Хроники рода Медичи: от ссудной лавки до Святого престола

Историю итальянского и европейского Возрождения невозможно не только изучать, но даже представить себе без упоминания Флоренции. Если уподобить Ренессанс человеческому организму, то Флоренция окажется и головой, и сердцем культурной революции. В купеческой республике примерно две сотни лет удавалось сохранять шаткое равновесие между патрициями и плебеями, «жирными» и «тощими», тиранией и демократией. В той обстановке расцвело новое искусство — творчество Джотто, Данте, Брунеллески, Донателло, Мазаччо. Да и сами власти Флоренции стремились к зримому воплощению ее нового величия. Но в XV веке экономическое и политическое равновесие сильно пошатнул банкирский дом Медичи. Его представители, Козимо и Лоренцо, стали фактическими «отцами города».

История знаменитой династии — одна из областей научных интересов Марчелло Симонетты, незаурядного исследователя, защитившего диссертацию в Йеле, научного сотрудника университета «Ла Сапиенца» (Рим), Американского университета (Париж), проекта «Архив Медичи» (Флоренция). Наиболее крупное его сочинение — стихийно сложившаяся трилогия о доме Медичи: «Загадка Монтефельтро», «Лисы и львы» и «Екатерина Медичи». Любопытно, что Симонетта занимается также историей Наполеоновских войн и написал научную биографию самого неординарного из братьев Наполеона — Люсьена Бонапарта.

Первая книга трилогии, изданная на русском еще в 2021 году, построена вокруг найденного и расшифрованного Симонеттой секретного послания, содержание которого однозначно указывает на Федерико де Монтефельтро как организатора покушения на братьев Медичи в 1478 году. Ранее «заказчиком» считали римского папу. Кондотьер Монтефельтро поддерживал и приглашал ко двору деятелей науки и искусства, но наибольшее внимание связям между культурой и политикой в эпоху Медичи уделено во втором томе трилогии.

Хронологические рамки «Лис и львов» очерчены предельно ясно: автор начинает со смерти Лоренцо Великолепного в 1492 году и заканчивает политической и культурной катастрофой Италии, случившейся при папе Клименте VII (Джулио Медичи), — захватом и разграблением Рима войсками императора Карла Габсбурга в 1527 году. Предмет исследования Симонетты в этой книге — итальянская экспансия династии Медичи, их провалившаяся попытка из «отцов города» стать «отцами Италии». Главных действующих лиц здесь немало, они появляются на сцене один за другим или одновременно небольшими группами.

Что до завершающей части трилогии, то положение итальянских земель (исключая Венецию) стало попросту отчаянным и некоторым художникам даже пришлось побыть воинами. Симонетта повествует о подвигах (впрочем, не всегда находящих подтверждение) Бенвенуто Челлини, который в ходе обороны Рима застрелил имперского командующего Шарля де Бурбона и ранил его преемника принца Оранского. А в 1529–1530 годах флорентийцы доверили Микеланджело быть военным архитектором города и укрепить его оборонительные сооружения против союзных сил императора и папы. Главные герои третьей книги — наследница дома Медичи Екатерина, ставшая французской властительницей и матерью трех королей и двух королев, а также семейства Медичи и Строцци, борьба которых обескровила Флоренцию и предопределила утрату ею самостоятельности.

Вернусь к «Лисам и львам». Симонетта считает, что заговор Пацци 1478 года, в результате которого погиб Джулиано Медичи и едва уцелел его брат Лоренцо, имел далекоидущие последствия. После этого Медичи почувствовали тесноту Флоренции. Лоренцо Великолепному удается сделать своего сына Джованни кардиналом, ведомая им Флоренция делает ставку на альянс не с Венецией, а с Римом. Можно предположить обреченность этого союза на неудачу: ренессансная культура нового мира и человека, культура светская не могла не противоречить ценностям Ватикана. Тот политико-экономический союз больше напоминал разврат и породил лишь уродливых бастардов.

Иное дело — достижения в области изящных искусств. По сути, дом Медичи финансировал римское Возрождение. Благодаря их деньгам были воплощены грандиозные проекты Рафаэля, Микеланджело и других художников. Началось это еще во Флоренции. Едва лишь Медичи вернули себе власть в городе в 1503 году, как Микеланджело получил заказ на своего «Давида», а Леонардо с Рафаэлем и тому же Микеланджело были поручены росписи зала заседаний в палаццо Веккьо. Состязание между выдающимися художниками и их батальными фресками закончилось ничем: работы не были выполнены. Остались лишь эскизы и копии, но и в них, кажется, отра­зилась бурная история дома Медичи. К слову, относительно «Джоконды» существует достаточно аргументированная версия, согласно которой Леонардо написал посмертный портрет Пачифики Брандано, любовницы Джулиано Медичи, матери Ипполито Медичи.

Утверждение же Медичи на престоле святого Петра способствовало реализации «лучших и блестящих» замыслов. Талантливой и верной их прислужницей стала кисть Рафаэля. На ватиканской фреске «Встреча папы Льва Великого с Аттилой» художник написал Джованни Медичи дважды — как одного из кардиналов и как самого папу, потому что во время работы умер Юлий II и Медичи был избран преемником. В станце «Пожар в Борго» можно увидеть не только два изображения Льва Х Медичи, но и его племянника Лоренцо. В композиционном центре «Сцен из жизни Моисея» (лоджии Рафаэля) ангел держит кольцо с бриллиантом и перьями — символику дома Медичи.

То были триумфы Медичи, Флоренции, Рима. Трагедия же заключалась в том, что Италия именно во времена папства Медичи становится лакомой добычей и ареной сражений двух могущественных государств — империи Габсбургов и Французского королевства. Организовать же единый отпор итальянским землям помешали их давние усобицы, да и ватиканские Медичи не выказали подлинной политической мудрости. Существует известная аллегорическая гравюра того времени — «Лев, дракон и лиса сражаются друг с другом». Символично, что ее автор Марко Денте погиб при разгроме Рима в 1527 году.