Архитектура зависла в свободном пространстве

№65, июль-август 2018
№65
Материал из газеты

Кураторы 16-й Архитектурной биеннале в Венеции, выбрав девиз «Свободное пространство», спровоцировали участников на радикальные решения

Свободное, социальное и пустое

Элисон Брукс. «Переработка». Фото: Аndrea Avezzù, Italo RondInella, Francesco Galli, courtesy: La Biennale di VenezIa
Элисон Брукс. «Переработка».
Фото: Аndrea Avezzù, Italo RondInella, Francesco Galli, courtesy: La Biennale di VenezIa

Ивонн Фаррелл и Шелли Макнамара, кураторам 16-й Архитектурной биеннале, выбранный девиз Freespce («Свободное пространство») казался удачным, о чем они весьма пространно рассуждали в своих выступлениях: «Желание создать свободное пространство может стать специфической характеристикой каждого проекта. Но свободное, общественное, пространство может также выявить наличие или отсутствие архитектуры, если мы понимаем архитектуру как мышление, применяемое к пространству, в котором живем». В общем это верно: суть профессии архитектора заключается именно в организации пространства для жизни человека. Но то ли профессия находится в интеллектуальном кризисе, то ли то ли некоторые участники нашли повод воспользоваться девизом как шуткой. Великобритания, например, оставила свой павильон пустым, свободным от архитектуры. Бельгия поступила почти так же. Посланники других стран отнеслись к задаче серьезно, поняли свободное пространство как социально значимое, сконцентрировали внимание на общественных проблемах. В результате в нескольких павильонах появились фотографии или изображения людей, напрямую причастных к архитектуре, и, что называется, простых жителей, а также их высказывания о задачах профессии и действиях ее носителей. В павильоне Германии стоит стена с фотографиями женщин, детей и эмигрантов, высказывающихся о сегодняшнем Берлине. «Эта авантюра пытается реализовать несколько утопий и перевести протест в действие», — характеризует один из французских социальных проектов коллектив его обитателей. «Что такое здание? Что самое важное в архитектуре?» — задают простые вопросы в объединенном павильоне Северных стран, утверждая важность бережного и щедрого отношения людей к природе и демонстрируя огромные надувные шары — капсулы для жилья, «связующее звено между природной и искусственной средой».

VTN Architects. «Бамбуковый сталактит». Фото: Аndrea Avezzù, Italo RondInella, Francesco Galli, courtesy: La Biennale di VenezIa
VTN Architects. «Бамбуковый сталактит».
Фото: Аndrea Avezzù, Italo RondInella, Francesco Galli, courtesy: La Biennale di VenezIa

Речь на биеннале не идет ни об архитектурной моде, ни о новых тенденциях в градостроении, ни о простых и важных решениях насущных проблем, то есть о том, что по привычке ищут посетители больших архитектурных выставок. Только всепоглощающая социальная озабоченность, которую биеннале демонстрирует уже несколько выпусков подряд. И усталость от нее, проявившаяся в обыгрывании свободы как пустоты. Интересные проекты, яркие формальные решения, выступления архитектурных звезд — и это здесь можно увидеть. Но не они определяют общее впечатление, а именно пространственные игры, притом парадоксальные.

Кураторы раскрыли тему

Дэвид Чипперфилд. «Без цели». Фото: Аndrea Avezzù, Italo RondInella, Francesco Galli, courtesy: La Biennale di VenezIa
Дэвид Чипперфилд. «Без цели».
Фото: Аndrea Avezzù, Italo RondInella, Francesco Galli, courtesy: La Biennale di VenezIa

Основной проект биеннале традиционно называется так же, как ее девиз. Заполняя свободные пространства Арсенала и главного павильона Джардини, кураторы Фаррелл и Макнамара тоже поиграли с пустотой. Есть соблазн назвать самый популярный у зрителей (и в дни показа для профессионалов, и в общедоступные) экспонат символом биеннале, но лучше воздержаться от злословия. Однако объект известного своей изобретательностью дизайнера Риккардо Блумера — двухметровой высоты металлические рамы, пускающие мыльные пузыри, — действительно завораживает. Рядом с ним из постамента поднимаются и опускаются белые параллелепипеды макетов городской застройки, и каждый раз размер моделей меняется, но это не очень заметно (работа соучастников Блумера). Так что принять огромные мыльные пузыри за метафору современной архитектурной деятельности ничего не стоит.

Основной проект биеннале довольно разнообразен, но с явным педагогическим уклоном. Фаррелл и Макнамара преподают, один из разделов их выставки называется «Практика обучения», но не только в нем заметно стремление сделать выставку позанимательней, чтобы посетители, среди которых наверняка будет много студентов, не скучали.

Студия Одиль Декк. «Фантом». Фото: Аndrea Avezzù, Italo RondInella, Francesco Galli, courtesy: La Biennale di VenezIa
Студия Одиль Декк. «Фантом».
Фото: Аndrea Avezzù, Italo RondInella, Francesco Galli, courtesy: La Biennale di VenezIa

Некоторые выступления — чистые аттракционы. Например, несколько психоделических комнат кривых зеркал, организованных бюро экстравагантной француженки Одиль Декк, — в них с трудом понимаешь, где же твое отражение. Дезориентирует зрителей и англичанка Элисон Брукс, у нее в четырех инсталляциях также есть зеркальные комнаты с оптическими иллюзиями. Ее эффектное выступление спорит по зрительской популярности с пузырями Блумера: фанерные арки и запутанные лестницы очень фотогеничны и дают возможность сделать невероятные селфи. Но есть и скучный, как учебник, стенд Роберта Маккартера, преподавателя и автора монографии о Луисе Кане, представившего архивные работы классиков архитектурного модернизма.

Формы подачи архитектурного материала также весьма разнообразны. Например, куратор прошлой Архитектурной биеннале Алехандро Аравена развесил свои профессиональные почеркушки на веревочках — рядом, правда, прикреплены экраны, но они не больше листков бумаги. Марио Ботта на этот раз также выступил как педагог, а не звезда мировой величины. На шкафчики, похожие на кухонные, нанесены изображения: на верхних створках — фасадов старых зданий, на нижних — жуков. Причем здесь насекомые, непонятно, но зато красиво. Среди всех этих педагогических фантазий и развлечений традиционным оазисом смотрится серия рукодельных макетов из мастерской Петера Цумтора. Или модель эффектного высотного здания, развивающего идеи кубизма, созданная барселонской студией Карме Пинос. Вдохновила команду архитектора наблюдательность ее руководителя — в плане здание повторяет форму женского головного убора, что, помимо прочего, напоминает о схожести капеллы Ле Корбюзье в Роншане с монашеским капюшоном. Еще одно реально построенное высотное здание причудливой и привлекательной формы представило бюро Diller Scofiio + Renfro (автор, напомним, проекта парка в московском Зарядье). Архитекторы подчеркивают, что их университетский медицинский центр — каскад пространств, полных света и воздуха, потому что ощущения важнее практичности.

Diller Scofidio + Renfro. Фото: Аndrea Avezzù, Italo RondInella, Francesco Galli, courtesy: La Biennale di VenezIa
Diller Scofidio + Renfro.
Фото: Аndrea Avezzù, Italo RondInella, Francesco Galli, courtesy: La Biennale di VenezIa

Так же решили и кураторы. Их вряд ли стоит упрекать в том, что реальные проекты теряются на выставке среди внешне привлекательных инсталляций и пространственных аттракционов. Выделенные им для основного проекта площади столь велики, что зрители физически не в состоянии внимательно рассматривать каждое конкретное предложение. Разбираться в тонкостях проектных решений удобнее в профессиональных журналах или в Интернете. Фаррелл и Макнамара предпочли сделать свою выставку зрелищной, дали публике возможность отдохнуть и не заскучать. И в этом, наверное, тоже сказался их преподавательский опыт. Еще они напомнили о творческой, фантазийной, сути профессии, которую принято считать сегодня лишь обслугой строительного бизнеса.

Мэтры архитектуры поддержали кураторов. Тойо Ито поставил круглый прозрачный павильон, где, сидя на пуфах, можно смотреть на медитативные видеоизображения. А Алваро Сиза показал пространственную композицию — чистое формотворчество.


Россия

Павильон России. Фото: Аndrea Avezzù, Italo RondInella, Francesco Galli, courtesy: La Biennale di VenezIa
Павильон России.
Фото: Аndrea Avezzù, Italo RondInella, Francesco Galli, courtesy: La Biennale di VenezIa

Наш павильон посвящен вокзалам и железным дорогам. Отчасти он познавательный — демонстрирует старые и новые проекты вокзалов и видеофильм о развитии железных дорог в России. Отчасти лирический — с камерой хранения, где в ячейках лежат разные разности — от фонаря путейского обходчика до портрета Дэвида Боуи, однажды воспользовавшегося услугами РЖД. Также показан документальный фильм Даниила Зинченко о путешествии на поезде из Москвы во Владивосток, к деду.


Китай

Павильон Китая. Фото: Аndrea Avezzù, Italo RondInella, Francesco Galli, courtesy: La Biennale di VenezIa
Павильон Китая.
Фото: Аndrea Avezzù, Italo RondInella, Francesco Galli, courtesy: La Biennale di VenezIa

В павильоне рассказывается не о городах, что можно было бы ожидать, а о китайской сельской местности. О ее самобытности, обычаях и народной культуре. Это и есть свободное пространство — место приложения творческих сил архитекторов. Необходимо восстановить забытые ценности и сочетать их с современными техническими и научными достижениями. Китайский павильон выглядит привлекательно благодаря трогательным объектам народного зодчества.


Великобритания

Павильон Великобритании. Фото: Аndrea Avezzù, Italo RondInella, Francesco Galli, courtesy: La Biennale di VenezIa
Павильон Великобритании.
Фото: Аndrea Avezzù, Italo RondInella, Francesco Galli, courtesy: La Biennale di VenezIa

Самый спорный павильон. Он пуст. Но в нем сооружена лестница, взобравшись по которой, можно созерцать вершину треугольной черепичной крыши и любоваться видом на Венецианскую лагуну. Авторы павильона считают, что создали «Остров» — новое общественное пространство свободного общения, и уверяют, что вдохновились шекспировской «Бурей». Но зрители разочарованы буквальным прочтением девиза биеннале.


Германия

Германия представила важные для ее столицы проекты. Прошло 28 лет со дня падения Берлинской стены, столько же она и простояла. На освободившемся после ее разрушения пространстве были построены разные объекты. Некоторые из них, самые знаковые, показаны на выставке в павильоне: застройка площадей Потсдамер, Леопольд и Паризер, мемориал Стены, квартал Шютценштрассе. Объединенный Берлин стал местом работы ведущих европейских архитекторов, и городу есть чем гордиться.


Франция

Павильон освоен очень интересно. Представлено десять проектов так называемых третьих мест — построек, где социальная функция, возможность объединить и социализировать жителей, оказалась важнее архитектуры. Форма подачи проектов тоже оригинальна: планы и пояснения начертаны на досках как будто вручную, в картонные макеты вставлены маленькие экраны. А основное пространство павильона занимает разный житейский мусор: старые фонари, посуда, кассеты с фильмами. Он снимает пафос, напоминает, что архитектура служит жизни, ее простым потребностям.


Израиль

Экспозиция называется In Statu Quo и рассказывает, что архитектура может быть посредницей в мирном сосуществовании людей разных национальностей и религий. Замечательный пример такого сосуществования показан в фильме Нины Перег «Абрам Абрам, Сара Сара» о Пещере патриархов, священном для иудеев и мусульман месте, попеременно превращающемся то в мечеть, то в синагогу. Соответственно, меняются декорации — переносятся пластиковые стулья, старые ковры и культовые предметы.


Бельгия

Этот павильон, названный Eurotopie, практически пуст. Только синие подиумы изображают своеобразную агору, на которую посетители могут подняться и выступить, если захотят. Пояснительный текст говорит о сложности быть столицей Европейского союза. Квартал, где расположены учреждения ЕС, по сути, город в городе, а не органичная часть Брюсселя.


Япония

Тема здесь — «Архитектурная этнография», показано несколько десятков проектов из разных стран мира. Их предлагается внимательно разглядеть, но они очень мелкие, и невооруженным глазом сделать это невозможно. Поэтому зрителям вручают лупы, вмонтированные в большие картонные диски (чтобы удобно было держать). С ними разглядывать проекты не легче, но интереснее.

Самое читаемое:
1
Зельфира Трегулова: «Сейчас в музее нам нужны более сильные эмоции и впечатления»
Директор Третьяковской галереи Зельфира Трегулова рассказала о том, каким видит музей в будущем, об идеальной выставке и почему картины Михаила Врубеля вызывают интерес у зрителей от Казани до Осло
22.09.2021
Зельфира Трегулова: «Сейчас в музее нам нужны более сильные эмоции и впечатления»
2
Выставка Врубеля в Третьяковке соединит разрозненные циклы и разрезанные картины
Гигантская монографическая выставка Михаила Врубеля в Новой Третьяковке станет важным этапом в познании его наследия. На ней встретятся три «Демона» и впервые будет показано такое количество поздней графики
05.10.2021
Выставка Врубеля в Третьяковке соединит разрозненные циклы и разрезанные картины
3
Как проектировали упаковку Триумфальной арки
В Париже открылся последний грандиозный проект Христо и Жанны-Клод — упакованная Триумфальная арка. Оказывается, работа над ним шла полвека. Показываем, как это было
24.09.2021
Как проектировали упаковку Триумфальной арки
4
Жан-Юбер Мартен перемешает коллекцию ГМИИ
Перед реконструкцией главного здания Пушкинского музея в нем решились на большой эксперимент
07.10.2021
Жан-Юбер Мартен перемешает коллекцию ГМИИ
5
Как появляются на арт-рынке работы Боттичелли и за сколько продаются
Сандро Боттичелли сейчас второй среди старых мастеров по цене после Леонардо да Винчи. Как правило, главные шедевры таких гениев давно в музеях, и каждое появление их произведений на рынке становится сенсацией
08.10.2021
Как появляются на арт-рынке работы Боттичелли и за сколько продаются
6
Sotheby’s выставил на аукцион позднюю картину Боттичелли
«Муж скорбей» появится на январских торгах с предварительной оценкой в $40 млн. Картина обрела авторство Боттичелли благодаря недавней переатрибуции, а до этого считалась работой его учеников
07.10.2021
Sotheby’s выставил на аукцион позднюю картину Боттичелли
7
Сурия Садекова: «Люди открывают личность, которую не знали»
В Фонде Louis Vuitton 22 сентября открывается выставка собраний Ивана и Михаила Морозовых. Сурия Садекова, завотделом образовательно-выставочных проектов ГМИИ им. А.С.Пушкина, рассказала о коллекции, проекте и организационных подвигах
21.09.2021
Сурия Садекова: «Люди открывают личность, которую не знали»
Подписаться на газету

2021 © The Art Newspaper Russia. Все права защищены. Перепечатка и цитирование текстов на материальных носителях или в электронном виде возможна только с указанием источника.

16+