Коммунальное художественному не враг, а союзник

Как ни странно, начало будущему Музею Москвы было положено в Нижнем Новгороде. Хотя почему странно? В 1890 году старинная Нижегородская ярмарка получила новый импульс к развитию, здесь происходили процессы, влиявшие на всю страну. В 1896-м в городе состоялась Всероссийская промышленная и художественная выставка, поразившая гостей размахом и многогранностью. Одно из центральных мест на территории под открытым небом занимал павильон Москвы, спроектированный архитектором Дмитрием Суховым в модном тогда неорусском стиле. Когда форум близился к завершению, в московской городской управе пришли к выводу, что экспозиция слишком уж хороша, чтобы кануть в небытие. И появилось постановление: все содержимое павильона перевезти в Первопрестольную, разместив «в целом ряде комнат восточной Крестовской городской водонапорной башни».

Таким образом, музей этот ведет свое летоисчисление с декабря 1896 года. Дата зафиксирована и в названии только что изданной книги — «Музей Москвы. История и коллекция. 1896–2021». Нетрудно подсчитать, что 125-летие институции отмечалось как раз в конце 2021-го, но подготовка увесистого тома к печати заняла, похоже, больше времени, чем планировалось. В итоге издание охватило огромные пласты материала, в том числе визуального. Во вступительном слове директор музея Анна Трапкова отмечает, что его история и коллекция столь подробно задокументированы впервые.

В конце XIX века подразумевалось, что новообразованный музей будет посвящен достижениям городского хозяйства, хотя по факту он буквально сразу взял на себя еще и краеведческие, и археологические, и отчасти художественные функции. Но, между прочим, артефакты из сферы промышленности, коммунального и транспортного хозяйства до сих пор составляют заметную часть музейных фондов. А в совокупности они насчитывают свыше 760 тыс. предметов. Не все, конечно, но наиболее значимые или любопытные экспонаты описаны и воспроизведены в книге в разделе «Коллекция музея». Только он один занимает больше полутысячи страниц.

И до, и после революции музей не раз менял адреса. В частности, почти десять лет базировался в Сухаревой башне, вплоть до ее сноса в 1934 году. Менялось и название учреждения: в отчетах фигурировал то Московский коммунальный музей, то Музей истории и реконструкции Москвы. Обо всем этом подробно рассказано в историческом обзоре Натальи Катоновой и Маргариты Лялинской. А нынешний вариант — Музей Москвы — явно отсылает к мировой практике: музей большого города как целостного организма со всеми аспектами его прошлого можно найти и в Лондоне, и в Риме, и в Нью-Йорке, и в Токио.

Московская специфика, впрочем, все равно остается — хотя бы в том, каким именно образом пополнялась коллекция музея. Например, в 2005 году столичный Департамент имущества одним щедрым жестом передал сюда 360 произведений изобразительного искусства, прежде украшавших интерьеры гостиницы «Москва» (среди авторов — Иван Айвазовский, Игорь Грабарь, Петр Кончаловский, Лев Лагорио и другие живописцы). Не самая типичная ситуация для комплектования городского музея в любой другой стране.

Но начинается отсчет коллекций все же с археологии. Правда, первые полвека своей истории музей обходился без археологической экспозиции, однако артефакты постепенно накапливались, и в 1948 году здесь появился научный отдел «Археология». Его сотрудники в числе прочего вели наблюдения в ходе строительных и земляных работ в столице. А еще проводили собственные раскопки и участвовали в сов­местных с другими организациями, в том числе в Подмосковье. Кульминацией этой работы стало открытие в 1997 году на Манежной площади (вернее, под ней) Музея археологии Москвы, одного из филиалов институции. Разумеется, отдельные «ископаемые» предметы — от наконечников доисторических стрел до изразцов XVIII века — представлены в альбоме.

Хотя куда более внушительным по размеру (и более зрелищным — в силу функциональной опознаваемости предметов, но непривычности их облика) получился раздел «Вещевой фонд». Материальная культура двух последних столетий — разве что за вычетом совсем уж недавнего времени — предстает тут во всем блеске и многообразии. Причем культура эта преимущественно не дворцовая, а всесословная, — ну или всенародная, если говорить о советском периоде.

Характерно, что группируются экспонаты совсем не так, как, скажем, в недавнем каталоге выставки Музея дизайна — не по стилям и историческим трендам, а, скорее, по материалам: дерево, металл, текстиль, стекло, фарфор. Исключением стала рубрика «Предметы быта», где чего только нет: хоть щетка для чистки шляп, произведенная акционерным обществом «Жак», хоть перестроечного времени электронная игра «Космический мост»! «Главным источником пополнения собрания были дары горожан, приносивших в музей личные вещи своих бабушек и дедушек», — сказано в предисловии к этому разделу. Добавим, что еще в 1963 году музей начал практиковать историко-бытовые экспедиции по сбору домашней утвари и личных архивов.

Среди предъявленных читателю фондов отметим еще изобразительные материалы. В них тоже проявляется особенность институции: помимо тех экспонатов, которые собираются городскими музеями всегда и везде (планы, карты, афиши, плакаты, открытки), у Музея Москвы есть весьма представительная коллекция живописи, графики и скульптуры. Выше упоминалось про наследие из гостиницы «Москва», но им дело нисколько не исчерпывается. По своему составу эти фонды тянут на полноценный художественный музей, хотя и с тематической городской спецификой. Не все знают, кстати, что Музей Москвы собирает еще и коллекцию современного искусства. Поэтому не вздрагивайте, встретив на страницах альбома работы Александра Виноградова с Владимиром Дубосарским, Семена Файбисовича и Покрас Лампаса. Ошибки нет: так и было задумано.