Фламандская живопись иллюстрирует прихотливость вкусов и плоды кооперации

Ян Брейгель Старший «Зимний пейзаж с ловушкой для птиц». Фото: Собрание Валерии и Константина Мауергауз
Ян Брейгель Старший «Зимний пейзаж с ловушкой для птиц».
Фото: Собрание Валерии и Константина Мауергауз

Выставка «Под знаком Рубенса» в музее «Новый Иерусалим» собирает рассыпанные по региональным и частным коллекциям шедевры и заодно знакомит со структурой европейского арт-рынка 400-летней давности

В музее «Новый Иерусалим» открылась выставка «Под знаком Рубенса. Фламандская живопись XVII века из музеев и частных собраний России». По словам куратора, доктора искусствоведения Вадима Садкова, идея выставки состояла в том, чтобы собрать воедино лучшие образцы фламандской живописи XVII века из частных коллекций и региональных музеев, то есть найти и показать то, что публика еще в таком составе никогда не видела.

Николас Каве. «Сокол и битая птица». Фото: Серпуховский историко-художественный музей
Николас Каве. «Сокол и битая птица».
Фото: Серпуховский историко-художественный музей

В российских музейных собраниях вне столиц фламандская живопись XVII века — редкость. В эпоху, когда из мастерских Рубенса или ван Дейка выходили грандиозные многофигурные полотна (то, что позднее назовут фламандским барокко), в России не было даже интерьеров, куда эти масштабные вещи можно было повесить. (Дворцы с высокими потолками появились при Растрелли, в эпоху Елизаветы Петровны.) В конце XVIII — начале XIX столетия, в золотой век русского коллекционирования, взгляды знати, приобретавшей искусство, были обращены в первую очередь на Италию и Францию. Фламандцев тоже покупали, но не так массово.

Франс Франкен Младший «Триумф Вакха». Фото: Тульский музей изобразительных искусств
Франс Франкен Младший «Триумф Вакха».
Фото: Тульский музей изобразительных искусств

В советское время лучшие вещи старых мастеров попали в Эрмитаж и ГМИИ имени Пушкина. Региональные же музеи пополняли свои собрания из источников не так чтобы мелких, но загадочных — из национализированных усадеб и провинциальных городских особняков. Во многих региональных музеях до сих пор отыскиваются шедевры. Выявить эти, как написано в пресс-релизе, «жемчужины рассыпавшегося ожерелья» и было вызовом для организаторов выставки.

В результате экспонаты предоставили девять музеев. Их дополнили произведениями из частных коллекций. Всего же удалось собрать 67 работ.

Зритель увидит вещи из ведущих фламандских художественных мастерских — Антониса ван Дейка, Якоба Йорданса, Франса Снейдерса, Давида Тенирса Младшего.

Апофеозом выставки, давшим ей название, стало «Коронование Роксаны Александром Македонским» кисти Питера Пауля Рубенса и мастерской из собрания Владимира Некрасова. На суд публики работа представлена впервые, и это можно считать сенсацией. Перед нами эталонный Рубенс, чувственный (если не сказать сексуальный) по сути и виртуозный по своей живописной форме.

Питер Пауль Рубенс и его мастерская. «Коронование Роксаны Александром Македонским». Фото: Собрание Владимира Некрасова
Питер Пауль Рубенс и его мастерская. «Коронование Роксаны Александром Македонским».
Фото: Собрание Владимира Некрасова

Выставка демонстрирует широчайший спектр жанров — от монументальных многофигурных картин на мифологические и исторические сюжеты, как, например, «Венера и Марс» мастерской (?) ван Дейка из музея-усадьбы «Архангельское», «Царица Савская перед Соломоном» Франса Франкена II из Серпуховского историко-художественного музея, «Мелеагр и Аталанта» Жака (Якоба) Йорданса из Екатеринбургского музея изобразительных искусств, до пейзажей («Горный пейзаж с часовней» Тобиаса Верхахта, прежде приписывавшийся Херри мет де Блесу, из воронежского музея), натюрмортов («Натюрморт с фруктами, чашей и устрицами» Йориса ван Сона из Ярославля), жанровых сценок («Семейство художника» Гиллиса ван Тильборха из Угличского историко-архитектурного и художественного музея), изящных кабинетных миниатюр Яна ван Кесселя и многого другого.

Якоб (Жак) Йорданс. «Мелеагр и Аталанта»   Фрагмент. Фото: Екатеринбургский музей изобразительных искусств
Якоб (Жак) Йорданс. «Мелеагр и Аталанта» Фрагмент.
Фото: Екатеринбургский музей изобразительных искусств

Выставку стоит посетить хотя бы из-за трех изумительных парадных портретов: Маргариты Лотарингской (мастерская ван Дейка) из музея-усадьбы «Архангельское», а также супругов де Кройя, герцога Шарля-Александра и Иоланды де Линь, кисти Отто ван Вена из собрания Константина и Валерии Мауергауз. Надо сказать, что богатство и разнообразие коллекции четы Мауергауз всегда поражают. Они часто предоставляют музеям работы для выставочных проектов, и каждый раз мы видим что-то новое. Так и на этой выставке «Портрет молодой женщины в платье с гофрированным кружевным воротником» антверпенского художника Корнелиса де Воса наверняка привлечет повышенное внимание.

Корнелис де Вос. «Молодая женщина в платье с гофрированным кружевным воротником». Фото: Собрание Валерии и Константина Мауергауз
Корнелис де Вос. «Молодая женщина в платье с гофрированным кружевным воротником».
Фото: Собрание Валерии и Константина Мауергауз

В целом же выставка дает полное и многомерное представление о феномене фламандской живописи в момент наивысшего ее расцвета, когда искусство Фландрии существовало как индустрия и все процессы в нем (подготовка учеников, производство и продажа картин и прочее) были строго регламентированы. Например, художники не могли продавать произведения, не будучи членами гильдии Святого Луки. У каждого, как сказали бы мы сегодня, раскрученного живописца был свой production — цех с сонмом помощников и подмастерьев. Изготовление картин было делом коллективным: глава мастерской отвечал за общий замысел, иногда доводил уже готовое произведение финальными лессировками и обязательно ставил на него свою подпись. Высокая конкуренция на арт-рынке подталкивала художников к специализации и к кооперации: мастеров пейзажа звали создавать задники в больших исторических и мифологических картинах, а тех, у кого хорошо получались фигуры, приглашали дополнить живым стаффажем пейзажи. Все это противоречит нашим представлениям о подлинном шедевре, целиком и полностью созданном одним гением, но на самом деле, если пролистать историю ретроспективно, модели бытования искусства бывают совершенно разными. Выставка в «Новом Иерусалиме» — это еще и приглашение к разговору о функционировании европейского арт-рынка 400 лет назад.

Ян Вильденс. «Превращение Пиерид в сорок». Фото: Екатеринбургский музей изобразительных искусств
Ян Вильденс. «Превращение Пиерид в сорок».
Фото: Екатеринбургский музей изобразительных искусств

Каталог проекта «Под знаком Рубенса» тоже стал примером кооперации. Куратор Вадим Садков — он посвятил выставку своим учителям Ирине Линник (1922–2009) и Юрию Кузнецову (1920–1984) — пригласил коллег из региональных музеев написать о вещах, предоставленных на выставку. По его мнению, искусствоведы на местах лучше знают провенанс произведений, находящихся под их опекой; он же, будучи в курсе общемировых дискуссий о проблемах атрибуции, вписал российских фламандцев в более широкий мировой контекст.

К достоинствам выставки можно отнести очень сдержанный дизайн. Вообще-то, в музее «Новый Иерусалим» любят замысловатые экспозиционные приемы и яркие оттенки, но в данном случае обошлись без особых кунштюков и дырок в стенах, выставочное пространство покрасили сдержанным темно-серым колером, на фоне которого фламандская живопись действительно выглядит россыпью драгоценностей.

Государственный историко-художественный музей «Новый Иерусалим»
«Под знаком Рубенса. Фламандская живопись XVII века из музеев и частных собраний России»
До 14 мая 2023 года

Самое читаемое:
1
Юлия Петрова: «Наши выставки — это не просто картины, развешанные по стенам»
Музей русского импрессионизма задумали в 2012 году. Четыре года спустя он обосновался в перестроенном для него здании — и с тех пор не позволяет о себе забывать. Мы поговорили с директором музея об успехах, проблемах и возможных перспективах
11.01.2023
Юлия Петрова: «Наши выставки — это не просто картины, развешанные по стенам»
2
Барельефы Сергея Меркурова остались на «Динамо»
Монументальные панно с исторического здания 1930-х годов сделали центром публичного арт-пространства
12.01.2023
Барельефы Сергея Меркурова остались на «Динамо»
3
Золотое кольцо неустановленного размера
Туристическому маршруту, а заодно и историко-культурному проекту под названием «Золотое кольцо России» исполнилось 55 лет. Рассказываем, кто его придумал и сколько городов в него входит
17.01.2023
Золотое кольцо неустановленного размера
4
В Малаге по-прежнему показывают русское искусство
В то время как Русский музей приостановил выдачу экспонатов в свой филиал в испанской Малаге, там впервые выставлена значимая частная коллекция русского искусства, собранная за два десятилетия лондонским предпринимателем Дженни Дуган-Чепмен Грин
19.01.2023
В Малаге по-прежнему показывают русское искусство
5
Роботы и художники: от Александры Экстер до Яёи Кусамы
Робот в обличье японской художницы Яёи Кусамы, пишущий картины в витрине бутика Louis Vuitton в Нью-Йорке, побудил нас вспомнить самые выразительные образы роботов в искусстве
13.01.2023
Роботы и художники: от Александры Экстер до Яёи Кусамы
6
Генрих Шлиман: человек, который во второй раз разрушил Трою
Имя Генриха Шлимана окружено мифами почти так же плотно, как история города, поискам которого он посвятил всю жизнь. Его юбилей отмечают во всем мире
12.01.2023
Генрих Шлиман: человек, который во второй раз разрушил Трою
7
Робот в образе Яёи Кусамы пишет картины в витрине магазина
Концерн LVMH, привлекший к сотрудничеству над коллекцией для Louis Vuitton Яёи Кусаму, стилизовал магазины бренда под миры японской художницы
10.01.2023
Робот в образе Яёи Кусамы пишет картины в витрине магазина
Подписаться на газету

2021 © The Art Newspaper Russia. Все права защищены. Перепечатка и цитирование текстов на материальных носителях или в электронном виде возможна только с указанием источника.

18+