18+
Материалы нашего сайта не предназначены для лиц моложе 18 лет.
Пожалуйста, подтвердите свое совершеннолетие.

Синдром упущенного шанса

№38
Материал из газеты

Полотна большинства мастеров, не признанных при жизни, ныне стоят дороже творений их успешных современников. Эта история началась с французских импрессионистов и повторилась с модернистами. Правило запоздалого признания перестало работать лишь во второй половине ХХ столетия

На часто задаваемый вопрос: «Почему работы импрессионистов и модернистов стоят на порядок дороже произведений старых мастеров?» — практически никогда не бывает внятного ответа. Представители аукционных домов обычно отшучиваются, как, например, Филип Хук, не без юмора отвечавший журналистам во время недавней московской презентации его книги Завтрак у Sotheby’s: «Импрессионистов просто понять. Хорошая погода, веселые люди, солнце светит, — я их называю „антидепрессанты“. Очень часто репродукции Моне висят в поликлиниках, чтобы настроить вас на оптимистический лад».

Стоит ли за такие терапевтические средства платить миллионы? И с каких это пор «пилюли счастья» стали стоить так дорого? Мы лишь сделаем попытку это объяснить, проследив историю признания импрессионистов и модернистов.

Тот же остроумный «сотбисник» Филип Хук на свой лад определил соблазнительность произведений импрессионистов: «…Люди очень любят истории о художниках, не понятых в свое время и прославленных после смерти. Это поддерживает тягу людей к мифу о том, что мы лучше, чем наши невежественные предки». Сказано цинично, но по существу.

Существо же в том, что импрессионисты при всех их хороших погодах и веселых персонажах (что, впрочем, еще нужно доказать: у них были и дожди, и снега, и физиономии их моделей не всегда излучали радость) действительно не были приняты ни современной им широкой публикой, ни — а это главное — художественным истеблишментом, то есть Академией и всемогущим Салоном. Кажется, в первый раз за всю историю искусства прошла трещина между тем, что предлагал художник, и тем, что ожидал от него зритель.

Сколько понадобилось усилий верных друзей импрессионистов — маршана Поля Дюран-Рюэля, художника, а еще коллекционера и мецената для своих друзей Гюстава Кайботта, чтобы привлечь внимание к живописцам так называемой батиньольской школы. Четверть века потратил Дюран-Рюэль на «промоушен» импрессионистов (от попыток продать их во Франции до действительных первых продаж в Соединенных Штатах). На средства Кайботта было устроено два аукциона 1875 и 1877 годов (оказавшихся провальными), на которых инициатор выставлял и сам же у себя покупал по завышенной цене работы своих друзей.

Впрочем, импрессионистам иногда везло, их вещи брали и на Салон, но загоняли в самые верхние ряды развески, так что картины практически не было видно. Почему батиньольцы все же периодически шли на штурм Салона, а не обходились своими собственными выставками? Дело в том, что Салон давал статус, реноме. Многим тогда еще была памятна недавняя практика всемогущего жюри этой институции, когда отвергнутые работы помечались на подрамнике литерой «R» (refuse, то есть «отвергнуто»). С этим клеймом работу было практически невозможно продать. Собственно, по этой причине и при покровительстве Наполеона III в 1863 году и возник «Салон отверженных». Император, впрочем искренне не понявший разницы между принятыми работами и отвергнутыми, удачно сыграл на популистских настроениях.

Одним из самых главных событий в истории признания импрессионистов стал казус с так называемым даром Кайботта. По завещанию умершего в 1894 году Гюстава Кайботта 67 картин Мане, Писсарро, Моне, Ренуара, Сислея, Дега, Сезанна и других передавались в дар государству, с тем чтобы они были размещены в Лувре. Три года длились дебаты, главной интригой которых был вопрос, признать или не признать импрессионистов национальным достоянием. Художник-академист Жером срывался на крик: «Принять подобную мерзость для правительства было бы равносильно моральному падению». Но пасть пришлось — правительство пошло на компромисс, согласившись принять 38 работ и разместить их в музее Люксембургского дворца. Туда, как в художественную Мекку, до 1938 года ходили художники и любители искусства. Пока не произошло, так сказать, государственного признания коллекции импрессионистов: она переместилась наконец в отдел Лувра — в павильон Же-де-Пом. Отдельного признания несколько раньше удостоился Клод Моне: его полиптих Кувшинки, над которым он трудился с 1918 до самой смерти в 1926 году, был размещен в павильоне Оранжери.

К 1928 году правительство опомнилось и было собралось забрать оставшиеся 29 картин из «дара Кайботта», но вдова сына знаменитого собирателя отказалась иметь дело с официозом. Рожденное в XIX веке правило запоздалого признания сыграло с французским правительством злую шутку. Этим упущенным шансом воспользовался заокеанский любитель искусства Альберт Барнс, выкупивший большую часть остатков коллекции. Фонду С. Альберта Барнса в Филадельфии с тех пор есть чем гордиться.

Любопытно, что как раз в 1897 году, когда открылась экспозиция импрессионистов в Люксембургском дворце, своего первого импрессиониста, а именно этюд Клода Моне, купил коллекционер Сергей Щукин. Так что он приобретал уже не непризнанного, а как бы полупризнанного художника.

Та часть «дара Кайботта», что оказалась в Люксембургском дворце, оценивалась приблизительно в 140 тыс. франков (примерно по 3,5 тыс. за картину). Чем дальше, тем выше стали котироваться работы импрессионистов. На распродажу собрания умершего в 1917 году Эдгара Дега, несмотря на войну, съехались дилеры из разных стран. Торги, прошедшие в четыре приема с марта по декабрь 1918 года, принесли аукционистам галереи Жоржа Пти около 12 млн франков. По крайней мере так свидетельствовал маршан Амбруаз Воллар, скупивший большую часть вещей в союзе с Дюран-Рюэлем и Жаком Зелигманом. Топ-лотом распродажи стало большое полотно Дега Семья Беллели (1858–1862), приобретенное дирекцией Лувра за 400 тыс. франков.

Англо-саксонский сектор рынка также сделал вклад в валоризацию наследия импрессионистов. Состоявшиеся в 1958 году в Лондоне торги импрессионистов из американской коллекции Якоба Голдшмидта принесли Sotheby’s £781 тыс., которые были выручены за 20 минут при продаже семи полотен. На тот момент это была рекордная для торговли живописью сумма.

Стародавнее правило запоздалого признания продолжало существовать и в начале, и даже в первой трети XX века (мы говорим об этом «французском» правиле, поскольку до середины прошлого века столицей искусств был Париж).

В 1900–1910-е пришло новое талантливое и очень голодное поколение художников, которое так хорошо было описано поэтом Франсисом Карко в его книге От Монмартра до Монпарнаса. Все как бы повторялось сызнова: бедность, вечный поиск денег, дилеры-неудачники, но зато добрые друзья (как Леопольд Зборовский при Амедео Модильяни). Правда, финалы стали чаще всего трагическими. Если в романе друга импрессионистов Эмиля Золя Творчество художник Клод Ланцтье повесился перед своей незаконченной картиной, то теперь это часто происходило в действительности, — вспомнить хотя бы трагический конец Жюля Паскина.

Правило запоздалого признания кануло в Лету лишь во второй половине прошлого столетия. Те, кто некогда пал его жертвой, то есть импрессионисты и модернисты, неимоверно выросли в цене. Рынок же стал зорче отслеживать появляющихся на арт-сцене художников: он боится упустить свой шанс. Наверное, все же прав Филип Хук, и мы хотим быть «лучше, чем наши невежественные предки». 

Самое читаемое:
1
Со-бытие без события: «Арт Москва» похожа на дорогую барахолку
Старейшая из ныне действующих ярмарок искусства «Арт Москва» открылась в Гостином Дворе. Тема 21-го выпуска сформулирована как «Со-бытие». Организаторы постарались украсить салонный контекст интеллектуальными инфоповодами
17.04.2024
Со-бытие без события: «Арт Москва» похожа на дорогую барахолку
2
В Москве завершено строительство нового корпуса Третьяковки
Долгострой, длившийся с 2007 года, закончен. Сначала новое здание будет работать как общественное пространство, а в ноябре там откроется первая выставка — «Передвижники»
26.03.2024
В Москве завершено строительство нового корпуса Третьяковки
3
Коллекция русского авангарда с сомнительным провенансом конфискована французскими властями
Произведения якобы Василия Кандинского, Казимира Малевича и Наталии Гончаровой, связанные с именем висбаденского арт-дилера Ицхака Заруга, стали доказательством в весьма запутанном деле
03.04.2024
Коллекция русского авангарда с сомнительным провенансом конфискована французскими властями
4
Стоик, фанатик, визионер: выставка к 100-летию Владимира Вейсберга
Юбилейная экспозиция в ГМИИ им. А.С.Пушкина выстроена по хронологическому принципу и прослеживает эволюцию творчества Владимира Вейсберга от раннего, «цветного» периода к каноническому «белому на белом»
01.04.2024
Стоик, фанатик, визионер: выставка к 100-летию Владимира Вейсберга
5
Мультимедиа Арт Музей готов к открытию после затянувшегося ремонта
В 2022 году МАММ закрылся на капитальный ремонт. Его директор Ольга Свиблова надеялась справиться быстро, но работы затянулись на полтора года. В апреле наконец случится долгожданное открытие — музей готовит к нему восемь проектов
05.04.2024
Мультимедиа Арт Музей готов к открытию после затянувшегося ремонта
6
Две выставки советского авангарда из Узбекистана пройдут в Италии
Научным консультантом проекта «Узбекистан: авангард в пустыне» об avant-garde orientalis в Венеции и Флоренции выступила Зельфира Трегулова
26.03.2024
Две выставки советского авангарда из Узбекистана пройдут в Италии
7
Премьера авангарда из Узбекистана на мировой сцене проходит во Флоренции и Венеции
Во Флоренции, в палаццо Питти, только что открылась экспозиция «Свет и цвет» — первая часть проекта «Узбекистан: авангард в пустыне», которая впервые в таком объеме показывает практически неизвестное западному миру художественное явление
16.04.2024
Премьера авангарда из Узбекистана на мировой сцене проходит во Флоренции и Венеции
Подписаться на газету

Сетевое издание theartnewspaper.ru
Свидетельство о регистрации СМИ: Эл № ФС77-69509 от 25 апреля 2017 года.
Выдано Федеральной службой по надзору в сфере связи, информационных технологий и массовых коммуникаций (Роскомнадзор)

Учредитель и издатель ООО «ДЕФИ»
info@theartnewspaper.ru | +7-495-514-00-16

Главный редактор Орлова М.В.

2012-2024 © The Art Newspaper Russia. Все права защищены. Перепечатка и цитирование текстов на материальных носителях или в электронном виде возможна только с указанием источника.

18+