Театр начинается… с музея

Музей этот был создан юной советской властью в 1918 году, когда Надежда Васильева, знаменитая актриса Александринского театра, была назначена руководителем комиссии по созданию музея государственных театров. Но на протяжении десяти лет до этого в помещении Панаевского театра уже работала «Первая русская театральная выставка» из собраний Алексея Бахрушина, Левкия Жевержеева, Марии Савиной, других коллекционеров и артистов. Потом она переехала в актерское фойе Александринки, чтобы после революции, пополнившись архивами мастерских Императорских театров, открыться в качестве музея в бывшей дирекции Императорских театров. Пробивала удобные квадратные метры на Александринской (ныне — Островского) площади все та же Васильева.

Другая «десятка» отсылает нас к 2009 году. Тогда Наталья Метелица, директор музея, организовала ежегодный Международный фестиваль искусств «Дягилев. Постскриптум», посвященный 100-летию «Русских сезонов». Сейчас это лучшее в Петербурге междисциплинарное событие, посвященное балету, визуальным искусствам, музыке, с безупречным подбором исполнителей. К слову, три года назад музей организовал этнофестиваль «Музыки мира». 

В том же 2009-м институция получила Гран-при «Музей года» на первом конкурсе «Музейный Олимп». Тогда был найден (хотя ищется и до сих пор) ответ на два связанных между собой серьезных вызова времени. Первый состоит в том, что в созвездии петербургских музеев Музею театрального и музыкального искусства прежде отводилась почетная, но скромная роль — место встречи театралов. Их в Петербурге немало, и они активны, но работа музея была мало заметна за пределами театрального мира. Второй вызов — сущностный. Театр — когда только здесь и сейчас, когда едино дыхание актеров и зрителей, — и музей, который о вечном, который совершенно иначе работает с публикой, — вещи совместные? Театральный музей отвечает на него постоянным присутствием в культурном пространстве Петербурга.

Про фестивали уже сказано, диапазон выставок — самый разнообразный. Навскидку, из экспозиций последних лет — «Шнитке/Schnittke», «ОбличьЯ. Больше чем реальность» с Андреем Бартеневым и Александром Петлюрой, «БоПо: неперелистанный театр» о режиссере и художнике Борисе Понизовском, «Артист и власть. Федор Шаляпин. 1917–1922».
В альбоме приведен полный список выставок за десять недавних лет, названы дары и дарители, книжные издания и музыкальные вечера. Но это на последних, справочных страницах. На первых же листах — очерк сотрудницы музея Натальи Вайнберг о десяти его директорах. Прежде всего это упомянутая выше Надежда Васильева, за ней — Петр Шеффер, возглавлявший музей 22 года и умерший в блокаду на своем посту, Вера Соловьева, которая сохраняла музей в военное время. Инна Клих была директором в 1963–1974 годах, благодаря ее усилиям открылся филиал — музей-квартира Николая Римского-Корсакова; она успела подготовить и концепцию музея-квартиры Федора Шаляпина. Его открывала уже Ирина Евстигнеева, руководившая музеем следующие 30 лет. Главная заслуга Евстигнеевой — получение Шереметевского дворца после выезда оттуда Института Арктики и Антарктики. Комплексная реставрация с постепенным открытием парадных залов заняла в общей сложности четверть века и завершилась недавно.

Основная часть альбома демонстрирует коллекции музея, как художественные, так и мемориальные. В 2013 году от Международного фонда «Константиновский» было получено собрание театральных эскизов и портретов из коллекции Нины и Никиты Лобановых-Ростовских. Подбор энциклопедический — от эскизов костюмов Льва Бакста к балету «Шехеразада» до эскиза декорации Веры Ермолаевой к опере «Победа над Солнцем». Главное в гардеробе — набор туник от Пьера Кардена, созданных им для Майи Плисецкой (дар Родиона Щедрина), и подаренные самой этуалью костюмы того же Кардена к спектаклям Большого театра «Чайка» и «Дама с собачкой». Впрочем, берет Рудольфа Нуреева, дар Михаила Барышникова, хорош уже сочетанием двух великих имен.

Наталья Метелица так говорит о смысле деятельности институции: «Миссия нашего музея триедина. Это путь в вечность: все, что хранит музей, — это наше послание в будущее, рассказ о том, какими мы были. Одновременно музей помогает нашим современникам постигнуть свое прошлое. Что мы есть на самом деле, что мы сохранили. А для тех, кто работает в музее, — это судьба. Один раз почувствовав вкус picture power — мощь и энергию предмета, в который вложили свою душу художники, композиторы, актеры, — из этого энергетического поля уже никогда не выйдешь».