Айдан Салахова: «Искусство нынешнего времени бесценно»

Художники, как и каждый из нас, оказались в неожиданных и пугающих условиях новой реальности. Мы спрашиваем, как они переживают настоящее и каким видят будущее. Первой ответила Айдан Салахова — прямо из больничного карантина

Айдан Салахова. Фото: Владимир Глынин
Айдан Салахова.
Фото: Владимир Глынин

Айдан Салахова, художник, скульптор, галерист и академик Российской академии художеств, наблюдала распространение коронавируса в Италии своими глазами. С 1 февраля 2020 года она работала над очередной скульптурой в своей мастерской в городе Каррара, известном каменоломнями самого ценного в мире мрамора. Когда ситуация драматически обострилась, Айдан решила вернуться на родину. В ночь с 10 на 11 марта одним из последних рейсов «Аэрофлота» она улетела из Болоньи в Москву и через два дня оказалась в карантине в Реабилитационном центре «Царицыно»: как выяснилось, двое пассажиров ее рейса были заражены. На излете вынужденного больничного заточения Айдан Салахова ответила на вопросы The Art Newspaper Russia.

Кооператив скульпторов Каррары с плакатом «Айдан, все будет хорошо». Фото: Facebook/Cooperativa Scultori Di Carrara
Кооператив скульпторов Каррары с плакатом «Айдан, все будет хорошо».
Фото: Facebook/Cooperativa Scultori Di Carrara

Как повлиял на вашу жизнь коронавирус?

За последние три недели он несколько раз выбивал меня из рабочего процесса, в который я была сильно погружена. Первый раз — когда 10 марта резко возросло количество заболевших и умерших в Италии и весь север страны был объявлен «красной зоной». Я находилась южнее, в Карраре, но было понятно, что не сегодня завтра карантин дойдет и до нас. Я в это время работала над скульптурой «Пьета» (к будущей выставке, которую запланировал на ноябрь 2020 года коллекционер и куратор Игорь Цуканов). Стало ясно, что надо срочно улетать в Москву, иначе границы закроют. Я собралась за считаные часы. Очень жалею, что оставила работу: она была на той стадии, когда уже нельзя довериться помощникам и мое присутствие необходимо.

Второй раз вирус вмешался 13 марта, когда я приехала домой и начала писать большую картину. Меня эвакуировали, можно сказать, прямо от холста, я попала в центр «Царицыно». Пришлось опять менять занятие. Сейчас я обдумываю будущие проекты, делаю эскизы скульптуры, занялась рисованием. За две недели написала в общей сложности 20 небольших картин. Развесила их по стенам, всем очень нравится. Хочу одну подарить больнице.

Айдан Салахова за работой в каррарской мастерской. 2015 г. Фото: Архив Айдан Салаховой
Айдан Салахова за работой в каррарской мастерской. 2015 г.
Фото: Архив Айдан Салаховой

Какие в создавшейся ситуации вы видите плюсы и минусы?

На самом деле, в замедлении темпа есть и хорошая сторона. Ты выпадаешь из бешеного ритма встреч, тусовок, выставок, вдруг высвобождается время подумать, заняться тем, до чего в суете не доходили руки. Очень продуктивный период. Я сужу об этом даже по своим студентам: они вдруг начали присылать осмысленные работы, у них сильно прибавилось глубины. И ведь это только начало.

Что касается реакции на саму болезнь, то все положенные стадии принятия неизбежного — от отрицания и гнева до депрессии и смирения — я вместе с коллегами и друзьями прошла в Италии. В Москве меня словно вернули на месяц назад. Я наблюдаю, как те же стадии неверия и отрицания проходят мои знакомые. Особенно это заметно по аудитории в Instagram, в Facebook комментарии более осмысленные. Хочется донести простую мысль: ситуация очень серьезная. Советую всем смотреть на Италию. Там уже есть опыт, как ведет себя болезнь и как должно реагировать общество. Разница лишь в том, что жесткий карантин застал итальянцев врасплох, а для нас он станет неприятностью, но вполне ожидаемой.

Работы, сделанные Айдан Салаховой в карантине. Реабилитационный центр «Царицыно». Фото: Архив Айдан Салаховой
Работы, сделанные Айдан Салаховой в карантине. Реабилитационный центр «Царицыно».
Фото: Архив Айдан Салаховой

Я также хочу предупредить, что вирус не выбирает жертв по году рождения, среди моих заболевших друзей — люди самого разного возраста. Может быть, молодежь реже умирает, но то, что болезнь протекает очень тяжело, — факт. Лучше ее не допускать.

Как изменится жизнь после вируса?

Художники в любом случае будут творить, для нас мало что изменится. Меньше будет выставочных проектов, культурных инициатив, продаж, вообще будет меньше денег. Но, опять же, не имеющие постоянного стабильного заработка художники лучше других приспособлены к таким форс-мажорным обстоятельствам.

Работы, сделанные Айдан Салаховой в карантине. Реабилитационный центр «Царицыно». Фото: Архив Айдан Салаховой
Работы, сделанные Айдан Салаховой в карантине. Реабилитационный центр «Царицыно».
Фото: Архив Айдан Салаховой

Станет меньше суеты на нашем шарике. Вся система инвестиционных вложений в искусство должна сильно скорректироваться. Это неправильно, что люди покупают искусство, не испытывая к нему особых чувств, стремясь лишь отбить со временем деньги. Все это отомрет. Я надеюсь, нас ждет обновление. И эпидемия в этом смысле лучше, чем, например, война.

Отдельно хочу обратиться к коллекционерам. Не переставайте покупать. Искусство нынешнего времени бесценно: оно свидетель исторических событий.

21 марта 2020 года

Самое читаемое:
1
Топ-50 самых дорогих ныне живущих художников России
Представляем новый рейтинг наших современников, высоко котирующихся на рынке
19.10.2021
Топ-50 самых дорогих ныне живущих художников России
2
Выставка Врубеля в Третьяковке соединит разрозненные циклы и разрезанные картины
Гигантская монографическая выставка Михаила Врубеля в Новой Третьяковке станет важным этапом в познании его наследия. На ней встретятся три «Демона» и впервые будет показано такое количество поздней графики
05.10.2021
Выставка Врубеля в Третьяковке соединит разрозненные циклы и разрезанные картины
3
Жан-Юбер Мартен перемешает коллекцию ГМИИ
Перед реконструкцией главного здания Пушкинского музея в нем решились на большой эксперимент
07.10.2021
Жан-Юбер Мартен перемешает коллекцию ГМИИ
4
Разводы по-коллекционерски: один из главных двигателей арт-рынка
Правило трех “D” — death, divorce, debt (смерть, развод, долги) — хорошо известно и участникам, и аналитикам арт-рынка. Как правило, одно из этих обстоятельств, а иногда и их совокупность заставляют коллекционеров расставаться с шедеврами
21.10.2021
Разводы по-коллекционерски: один из главных двигателей арт-рынка
5
Как появляются на арт-рынке работы Боттичелли и за сколько продаются
Сандро Боттичелли сейчас второй среди старых мастеров по цене после Леонардо да Винчи. Как правило, главные шедевры таких гениев давно в музеях, и каждое появление их произведений на рынке становится сенсацией
08.10.2021
Как появляются на арт-рынке работы Боттичелли и за сколько продаются
6
Музей Фаберже показывает живопись и графику Сальвадора Дали из его личной коллекции
Всего в Санкт-Петербург привезли больше 60 работ художника из собрания фонда «Гала — Сальвадор Дали». Среди них знаменитая «Галарина», которая не покидала стен Театра-музея в Фигерасе с момента смерти Дали
13.10.2021
Музей Фаберже показывает живопись и графику Сальвадора Дали из его личной коллекции
7
Sotheby’s выставил на аукцион позднюю картину Боттичелли
«Муж скорбей» появится на январских торгах с предварительной оценкой в $40 млн. Картина обрела авторство Боттичелли благодаря недавней переатрибуции, а до этого считалась работой его учеников
07.10.2021
Sotheby’s выставил на аукцион позднюю картину Боттичелли
Подписаться на газету

2021 © The Art Newspaper Russia. Все права защищены. Перепечатка и цитирование текстов на материальных носителях или в электронном виде возможна только с указанием источника.

16+