Живопись и поэзия Джамбаттисты Марино сплелись воедино в Галерее Боргезе

Широко известно, что в XV–XVI веках, в период расцвета итальянского Возрождения, социальный и интеллектуальный статус живописи поднялся до того же уровня, что и искусство поэзии. Не столь распространено знание о том, что в начале XVII века отношения между визуальным и литературным вывел на совершенно новый уровень неаполитанский поэт Джамбаттиста Марино (также Джован Баттиста Марини) (1569–1625). Его беспрецедентному литературному проекту, в основе которого лежало желание переложить живопись на стихи, посвящена выставка в Галерее Боргезе.

Четыре века спустя значимость Марино для истории искусства по-прежнему недооценена, и кураторы выставки Андреа Дзецца, Эмилио Руссо и Патриция Тозини поставили перед собой задачу исправить положение. Как говорит Дзецца, «когда мы думаем о начале XVII века, мы вспоминаем Караваджо, Бернини, Рубенса, но и роль Марино была весьма значительной».

Ключом к пониманию этой роли служит образ идеальной галереи, мечты о которой сопровождали Марино на протяжении большей части жизни. Поэт успел послужить при разных дворах — Рим, Генуя, Турин; в 1615 году он осел в Париже, но незадолго до смерти вернулся в родной Неаполь. Всюду Марино знакомился с художественными собраниями, а заодно и с ведущими живописцами. Его литературный проект увидел свет в 1619 году: сборник «Галерея» состоит из 624 строф, которые поэтизируют художников и произведения искусства, или, как подчеркивает Дзецца, «соревнуются с ними».

«К тому времени ренессансное мировоззрение уже сформировало устойчивую связь между живописью и поэзией, — говорит куратор. — Но Марино посвятил этой связи целую книгу в период, когда первые галереи — пространства, предназначенные исключительно для экспонирования произведений искусства, — лишь начинали появляться».

Ранние издания книг Марино соседствуют на выставке с произведениями искусства, либо связанными с ними напрямую, либо передающими суть его поэтико-живописного видения, особенно ярко воплощенного в поэме «Адонис» (1623) — аллегорическом и богатом визуальными образами изложении истории любви Афродиты и Адониса.

В числе ключевых экспонатов — «Нарцисс» (1550-е) Тинторетто и портрет главного героя выставки (около 1621) кисти Франса Пурбуса Младшего, а наибольший интерес представляет последний зал, посвященный отношениям Марино и Никола Пуссена — знакомство с ним состоялось в Париже, где поэт служил при дворе Марии Медичи. Дзецца подчеркивает, что в «Царстве Флоры» (около 1630–1631) Пуссена «нашли отражение все основные мотивы поэзии Марино, в которой через миф представлен по-настоящему энциклопедический объем знаний».

Выставка с элегантностью воплощает мечту поэта: Дзецца объясняет, что «созданная Марино игра зеркал, в которой визуальные образы отражены в словах, теперь превратилась в обратное отражение его литературной идеальной галереи в стенах галереи реальной, созданной его современником Шипионе Боргезе».

Галерея Боргезе
«Живопись и поэзия XVII века. Джамбаттиста Марино и упоение изумительным»
До 9 февраля