18+
Материалы нашего сайта не предназначены для лиц моложе 18 лет.
Пожалуйста, подтвердите свое совершеннолетие.

Александр Шишкин-Хокусай: «Всегда делаю только то, что считаю нужным»

№72, апрель 2019
№72
Материал из газеты

Петербургский художник Александр Шишкин-Хокусай рассказал о своем проекте для павильона России на Венецианской биеннале, над которым он работает в Музее стрит-арта

Александр Шишкин-Хокусай. Фото: МСИ «Гараж»
Александр Шишкин-Хокусай.
Фото: МСИ «Гараж»
Справка

Александр Шишкин
Художник

Родился в 1969 году. Выпускник Ленинградского государственного института театра, музыки и кинематографии (ныне — Российский государственный институт сценических искусств). Работает как художник-постановщик в театре, занимается живописью, инсталляцией и перформансом. В поле современного искусства использует псевдоним Хокусай. Трижды лауреат Российской национальной театральной премии «Золотая маска», других театральных премий. В 2010 году вошел в объединение художников «Паразит». Участник десятков персональных и групповых выставок в России, Италии, Франции, Финляндии.

Еще…

Приглашение в Венецию стало для вас неожиданностью?

Осенью прошлого года я спокойно работал в Корее, но вдруг Семен Михайловский, комиссар павильона, позвонил мне в Сеул и сделал предложение принять участие в венецианском проекте. Предложение стало для меня буквально шокирующим и совершенно неожиданным. За очень короткое время мне пришлось изменить ритм жизни, все планы, ведь я в то время готовил персональную выставку в петербургской галерее Марины Гисич.

Чья была идея построить выставку в павильоне вокруг Эрмитажа и его коллекции? 

Точно мне не известно, но она логичная: Эрмитаж, Петербург — мощное западноевропейское звучание в России. Эрмитаж — это, по-моему, Ватикан в Петербурге. И для меня он очень важная часть жизни. Так что все совпало. 

Как появилось название вашего проекта, «Фламандская школа»? Понятно, Петербург почти родной брат Амстердама, эта связь существует исторически, но Эрмитаж — это не только фламандцы…

Название родилось не сразу. Я задумал сделать фанерный Эрмитаж и в одном из залов планировал развесить картины-объекты на тему работ Рембрандта и Рубенса, правда не только из Эрмитажа. Потом остался только Рембрандт. И Семен Михайловский предложил название «Зал Рембрандта». Мы показали этот проект Михаилу Пиотровскому. Но как-то так совпало, что несколько позже режиссер Александр Сокуров, еще один участник проекта в павильоне России, заявил, что тоже хотел бы работать с Рембрандтом, с «Блудным сыном». Я решил, что делать два проекта, связанных с Рембрандтом, было бы странно, и отказался от этой идеи, перешел в другой зал. Очень важно, что для меня это блиц, я не вынашивал этот проект целый год и до сих пор нахожусь в панической ситуации из-за сроков. Хотя то, что я готовлю для Венеции, базируется на моей работе последних лет.

Александр Шишкин-Хокусай. Тотальная инсталляция «Штурм» из 43 фанерных скульптур. 2017. Фрагмент №9. Фото: Shtager Gallery
Александр Шишкин-Хокусай. Тотальная инсталляция «Штурм» из 43 фанерных скульптур. 2017. Фрагмент №9.
Фото: Shtager Gallery

Значит ли это, что вы будете использовать какие-то предыдущие работы?

Нет, это абсолютно новый проект, только новые вещи. Но «Фламандская школа» для меня многозначное название. Это и понятие в живописи, и школа в широком смысле слова. У меня уже был проект с Музеем стрит-арта «Практики взросления», где тема школы была ключевой. И тут есть связь этих проектов.

Снова фанера?

Да, я работаю со своим любимым материалом — фанерой.

От вас требовали согласовывать проект?

Жестких требований не было, никто руки не выворачивал, но я понимаю, что это такое — участие в Венецианской биеннале от имени России. Да, мы с Семеном Михайловским обсуждали варианты.

Большой драматический театр вам помогает?

БДТ помогает, ведь я сотрудничаю с театром уже не первый сезон. Его помощь — техническая: специалистами, мастерскими. Еще очень помогает Музей стрит-арта в Петербурге. Они выделили мне большие помещения для работы, где я готовлю инсталляцию. Помогает и Академия художеств — своими студентами. Семен Михайловский сам предложил студентов, которые могут помочь, я не отказался. Отличные ребята! Галерея Марины Гисич помогла финансами.

Александр Шишкин-Хокусай. Тотальная инсталляция «Штурм» из 43 фанерных скульптур. 2017. Фрагмент №10. Фото: Shtager Gallery
Александр Шишкин-Хокусай. Тотальная инсталляция «Штурм» из 43 фанерных скульптур. 2017. Фрагмент №10.
Фото: Shtager Gallery

Вы тоже вложились в проект?

Формально нет, но, как всегда в нашем царстве-государстве, деньги не приходят вовремя, поэтому меня поддержали и свои средства мне тоже пришлось вложить. 

Говорят, что посетителей российского павильона в Венеции будут встречать атланты. Ваши?

Нет, не мои, там будут и другие участники. А идея с атлантами — Михайловского, по-моему.

Если пофантазировать — представьте себе, что вы делаете проект для биеннале, но никто вас ни в чем не ограничивает и ничего не диктует: ни Михайловский, ни Эрмитаж, ни Пиотровский…

Я всегда так работаю, всегда делаю только то, что считаю нужным, всегда предлагаю то, что хочу. Свобода связана не только с политическим давлением. Всегда есть условия, сопротивление — материала, времени, обстоятельств. И чем больше складок, чем богаче ландшафт, тем интереснее работать.

Александр Шишкин-Хокусай. Тотальная инсталляция «Штурм» из 43 фанерных скульптур. Фрагмент «Лежащая обнаженная» . 2017. Фото: Shtager Gallery
Александр Шишкин-Хокусай. Тотальная инсталляция «Штурм» из 43 фанерных скульптур. Фрагмент «Лежащая обнаженная» . 2017.
Фото: Shtager Gallery

Когда планируете отправить ваш проект в Венецию?

В начале апреля. Все поедет одним контейнером.

Все-таки Венеция не конец света. Есть ли жизнь после биеннале?

В июне еду в Прагу. Меня весной прошлого года пригласил туда Союз театральных деятелей России — принять участие в сценографической квадриеннале. 

Везу туда проект под названием «Театр сумасшедшего». Это что-то вроде Дантова леса, в котором художники балансируют на грани адекватности, маргинальности и гениальности. И продолжу работу над проектом для галереи Марины Гисич. 

Самое читаемое:
1
Борис Орлов и Салават Щербаков возмущены реконструкцией Южного речного вокзала
Памятник советского модернизма 1980-х годов, открытый в Москве после реконструкции, несмотря на заявления властей о «воссоздании», оказался далек от оригинала, говорят его создатели — скульпторы Салават Щербаков и Борис Орлов
12.05.2023
Борис Орлов и Салават Щербаков возмущены реконструкцией Южного речного вокзала
2
Выдача «Троицы» Рублева на праздник 4 июня может быть отложена
Представитель РПЦ допустил возможность отсрочки перемещения иконы до того момента, как будет создана защитная капсула, при этом за последние месяцы количество проблемных участков на иконе увеличилось до 71
24.05.2023
Выдача «Троицы» Рублева на праздник 4 июня может быть отложена
3
Загадка «невозможной» древнеегипетской скульптуры, похоже, решена
Маргарет Мейтленд, исследовательница древней культуры долины Нила, обнаружила прямую связь музейной статуи с жителями целой деревни мастеров, специализировавшихся на создании гробниц для правителей страны
23.05.2023
Загадка «невозможной» древнеегипетской скульптуры, похоже, решена
4
«Троица» Андрея Рублева и рака Александра Невского переданы РПЦ
Президентом РФ Владимиром Путиным принято решение о возвращении РПЦ иконы «Троица», написанной Андреем Рублевым. Накануне Государственный Эрмитаж дал согласие соединить раку, гробницу и мощи святого на территории Александро-Невской лавры
15.05.2023
«Троица» Андрея Рублева и рака Александра Невского переданы РПЦ
5
Прощальное дефиле: выставка памяти Зайцева и Юдашкина открылась в Эрмитаже
На выставке в «Старой Деревне» представлены все костюмы из собрания Эрмитажа, которые в разные годы музей получил в дар от самих кутюрье или от тех, для кого они были созданы
16.05.2023
Прощальное дефиле: выставка памяти Зайцева и Юдашкина открылась в Эрмитаже
6
В Эрмитаже и скандал — все равно культурное событие
Все, что вы хотели знать о форс-мажорах и криминальных происшествиях в знаменитом музее, но не понимали, у кого спросить, — в новой книге издательства «Слово». Ее авторы — журналистка Джеральдин Норман и директор Эрмитажа Михаил Пиотровский
12.05.2023
В Эрмитаже и скандал — все равно культурное событие
7
Большой кремлевский шапочный разбор близок к завершению
Реставраторы Музеев Московского Кремля закончили работу над царской Алтабасной шапкой из Оружейной палаты. Это предпоследний из семи головных уборов, исполнявших в России роль монарших регалий, которые сейчас поэтапно приводятся в порядок
15.05.2023
Большой кремлевский шапочный разбор близок к завершению
Подписаться на газету

2021 © The Art Newspaper Russia. Все права защищены. Перепечатка и цитирование текстов на материальных носителях или в электронном виде возможна только с указанием источника.

18+