Тренды TEFAF: Швеция вошла, Англия вышла, Италия вечна

В голландском Маастрихте продолжается крупнейшая в мире ярмарка старого и современного искусства, антиквариата и дизайна

Ярмарка, которая ежегодно проходит уже три десятилетия в Маастрихте, последние 10–15 лет пользуется славой крупнейшей и важнейшей в мире: только здесь представлены в таком качестве и таком ассортименте и старые мастера, и китайский фарфор, и испанские средневековые доспехи, и дизайн с модернизмом. Ярмарка всегда славилась своей стабильностью и традиционностью. Однако нынешнее, 31-е издание TEFAF демонстрирует попытки обновления.

Новая кровь

Ярмарка TEFAF 2018. На стенде галереи Beddington. Фото: NATASCHA LIBBERT
Ярмарка TEFAF 2018. На стенде галереи Beddington.
Фото: NATASCHA LIBBERT

Еще пять лет назад новички среди почти трех сотен участников были редкостью; чтобы проникнуть в их ряды, нужно было стоять в очереди годами. В этот раз среди 275 экспонентов 16 новых.

Старые участники ярмарки занимают одни и те же места годами, если не десятилетиями. Теперь же на выгодном месте главной аллеи ярмарки вместо стенда специалиста по старым мастерам, одного из основателей ярмарки, Джонни ван Хефтена — стенд амбициозной лондонской Tomasso Brothers Fine Art. «Джонни сам захотел, чтобы у нас было это место, — говорит Рафаэлло Томассо, — и мы решили, что стоит сделать нечто действительно впечатляющее». Поэтому на стенде подняли потолок на 2 м (по цене €1,5 тыс. за 50 см), а стены украсили воспроизведением помпейских фресок. Полотно «Кастор и Поллукс» (1783) Джованни Баттиста Чиприани было продано здесь в первый же вечер за €425 тыс.

Лондонская галерея Lullo Pampoulides впервые участвует в основном разделе ярмарки (раньше ее допустили только в «пробный» раздел для новичков Showcase). На стенде представлена смесь из произведений старых мастеров и искусства ХХ века, так, чтобы что-то интересное могли найти и коллекционеры старого поколения, и новые, 40-летние.

Статусный нью-йоркский дилер старых мастеров Отто Науман собирался уйти на покой после того, как в январе распродал свою коллекцию на Sotheby’s. Однако передумал и вернулся со своим сыном Амброузом и перебрендированной галереей Naumann Fine Art. 

Предпросмотры и вакханалия

Ярмарка TEFAF 2018. На стенде галереи Colnaghi. Фото: Lоraine Bodewe
Ярмарка TEFAF 2018. На стенде галереи Colnaghi.
Фото: Lоraine Bodewe

Ярмарка вынуждена менять и распорядок превью для самых важных гостей. Например, в нынешнем году было решено устроить два вернисажа вместо одного. Это оказалось верным решением, хоть и вызвало споры. В первый день ВИП-ВИП-коллекционеров набралось около 5 тыс. (хотя галереям урезали количество пригласительных до 50-ти), и к вечеру вернисаж напоминал вакханалию с битвой за бокал шампанского и крошечную порцию ризотто с трюфелями. Покупать что-то в таких условиях было бы затруднительно — а ведь вечер вернисажа, когда на ярмарку можно попасть только по приглашениям, обычно дает галеристам самую высокую прибыль. Так что возможность приватно, без досужих зрителей, посетить стенды еще и на следующий день оказалась кстати.

«Шизофренический» интерес к современному

TEFAF традиционно является законодательницей мод в области старого искусства и антиквариата (прикладного искусства), однако ныне увлечение ХХ веком и современным искусством приняло характер «шизофрении», как выразился один консультант по коллекционированию. Это подтверждают и успех только что состоявшейся ярмарки The Armory Show в Нью-Йорке, и итоги торгов модернистами и современным искусством в Лондоне. 

Осознавая тенденцию, еще в 2015 году на TEFAF был придуман специальный раздел TEFAF Curated для представления модернизма и contemporary art. В нынешнем году его уже нет: он выполнил свою роль, и галереи искусства ХХ и ХХI веков органично влились в основной состав ярмарки. Среди них такие важные игроки, как Perrotin, Massimo de Carlo, Mazzoleni и M&L Fine Art.

Ярмарка TEFAF 2018. На стенде галереи De Boer. Фото: Lоraine Bodewe
Ярмарка TEFAF 2018. На стенде галереи De Boer.
Фото: Lоraine Bodewe

Руди Перротен из парижской Perrotin объяснил, что их галерея уже принимала участие в нью-йоркской дочке TEFAF (в 2017 году это мероприятие, адресованное специально любителям современности, прошло в первый раз) и теперь решила попробовать «оригинал», то есть основную ярмарку. «Здесь много важных коллекционеров, — комментирует первые впечатления он, — но продажи идут медленнее, чем на ярмарках современного искусства».

Массимо де Карло, галереи которого открыты в Милане и Лондоне, продал несколько работ прямо в день предварительного просмотра. Свой успех галерист объясняет тщательным выбором имен и техник: он представил Рудольфа Стингела, Лю Сяодуна, Янь Пэймина и Дэна Колена, то есть современных художников, работающих в традиционных материалах, таких как холст, масло, керамика и бронза.

Гендерный дисбаланс

Ярмарка TEFAF 2018. На стенде галереи Merrin. Фото: Lоraine Bodewe
Ярмарка TEFAF 2018. На стенде галереи Merrin.
Фото: Lоraine Bodewe

TEFAF, без сомнения, остается территорией мужчин. Несмотря на обновления в списке экспонентов, в нем еще совсем мало женщин-дилеров, которые работают под своим именем. Это Алессандра ди Кастро (Alessandra di Castro, прикладное искусство), Дебора Элвира (Deborah Elvira, исторические ювелирные украшения) и Кароль Трибо-Померанц (Carolle Thibaut-Pomerantz, старинные обои), которая делит стенд с Анн Софи Дюваль (Anne Sophie Duval, дизайн). Вызвало критику и засилье мужчин в экспертном совете ярмарки (совет отбирает экспонентов и проверяет качество представленного на стендах): 22 против 2 — Марины Келлен Френч и Хайди Маквилльямс. «Все это правда, — говорит Патрик ван Марис, исполнительный директор TEFAF. — Мы будем работать над этим, шаг за шагом, однако на все требуется время».

Наши коллеги из The Art Newspaper, побывавшие на ярмарке, выделили среди сотен стендов и тысяч экспонатов всех тысячелетий шесть важных, но неочевидных категорий, привлекающих внимание коллекционеров

Древнегреческая скульптура

Голова юноши. II–I вв. до н.э. Оценена в  £160 тыс. в галерее Charles Ede. Фото: Charles Ede
Голова юноши. II–I вв. до н.э. Оценена в  £160 тыс. в галерее Charles Ede.
Фото: Charles Ede

Развитие древнегреческой скульптуры тесно связано с вазописью. Между VII и I веками до н.э. чернофигурные росписи ваз уступили место более натуралистичным краснофигурным, а жесткие фронтальные формы в скульптуре — более гармоничным и привлекательным. Имена некоторых античных скульпторов известны — это Фидий (V век до н.э.) и Пракситель (IV век до н.э.), но они, как решительно заявляет управляющий директор лондонской галереи Charles Ede Мартин Клист, «на самом деле не художники-суперзвезды, а крепкие ремесленники». 

В Европе подобное искусство собирают несколько коллекционеров. «Старомодные знатоки исчезли лет 15 назад, сейчас людей в первую очередь привлекают эстетические качества, красота; конечно, важен и провенанс», — говорит Клист. Этот раздел рынка больше, чем другие, подвержен разным проблемам — от подделок до незаконных раскопок, которые особенно активно велись в 1970–1980-х годах, однако с тех пор ситуация выправилась и жестче регулируется.

На своем стенде Charles Ede представляет полдюжины скульптур, в том числе фигурку военачальника из известняка (Кипр, VI век до н.э., около £59 тыс.) и мраморную эллинистическую голову юноши (II–I века до н.э., около £160 тыс.).

Живопись итальянского Ренессанса 

Альваро ди Пьетро. «Благовещение». 1430–1434. Продано на Sotheby’s за рекордные для художника $435 тыс. Фото: Sotheby'
Альваро ди Пьетро. «Благовещение». 1430–1434. Продано на Sotheby’s за рекордные для художника $435 тыс.
Фото: Sotheby'

«Стилистически границы устанавливаются от Мазаччо (родился в 1401 году) до Рафаэля (умер в 1520 году). Но зачастую к Ренессансу относят произведения, выходящие за эти временные рамки, если в них господствует гуманистическое начало и они являются отправкой точкой для развития современного западного искусства», — считает эксперт из Лондона Фабрицио Моретти. 

Одна из причин высоких цен в этом разделе — доступность на рынке весьма ограниченного числа работ. Глава отдела старых мастеров Sotheby’s Александр Белл называет мастеров Высокого Возрождения «черепашками», имея в виду мультипликационных черепашек-ниндзя Леонардо, Микеланджело и Рафаэля. «У них культовый статус», — говорит Белл. С этим утверждением не поспорить, его подтвердила прошлогодняя продажа на Christie’s «Спасителя мира» Леонардо да Винчи за $450 млн.

Сомнения относительно востребованности религиозных образов можно отбросить: Белл считает, что здесь на первый план выходит историческая значимость. «Коллекционеры любят ясность — прямые, простые образы. А если у них есть золотой бэкграунд, то это придает невероятную ценность и действительно впечатляет», — поясняет он.

К счастью, «черепашками» дело не ограничивается. Хорошо продаются на аукционах Сандро Боттичелли (около 1445 — 1510) и художники его мастерской. В 2013 году Christie’s установил рекорд на живопись Боттичелли, продав «Богоматерь с младенцем Христом и святым Иоанном Крестителем», известную как «Мадонна Рокфеллера», за $10,4 млн. Менее знаменитые живописцы также попадают в яблочко: в феврале небольшая темпера «Благовещение» португальского художника Алвару Пиреша де Эворы, известного также как Альваро ди Пьетро, ушла на Sotheby’s почти за $500 тыс. при предварительной оценке в $150–250 тыс.

Искусство африканских племен

Маска народности яка. Подобные были проданы на ярмарке BRAFA за €10–30 тыс. Фото: Didier Clae
Маска народности яка. Подобные были проданы на ярмарке BRAFA за €10–30 тыс.
Фото: Didier Clae

Понятие tribal art, в первую очередь ассоциирующееся с африканскими ритуальными предметами, сейчас включает в себя и другие регионы: Океанию и доколумбову Америку. 

Международный директор отдела искусства Африки и Океании Sotheby’s Жан Фриттс резюмирует, что «люди давно интересуются вещами не только с Берега Слоновой Кости». В идеальном мире они происходят из ранних и лучших коллекций. Чтобы избежать неприятных моментов, связанных с желанием племен вернуть историческое наследие, многие коллекционеры переходят от традиционных объектов коллекционирования (нередко это предметы культа, а то и человеческие останки) к более нейтральным вроде церемониальных клинков с острова Пасхи, наподобие тех, что в декабре прошлого года были проданы на Sotheby’s в Париже за неожиданные €3,9 млн. Участники упомянутых торгов пришли из других разделов рынка, так что эта ниша показывает возможности для роста.

«Искусство Африки повлияло на Матисса и Дерена, в то время как сюрреалистам были ближе предметы из Океании», — объясняет эксперт из Брюсселя Бернар де Грюн. На становление рынка в этой области большое влияние оказало открытие в 2006 году в Париже Музея на набережной Бранли (правда, сейчас на самом высоком уровне обсуждается возможность возвращения африканского искусства. — TANR). В июне готовится вновь принять посетителей Королевский музей Центральной Африки в Бельгии. 

Африканское искусство по-прежнему производит «wow-эффект», особенно если предлагается за привлекательную цену. Например, брюссельский дилер Дидье Кле на ярмарке BRAFA в январе продал несколько масок конголезского народа банту яка по цене от €10 тыс. до €30 тыс. 

Европейский фарфор XVIII века

Сливочник из мейсенского фарфора с пейзажной росписью. Около 1740–1745. Продается за £12,5 тыс. в галерее Brian Haughton. Фото: Brian Haughton Gallery
Сливочник из мейсенского фарфора с пейзажной росписью. Около 1740–1745. Продается за £12,5 тыс. в галерее Brian Haughton.
Фото: Brian Haughton Gallery

Пришедший из Китая, фарфор начал успешно производиться в Европе под покровительством монарших особ с XVIII столетия. Главными центрами стали мануфактура в немецком Майсене (Мейсене) и открывшаяся чуть позже мануфактура в Венсене под Парижем, переехавшая затем в Севр. 

Покупатели обычно выбирают конкретные предметы: чайники, кувшины или тарелки, а специалисты советуют начинать с чайных принадлежностей, так как цены на них весьма гуманны. Но самые большие деньги платят, конечно, не за практическое применение — более важны провенанс и тонкая работа. В этом плане выдающимся примером является пара мейсенских цапель, проданная в 2005 году на Christie’s за €5,6 млн. 

Эксперт из Брюсселя Жан Лемар считает, что входным билетом в эту категорию являются не деньги, а время, которое вы готовы потратить на свое увлечение. «Эта категория коллекционирования не для занятых людей. Вам нужно походить по музеям, изучить предметы севрского фарфора из Собрания Уоллеса, потренировать свой глаз», — говорит он. Потом на первый план выйдут вопросы реставрации и презентации.

Шведский дизайн

Поуль Хеннингсен. Лампа для «Дома будущего» (1959). Галерея Jackson Design. Фото: Jackson Desig
Поуль Хеннингсен. Лампа для «Дома будущего» (1959). Галерея Jackson Design.
Фото: Jackson Desig

«С наступлением миллениума интерес медленно, но верно смещается в сторону шведских дизайнеров ХХ века», — уверен сооснователь компании Jackson Design Пол Джексон. Это направление выделилось из ветви скандинавского дизайна, где основными игроками были датчане и финны. 

Глава отдела дизайна аукционного дома Phillips Александр Пейн определяет шведский стиль как «более царственный и декоративный», с влиянием Франции и России. При этом он отмечает и немалую заслугу королевской семьи Швеции в давнем деле поддержки шведского дизайна, что в конечном итоге сказывается на его растущей популярности в мире. Одними из наиболее востребованных на рынке являются дизайнерские предметы, разработанные шведскими архитекторами, в частности Акселем Эйнаром Хьортом (1888–1959). Пол Джексон привез в Маастрихт его стол «Мора» (1930, €75 тыс.), а также ковер «Шахматная доска», разработанный Барбро Нильсоном для старинной шведской мануфактуры Märta Måås-Fjetterström, известной также как MMF AB (1950, €25 тыс.). Кстати, почти год назад шерстяной ковер ручной работы «Ромашка» 1940-х годов этой фирмы был продан на Phillips за £47,5 тыс. 

Английская мебель XVIII века

Томас Чиппендейл. Кресло. Около 1765. Фото: Victoria and Albert Museum
Томас Чиппендейл. Кресло. Около 1765.
Фото: Victoria and Albert Museum

Дилеры, специализирующиеся на классической английской мебели, столкнулись с серьезной проблемой. «Люди больше не стремятся к аристократизму. Произошла смена вкусов, которая держится дольше, чем предполагалось», — рассказывает специалист бременской Galerie Neuse Маркус Радеке, экс-глава отдела европейской мебели Christie’s.

Впрочем, пока еще остаются те, кто готов платить высокую цену за лучшие предметы от известных мастеров — вещи, «которые могут рассказать хорошую историю, и не одну». Как, например, гарнитур Роберта Адама, выполненный Томасом Чиппендейлом для шотландского предпринимателя Лоуренса Дундаса (1712–1781), который продается по частям за внушительные деньги. Стулья из него были проданы за £1 млн (один есть в Музее Виктории и Альберта), а пара стульев из лондонского дома Дундаса ушла к новому владельцу в июне 2008 года на Christie’s за £2,3 млн. 

Коллекционеры по-прежнему покупают мебель по цене от £3 тыс. до £8 тыс., что дарит дилерам призрачную надежду на улучшение ситуации, в то время как аукционные дома выходят из этого сегмента. 

В 2018 году отмечается 300-летие со дня рождения Томаса Чиппендейла, выдающегося мастера эпохи рококо и раннего классицизма. По этому случаю в Лидсе, неподалеку от которого он родился, запланированы большие торжества. Однако, предупреждает Радеке, главное — не потерять голову в череде празднований и внимательно смотреть на все, что приходит под этим брендом из США. «В США название „Чиппендейл“ используется для всего, что похоже на него по стилю», — предупреждает он.

Самое читаемое:
1
«Пушкинская карта» назначена козырной
В России стартовала программа «Пушкинская карта»: с 1 сентября молодые люди в возрасте от 14 до 22 лет получат от государства деньги на приобщение к культуре
27.08.2021
«Пушкинская карта» назначена козырной
2
Главные выставки нового сезона
Выставка Врубеля под кураторством Аркадия Ипполитова, Жан-Юбер Мартен в ГМИИ, «Смолянки» Левицкого, Константин Мельников во всех видах, Ай Вэйвэй из дутого стекла, «Атомная Леда» Дали и многое другое в нашем списке самых любопытных проектов осени
01.09.2021
Главные выставки нового сезона
3
Дрезденский музей впервые показал «нового» Вермеера с расчищенным Купидоном
После реставрации знаменитая картина «Девушка, читающая письмо у открытого окна» настолько изменилась, что теперь в музее о ней говорят как о «новом» Вермеере
26.08.2021
Дрезденский музей впервые показал «нового» Вермеера с расчищенным Купидоном
4
В Москве появилась «Музейная четверка»: что это значит?
Четыре крупных столичных музея объявили о создании совместного проекта и представили свои маршруты
16.09.2021
В Москве появилась «Музейная четверка»: что это значит?
5
Выставка «Константин Коровин. Шедевры из частных собраний» проходит в галерее «Артефакт»
В экспозиции показывают около 50 графических и живописных работ художника из частных собраний. Некоторые из них выставляются впервые
25.08.2021
Выставка «Константин Коровин. Шедевры из частных собраний» проходит в галерее «Артефакт»
6
От Боттичелли до Пепперштейна: художники на экране
Криминальные истории из мира aрт-бизнеса, ностальгические путешествия, интервью в анимационном формате и поездка на старом автомобиле: на The ART Newspaper Russia FILM FESTIVAL 2021 представлены разные жанры современного кино об искусстве
02.09.2021
От Боттичелли до Пепперштейна: художники на экране
7
В Манеже открылась девятая ярмарка Cosmoscow
Участие в международной ярмарке современного искусства принимают 77 галерей
17.09.2021
В Манеже открылась девятая ярмарка Cosmoscow
Подписаться на газету

2021 © The Art Newspaper Russia. Все права защищены. Перепечатка и цитирование текстов на материальных носителях или в электронном виде возможна только с указанием источника.

16+