Трехмерность на двоих

№80, февраль 2020
№80
Материал из газеты

Каталог выставки Караваджо и Бернини раскрывает отношения между живописью и скульптурой римского барокко, представляя мастерскую художника как место своеобразных театральных постановок и разбираясь с важным для эпохи эффектом мимолетности

Лоренцо Бернини. «Похищение Прозерпины». 1622. Фрагмент. Фото: Galleria Borghese
Лоренцо Бернини. «Похищение Прозерпины». 1622. Фрагмент.
Фото: Galleria Borghese

Посмертная популярность пришла к Микеланджело Меризи да Караваджо (1571–1610) сравнительно недавно. Первая работа искусствоведа Роберто Лонги о нем была опубликована в 1927 году, а первое издание монографии того же автора вышло в 1962-м. И лишь затем начались выставки. Последующие десятилетия были отмечены нескончаемым потоком музейных показов, посвященных Караваджо и отдельным аспектам караваджизма. Мужественно управляясь с ограниченным набором работ, кураторы должны были перемещать их с одной выставки на другую, избегая повторений экспозиции (в набор обычно включена живопись не только самого Караваджо, но и его необычайно талантливых последователей и эпигонов), и при этом каждый раз представлять картины в новом свете, располагая их группами или сопоставляя таким образом, чтобы это рождало у публики новые мысли.

Выставка «Караваджо и Бернини. Раннее барокко в Риме», которая недавно демонстрировалась в венском Музее истории искусств, а теперь переезжает в Рейксмузеум в Амстердаме (14 февраля — 7 июня), отличается тем, что впервые, помимо живописи, в нее включена скульптура. Это обстоятельство воспринимается очень многими зрителями как желанное и оправданное кураторское решение, которое, как ни удивительно, никогда прежде не пытались реализовать с таким размахом. 

Caravaggio and Bernini / Frits Scholten, Gudrun Swoboda and Stefan Weppelman, eds. Pre el Verlag. 320 с. £45, $60. На английском языке
Caravaggio and Bernini / Frits Scholten, Gudrun Swoboda and Stefan Weppelman, eds. Pre el Verlag. 320 с. £45, $60. На английском языке

В самом названии выставки есть что-то гладиаторское и пугающее: имена двух самых известных художников барокко сопоставлены так, будто это два чемпиона-тяжеловеса, которые готовятся к бою. Вольно или невольно нам предлагается их сравнить. Причем публика, как правило, пребывает в заблуждении, думая, что только Караваджо отличался буйным нравом и был в живописи «плохим мальчиком», а в жизни нераскаявшимся убийцей. Страсти Джованни Лоренцо Бернини (1598–1680), включая попытку обезобразить лицо неверной любовницы, почему-то в расчет не принимаются. К счастью, в темные закоулки душ обоих звезд кураторы не заглядывают.

Каталог выставки представляет собой образец ясности: краткие вступительные очерки к его разделам познавательны и хорошо иллюстрированы. Как и статьи каталога, они написаны группой ученых, преимущественно неитальянцев, и предназначены для широкой образованной публики, а не для специалистов. Тут не обсуждаются тонкие вопросы атрибуции и нет перечисления версий, что открывает простор для более содержательных наблюдений. В наши дни чтение каталога редко доставляет удовольствие, но здесь авторы дерзнули предложить смелую интерпретацию, подкрепленную безукоризненными аргументами.

Зал с работами последователей Караваджо. Выставка «Караваджо и Бернини. Раннее ба- рокко в Риме». Фото: Сourtesy of the ministero Beni e Att. culturali
Зал с работами последователей Караваджо. Выставка «Караваджо и Бернини. Раннее ба- рокко в Риме».
Фото: Сourtesy of the ministero Beni e Att. culturali

Особой новизной отличаются очерки Джованни Карери «Бернини и Караваджо, тело души» и Фрица Шольтена «Живописная скульптура». В обоих разрабатывается тема эстетических, духовных и философских отношений между двумя художниками, а в более широком смысле — тонкое, не всегда явственное родство барочной живописи и скульптуры. Шольтен видит в «драматическом эффекте» «Святой Цецилии» (1600) Стефано Мадерно, где беломраморная скульптура молодой мученицы установлена в черной нише, обрамленной цветным мрамором, эквивалент кьяроскуро (светотени) Караваджо. Он утверждает, что Бернини стремился передать в камне эффект мимолетности, традиционно закрепленный за живописью, если взять, например, «изображение в камне чего-то активного, эфемерного и разно­цветного, как пламя под решеткой», на которой лежит святой Лаврентий в его ранней работе. В случае Бернини связь с живописью можно легко продемонстрировать — Шольтен указывает на картину Гвидо Рени «Аталанта и Гиппомен» (1620–1625) как на двухмерную копию скульптуры Бернини «Аполлон и Дафна» (1622–1625), — а вот отношение Караваджо к скульптуре одновременно и более очевидно, и труднее объяснимо. Прежде всего, именно акцентированная телесность его фигур проецирует их в наш трехмерный мир.

Карери, а также Йорис ван Гастел (очерк последнего называется «Барочные тела. Художественная ролевая игра в Риме XVII века») считают, что Караваджо пользуется зеркалом как инструментом в своих ранних портретах, таких как «Мальчик, укушенный ящерицей» (1597–1598), не для удобства фиксации мимолетного выражения лица, а чтобы вновь и вновь увековечивать чувства, которые невозможно просто запечатлеть на холсте. Гастел предполагает, что использование зеркал «как у Караваджо» со временем имело место и в других творческих областях, которые можно сравнить с современным перформансом и с тем, что автор связывает с театральными постановками в студии Джузеппе Чезари, где короткое время обучался Караваджо. Это одно из самых оригинальных мнений, представленных в каталоге. Замена понятия «мастерская» образом «живого театра» существенно изменяет и обогащает нашу концепцию традиционной барочной студии. А также привносит жестикуляцию и движение — иными словами, скульптурные жесты в предполагаемую неподвижность пространства у этого художника. 

Самое читаемое:
1
«Пушкинская карта» назначена козырной
В России стартовала программа «Пушкинская карта»: с 1 сентября молодые люди в возрасте от 14 до 22 лет получат от государства деньги на приобщение к культуре
27.08.2021
«Пушкинская карта» назначена козырной
2
Главные выставки нового сезона
Выставка Врубеля под кураторством Аркадия Ипполитова, Жан-Юбер Мартен в ГМИИ, «Смолянки» Левицкого, Константин Мельников во всех видах, Ай Вэйвэй из дутого стекла, «Атомная Леда» Дали и многое другое в нашем списке самых любопытных проектов осени
01.09.2021
Главные выставки нового сезона
3
Дрезденский музей впервые показал «нового» Вермеера с расчищенным Купидоном
После реставрации знаменитая картина «Девушка, читающая письмо у открытого окна» настолько изменилась, что теперь в музее о ней говорят как о «новом» Вермеере
26.08.2021
Дрезденский музей впервые показал «нового» Вермеера с расчищенным Купидоном
4
«ГЭС-2» — это не только «Глина», это Дом культуры
Грандиозный шум вокруг «Большой глины № 4» Урса Фишера не должен затмевать главное: в центре Москвы усилиями фонда V–A–С появилось новое общественное пространство, возрождающее идею советских домов культуры, — «ГЭС-2»
24.08.2021
«ГЭС-2» — это не только «Глина», это Дом культуры
5
В Москве появилась «Музейная четверка»: что это значит?
Четыре крупных столичных музея объявили о создании совместного проекта и представили свои маршруты
16.09.2021
В Москве появилась «Музейная четверка»: что это значит?
6
Выставка «Константин Коровин. Шедевры из частных собраний» проходит в галерее «Артефакт»
В экспозиции показывают около 50 графических и живописных работ художника из частных собраний. Некоторые из них выставляются впервые
25.08.2021
Выставка «Константин Коровин. Шедевры из частных собраний» проходит в галерее «Артефакт»
7
От Боттичелли до Пепперштейна: художники на экране
Криминальные истории из мира aрт-бизнеса, ностальгические путешествия, интервью в анимационном формате и поездка на старом автомобиле: на The ART Newspaper Russia FILM FESTIVAL 2021 представлены разные жанры современного кино об искусстве
02.09.2021
От Боттичелли до Пепперштейна: художники на экране
Подписаться на газету

2021 © The Art Newspaper Russia. Все права защищены. Перепечатка и цитирование текстов на материальных носителях или в электронном виде возможна только с указанием источника.

16+