Арп и Лисицкий в роли классификаторов нового искусства

Как нередко в жизни случается, делу помогло несчастье. У Эль Лисицкого (1890–1941) обострился туберкулез, и в марте 1924 года он поехал лечиться в Швейцарию. В Цюрихе встретился с Хансом Арпом (1886–1966), и там в числе прочего они говорили о возможной подготовке книги, которая бы рассказывала про новейшие течения в искусстве, а также про их основателей и ярких представителей. Софи Кюпперс-Лисицкая, жена визитера из СССР, отмечала: «Арп написал отдельные короткие абзацы о различных -измах, согласовав их с Лисицким. Я взяла на себя переписку с художниками, указанными в книге». В фондах Лисицкого в РГАЛИ сохранилась переписка с Георгом Гроссом, Робером Делоне, Тео ван Дусбургом, Ле Корбюзье, Питом Мондрианом, Ласло Мохой-Надем и другими героями будущей книги.

Ханс Арп уже имел опыт составления антологии: в 1913 году он был редактором книги «Современная французская живопись». Он нашел издателя — Ойгена Рентша. Сохранившаяся переписка Лисицкого свидетельствует о том, что, к сожалению, отношения между составителями разладились («Я задаюсь вопросом, имею ли я право верить этому человеку» — из письма к жене).

Тем не менее книга «Кунст­и­­змы» вышла в 1925 году и произвела сильное впечатление в мире модернистского искусства. Ее оформление, типографика были сделаны Лисицким; текст набран на трех языках: немецком, французском и английском.

Оглавление представляло собой алфавитный указатель имен художников со сквозной нумерацией репродукций их работ (всего 76). Но внутри издания алфавитный принцип не применялся, авторы были распределены по направлениям — измам, которые выстраивались в обратной хронологии, от 1924 к 1914 году. Составители резонно начинали историю новейшего искусства с настоящего начала новейшей истории — Великой войны.

Любопытно, что перед альбомом распределенных по измам художественных работ шли краткие характеристики этих самых направлений, причем в прямом хронологическом порядке, начиная с кубизма. У части этих описаний указаны авторы: Гийом Аполлинер, Казимир Малевич, Амеде Озанфан, Курт Швиттерс, и среди них — Арп и Лисицкий. Ряд текстов не подписан — вероятно, он принадлежал составителям. Причем анонимные строки не лишены иронии. Например, метафизики описаны так: «Представить материальное через нематериальное — вот проблема метафизиков. Как футуристы хотели поджечь музеи, так метафизики были рады возможности использовать музеи в качестве приюта для старины. Вот наказание за то, что они хотели измерить бесконечность тремя коровьими хвостами».

Эль Лисицкий и Ханс Арп включили в антологию абстрактный кинематограф, конструктивизм, веризм, проун, компрессионизм, мерц, неопластицизм, дадаизм, симультанизм, супрематизм, метафизиков, абстракционизм, кубизм, футуризм и экспрессионизм. Бросается в глаза отсутствие аналитического искусства Павла Филонова, лучизма Михаила Ларионова, группы «Мост».

После публикации «Кунст­измы» вызвали оживленную полемическую реакцию в художественном мире. Печатно выступили и некоторые персонажи антологии: ван Дусбург назвал свою рецензию «Смерть модернизмам», Мохой-Надь — «Изм или искусство?».

Нынешнее появление комментированного репринтного издания «Кунст­измов» на русском языке — замечательное событие. Составители и редакторы Дмитрий Козлов и Глеб Ершов проделали большую работу, чтобы собрать сведения о репродуцированных в книге произведениях, а даже одна их атрибуция — дело очень сложное. Непросто оказалось определить источники текстов — описаний измов, а также разобраться с включенным в книгу списком рекомендуемой литературы.

Следует обратить внимание, что в сопроводительных статьях редакторы выдвигают гипотезу о своеобразном «закулисном» участии в издательском проекте Казимира Малевича. Во-первых, цитата из текста Малевича служит как бы эпиграфом к характеристикам измов; во-вторых, Малевич был одержим идеей написания новой истории искусства; в-третьих, их с Лисицким связывали тесные отношения. Впрочем, редакторы не исключают и обратной возможности — отталкивания Лисицкого от идей Малевича. Пожалуй, чересчур подробное внимание авторы статей уделили попыткам советских художников и искусствоведов в 1920-е годы анализировать и осмыслять новейшие течения в искусстве, но это, конечно, продиктовано тем, что книга выходит на русском языке, становясь, таким образом, фактом в истории отечественной культуры.

Как известно, наиболее репрезентативную историю и хронологию модернистских художественных направлений изобразил на диа­грамме, открывавшей каталог знаменитой выставки «Кубизм и абстрактное искусство» (МоМА, 1936), директор этого нью-йоркского музея и куратор экспозиции Альфред Барр. Зимой 1927–1928 годов Барр с другом и коллегой Джери Эбботтом был в Москве в гостях у Лисицкого, о чем рассказывал так: «Я спросил, пишет ли он картины. Он ответил, что пишет, только когда ему нечем больше заняться, а этого никогда, никогда не бывает». В то время Эль Лисицкий сосредоточился на «бумажной архитектуре» и книжном дизайне; эпоха бури и натиска, эпоха измов ушла в прошлое.