных галеристов в последнее время.

В Москве галереи начали закрываться на карантин с середины марта, а первые ласточки возвращения к обычной жизни появились сразу же после снятия ограничений. Уже 9 июня музей АРТ4, одновременно «храм и торговый центр искусства», как было сказано в пресс-релизе, провел финисаж сразу четырех выставок — Алисы Горшениной, Юлии Заставы, Дианы Капизовой и Данилы Полякова. Центр современного искусства «Винзавод», в том числе галереи XL и «11.12», работает с 17 июня, а выставка «Чрезвычайное положение» в галерее «Триумф» открыта с 19 июня. Есть и те, кто не спешит возобновлять работу. Арт-кластер Cube.Moscow (а значит, и всего его галереи-резиденты) пока закрыт, а Центр фотографии имени братьев Люмьер после раздумий все же открылся и продлил свои выставки. В любом случае галереи — не государственные музеи, они не получают поддержку от государства и зарабатывают на продаже произведений искусства, а не билетов на выставки. Поэтому проблемы отечественного арт-рынка само по себе открытие выставочных пространств не решит. Нужны продажи, а коллекционеры сейчас, кажется, морально (да и материально) не готовы вкладываться в искусство.

Стратегии выживания у наших галеристов разные. Кто-то сделал ставку на виртуальные витрины галерей, прямые эфиры и участие в онлайн-ярмарках. Кто-то продолжал работать, соблюдая меры предосторожности. Так, Askeri Gallery, вынужденно приостановив выставочную деятельность, продолжала взаимодействие с клиентами (многие из них, оказавшись в длительной самоизоляции дома, решили обновить интерьер, украсив его произведениями современного искусства). Кто-то на время карантина ушел в режим максимального сохранения энергии, а сейчас рассчитывает на скорое возвращение к нормальной жизни, восстановление привычной инфраструктуры арт-рынка с ярмарками и вернисажами и на то, что вместе с этим возобновятся и продажи.

Были и попытки обратиться за помощью к государству. В начале апреля владелец Altmans Gallery Егор Альтман направил официальное письмо председателю правительства РФ Михаилу Мишустину с просьбой поддержать арт-бизнес в кризисный момент: снизить арендные платежи, установить отсрочку уплаты единого социального налога, разработать систему грантов и многое другое. К обращению присоединились Елена Селина (XL), Ирина Филатова («Файн Арт»), Александр Шаров («11.12») и другие — всего 16 компаний, работающих в сфере искусства. Однако, в отличие от европейских стран (так, Германия перечислила €50 млрд на поддержку художников и культурной индустрии), в России решили не выделять художественные галереи из числа остального малого и среднего бизнеса, и специальных мер поддержки для них не предусмотрено.

Самой успешной художественной инициативой этой весны, бесспорно, стала группа «Шар и крест» в Facebook, созданная коллекционером и дилером Максимом Боксером. Идея заключалась в том, чтобы поддержать художников, приглашая друзей покупать и продавать произведения искусства по низким ценам через группу. По правилам, продав три работы, необходимо купить одну, а продав десять, одиннадцатую пожертвовать в фонд «Шара и креста». Эти простые правила существенно расширяют круг покупателей — теперь работы друг у друга покупают сами художники! Есть и ограничение по ценам: начинали с максимума в 5 тыс. руб. для графики и 10 тыс. руб. для живописи, сейчас — 10 тыс. и 20 тыс. соответственно. С 1 июля группа перешла на работу только по выходным.

Здесь продают как корифеи вроде Гоши Острецова, Льва Рубинштейна и Айдан Салаховой, которая делает рисунки специально для группы, так и малоизвестные художники, в том числе молодые. Очень быстро в бойкую торговлю в группе «Шар и крест» включились галеристы Любовь Агафонова («Веллум») и Сергей Сафонов («Ковчег»), а также коллекционер Роман Бабичев. Успех затея Боксера имела ошеломительный, особенно на фоне пандемии: количество участников группы выросло за пару месяцев до 18 тыс., многие работы улетают сразу после публикации (говорят, что за пределами группы активно идет перепродажа приобретений из «ШиК», но уже по другим, более «рыночным» ценам). Вскоре у группы «Шар и крест» появились подражатели и последователи в Facebook: «Арена» (3,4 тыс. участников), «Крытый рынок» (2,2 тыс.), «Шарик и кубик» (бывшая группа «Колхуи», основанная Николаем Копейкиным в 2010-м; 1,4 тыс.), а также уже обогнавшая прототип по количеству участников (23,9 тыс.) украинская «Сіль-Соль» и «Художественный базар» (2 тыс.), объединивший более 100 художников со всей Средней Азии.

Максим Боксер, до пандемии человек, по его собственному признанию, совершенно «не цифровой», в период самоизоляции перенес все проекты в интернет, а в качестве средства их продвижения выбрал соцсети. Прямо перед началом пандемии коронавируса в России он успел открыть (или, точнее, приоткрыть — полноценного вернисажа не случилось) большую выставку «Мечты коллекционера. Wish List Максима Боксера» в фонде IN ARTIBUS (возобновила работу 2 июля). В период самоизоляции выставка продолжала жить своею жизнью: Боксер выкладывал видео бесед с художниками и арт-критиками, успевшими посетить экспозицию, публиковал собственные рассказы о работах из коллекции. Что касается его инициативы «Шар и крест», то здесь недоброжелателей оказалось не меньше, чем поклонников. Модераторов группы ругали и за слишком жесткий и непрозрачный отбор, и за отсутствие контроля за качеством произведений, а самого Боксера обвиняли едва ли не в том, что «ШиК» — это демпинг и что он обрушил российский арт-рынок (а было что «ронять»?). Однако успех группы и обилие ее клонов доказывают, что это новый путь для сегмента доступного искусства и путь этот — верный.