Возвращение в Хоутон

Иногда история, совершив очередной круг, возвращается в исходную точку — невозможное становится возможным. Возвращение живописной коллекции сэра Роберта Уолпола из России в Великобританию, пусть и на короткий период с 17 мая по 29 сентября 2013 года, станет именно таким событием. Несколько десятков картин из нынешних коллекций Эрмитажа, ГМИИ им. Пушкина, Царского Села, Павловска, Пермского художественного музея будут показаны на выставке в Хоутон-Холле.

Мгновенно ставшая сенсацией, предстоящая выставка превратилась из несбыточной мечты в реальность благодаря совместным усилиям директора Государственного Эрмитажа Михаила Пиотровского и куратора поместья Хоутон-Холл Тьерри Мореля, по совместительству возглавляющего Фонд Эрмитажа в Великобритании. Первоначальный импульс исходил от маркиза Чемли (прямого потомка сэра Роберта Уолпола), который в 1990 году случайно нашел среди бумаг своего далекого предка первоначальный план размещения картин. И спустя 234 года посетители смогут увидеть коллекцию в парадных залах Хоутон-Холла так, как она вы глядела до приобретения ее Екатериной II в 1779 году.

Сэр Роберт Уолпол, первый граф Орфорд (1676–1745) и первый премьер-министр Великобритании, а также объект едких нападок состороны Джонатана Свифта, Джона Гея и Александра Поупа, жил в то время, когда, помимо умения плести политические интриги и выходить сухим из воды, политик просто обязан был слыть знатоком прекрасного. Иначе говоря, сэр Роберт жил в эпоху Большого тура, когда всякий уважающий себя джентльмен должен был непременно читать Характеристики лорда Шефтсбери, развивать свой эстетический вкус с помощью работ Джонатана Ричардсона и путешествовать по Италии, Франции, Нидерландам и Греции, чтобы иметь право называться образованным человеком. Уолпол никогда не совершал Большой тур и тем не менее сумел собрать репрезентативную коллекцию, идеально отражающую вкус английского джентльмена начала XVIII века. Собирательством он занялся на пике политической карьеры, примерно с 1718 года. Его агенты были разосланы по всей Европе и сообщали ему об отдельных картинах и целых коллекциях, выставленных на продажу. О безупречном чутье сэра Роберта свидетельствует тот факт, что львиная доля собрания состоит из шедевров.

Среди них — произведения итальянской, фламандской, голландской, французской, испанской и даже немецкой школ. Достаточно перечислить таких мастеров, как Лука Джордано, Сальватор Роза, Парис Бордоне, Гвидо Рени, Агостино Карраччи, Карло Маратта, Питер Пауль Рубенс, Антонис Ван Дейк, Давид Тенирс, Франс Снейдерс, Франс Халс, Рембрандт, Никола Пуссен, Бартоломе Эстебан Мурильо, Диего Веласкес, чтобы убедиться в этом. Всего в коллекции Уолпола насчитывалось более 400 произведений. Хоутон-Холл, спроектированный и построенный английским архитектором Колином Кемпбеллом в излюбленном англичанами палладианском стиле, должен был стать своего рода храмом искусства, в котором было заключено драгоценное собрание картин. По слухам, их приобретение обошлось сэру Роберту приблизительно в £40 тыс. Строительные работы начались в 1722 году и были завершены в 1735-м. Отделка и внутреннее убранство дома были поручены известному английскому художнику-декоратору Уильяму Кенту. В Хоутон-Холле все должно было восхищать размахом и пышностью на зависть соседям. Намек на это содержится в живописной композиции плафона в кабинете сэра Роберта: богиня мудрости Минерва, сжимающая в руках щит с гербом рода Уолполов (головой сарацина), попирает уродливую аллегорию зависти. Хоутон сразу же стал местной достопримечательностью, местом отдыха и увеселений для сэра Роберта и его друзей. Однако идиллия продлилась недолго: в 1745 году Уолпол умирает, оставляя наследникам не только великолепное поместье, но и колоссальные долги размером в £40 тыс. (что равносильно £50 млн в сегодняшнем эквиваленте). Передача усадьбы во владение наследникам повлекла только увеличение долговых обязательств, как это произошло со вторым графом Орфордом. Наконец, в 1751 году имение вместе с долгами наследует Джордж, третий граф Орфорд и внук сэра Роберта.

В управлении поместьем юному племяннику помогает сэр Горацио Уолпол — младший сын сэра Роберта Уолпола, известный романист, автор Замка Отранто и любитель готического стиля, моду на который он введет в своем имении Строберри-Хилл. В 1747 году он составил подробный каталог и описание коллекции Хоутон-Холла Aedes Walpolianae.

Племянник, которого любящий дядюшка называл не иначе как «безумный Джордж», отличался эксцентричностью и шокировал благопристойного родственника своими выходками: то публика начнет судачить о том, что Джордж разъезжал по окрестностям в экипаже с четырьмя оленями в упряжке, то сплетничает о пари, заключенном с лордом Рокингемом, согласно которому оба участника должны были на спор проехать от Нориджа до Лондона в экипажах, запряженных пятью индейками и гусаками. На все это безобразие Гораций Уолпол периодически жалуется Горацию Манну, своему другу, английскому посланнику во Флоренции. Джордж под предлогом нехватки финансов (или в результате проигрыша в карты) разбирает парадную входную лестницу особняка. Новый владелец лестницы отправляет ее на корабле в Европу. В ходе морского путешествия лестница благополучно тонет, а Хоутон-Холл вплоть до 1973 года остается без парадного входа, который был восстановлен усилиями леди Чемли по первоначальным эскизам. Дядюшка Гораций, не выдержав безумств племянника, от греха подальше удаляется на покой в собственное поместье.

Обремененный долгами Джордж начинает искать покупателя, которому мог бы продать коллекцию картин. Надо сказать, что периодические распродажи произведений из собрания сэра Роберта производились и ранее: так, первая попытка поправить финансовое положение за счет картин приходится на 1748 год. Позже, после смерти брата, Гораций Уолпол сообщает, что в 1751 году семья распродавала картины, которым не нашлось места в Хоутоне.

До определенного момента он положительно относился к перспективам их продажи, если долги семейства станут чересчур обременительными. В конце 1750-х цены на живопись стремительно росли, и в одном из писем Манну, Гораций Уолпол оценивает хоутонскую коллекцию уже в £200 тыс. Однако к концу 1770-х ситуация изменилась: цены на картины упали, а долги семьи выросли. Уолполы начали искать покупателей для своей
коллекции живописи.

В апреле 1777 года парламентарий Джон Уилкс обращается к палате общин с призывом выкупить «бесценное сокровище» у наследников Уолпола и сделать ее национальным достоянием, поместив в отдельную галерею, специально построенную в саду Британского музея. Речь Уилкса вызвала бурное обсуждение как в парламенте, так и в светских салонах. Если бы ко мнению депутата прислушались, то, возможно, дата основания Национальной галереи приходилась бы на 1777-й, а не на 1824 год.

В 1778 году Гораций и Эдвард Уолполы отказываются от своей доли наследства и передают все права Джорджу, который обращается к Джеймсу Кристи с просьбой «в глубочайшей тайне» произвести оценку коллекции. В декабре того же года Гораций Уолпол сообщает Манну: «Безумный владелец выставил окончательную сумму в £45 тыс. русской императрице». Из дальнейшей переписки становится ясно, что дядя наследника был опечален резким падением цен на арт-рынке и сожалел по поводу продажи картин за бесценок. В то время как эта сделка вызвала, по словам российского посланника в Лондоне Алексея Мусина-Пушкина, «неудовольствие и сожаление английского дворянства о выпуске сих картин из здешнего государства», Екатерина II испытывала ликование. В письме барону Фридриху Мельхиору Гримму, извещавшему ее, что коллекция Уолполов была снята с торгов, она сообщала: «Картины Уолпола более не продаются по той простой причине, что ваша покорная слуга уже сжимает их в своих когтях и, как кошка мышку, уже ни за что не выпустит».

Дабы утешить Джорджа, Екатерина, завершив сделку, отправила в благодарность Уолполам свой портрет, который и теперь висит над камином в красной гостиной. Для гидов Хоутон-Холла он служит предлогом посудачить о русской императрице и рассказать о потере живописной коллекции поместья. Джордж же утешился уменьшением долгового бремени и приобретением новой гончей, которую незамедлительно окрестил Царицей. Как гласит молва, гончая выиграла множество беговых состязаний, тем самым служа утешением хозяину в старости.

Удачное приобретение императрицы

Российская императрица имела все основания радоваться приобретению: картины Уолполов положили на-чало ее дворцовому собранию, а позднее вошли в основную коллекцию Эрмитажа. Благодаря покупке музей стал владельцем таких шедевров, как Жертвоприноше-ние Авраама Рембрандта, Пиру Симона Фарисея Питера Пауля Рубенса, Мадонна с куропатками Антониса Ван Дейка, Птичий концерт и Лавки Франса Снейдерса. Среди прочих шедевров числятся работа Париса Бордоне Две дамы, Марс и Купидон; Портрет папы Климента IX Карло Маратты; алтарные картины Агостино Карраччи Оплакивание Христа, Гвидо Рени Отцы церкви, беседующие о догмате непорочного зачатия, Франческо Альбани Крещение, Сальватора Розы Блудный сын. В числе произведений итальянской школы следует упомянуть композиции Луки Джордано Вакх и Кузница Вулкана. В составе коллекции сэра Роберта были и шедевры французской школы. В первую очередь это работы Никола Пуссена Святое семейство и Моисей, иссекающий воду из скалы; Утро в гавани и Бискайский залив Клода Лоррена; Дедал и Икар Шарля Лебрена.