Бесконечный спектр: от зримого до умопостигаемого

Книга «Котел алхимика. Осязательный взгляд и незрительное восприятие» была подготовлена к одноименной выставке в ГМИИ им. А.С.Пушкина. Она планировалась в марте, была отложена, но должна скоро открыться в новой версии. Помимо работ из коллекции самого музея, предполагалось показать произведения из иностранных собраний. В любом случае издание-каталог, снабженное множеством иллюстраций, имеет и самостоятельную ценность. Сам жанр этой книги и проекта в целом, «в центре которого образ незрячего человека в культуре разных эпох», как аттестовали его авторы, довольно экзотичен, на стыке разных дисциплин — от антропологии до философии и истории искусства.

Одним из кураторов проекта и составителем книги, как и автором пространной ввод­ной статьи, стала Евгения Киселева-Аффлербах, занимающаяся в музее инклюзивными программами. Отправной точкой всей истории послужил опыт арт-медиации для незрячих и слабовидящих посетителей музея, но в результате идея разрослась до поистине мировых масштабов, и в книге представлен целый компендиум разнообразнейших сюжетов и тем.

Это и изображение слепцов в искусстве, и история оптических приборов, которые использовали художники (статья «От стекол Клода к идеальному пейзажу Клода Лоррена» Анны Сулимовой), и идея «лишнего» глаза и внутреннего видения в буддизме, и практиковавшееся дадаистами и сюрреалистами, а также их последователями автоматическое письмо и всякого рода рисование вслепую, и, наконец, это философские и метафорические осмысления зримого и незримого.

Всего таких глав-сюжетов в книге 18 (включая вступление и послесловие), и это, перефразируя Пушкина, весьма пестрое собранье, что подчеркнуто и дизайном. Часть сюжетов удостоилась черной бумаги, часть — голубой, две статьи — про творчество современного японского художника Нисимуры Ёхея и «Ольфакторное искусство. Обоняние как медиа» — нужно читать, перевернув книгу, а предполагавшейся «приглашенной звезде» выставки — исландцу Олафуру Элиассону — и двум его инсталляциям на тему глаза посвящена отдельная вклейка-альбом. Фрагмент одной из инсталляций попал на обложку книги.

Среди авторов «Котла алхимика» — и сотрудники Пушкинского музея, специализирующиеся на той или иной эпохе (Александра Данилова, Айнура Юсупова и другие), и приглашенные критики (например, Борис Клюшников написал эссе «Всесильное видение, или Хрупкие шарниры головы. От оптичности к нейровзгляду»). А также мыслители с мировыми именами, чьи тексты оказались созвучны идее проекта. Так, приводятся фрагменты из книги австрийского теоретика искусства Ханса Зедльмайра «Питер Брейгель. Низвержение слепых», отрывок из «Мемуаров слепого» французского философа Жака Деррида, и даже страница из «Неведомого шедевра» Оноре де Бальзака, сопровождающая рассказ коллекционера «книги художника» Бориса Фридмана о том, как его иллюстрировал Пабло Пикассо. Признаться, уследить за ходом мысли составителя каталога бывает нелегко. Не успеет читатель осознать разницу между оптическим и гаптическим зрением, прочувствовать теорию «расширенного видения» Михаила Матюшина, буквально предлагавшего смотреть затылком, как его уже погружают в тонкости йогической медитации или вовлекают в сложные иерархии профсоюза слепых в средневековой Японии (увлекательный очерк Айнуры Юсуповой «Слепые сказители, музыканты, массажисты, ростовщики и ученые-энциклопедисты Японии»).

Понятно, что подобная широта отчасти диктовалась желанием использовать возможности универсальной коллекции ГМИИ, где можно обнаружить подходящие к теме экспонаты в разных разделах, будь то немецкие витражи XVI века, слепок XVIII века с редкой камеи с изображением глаза, изготовленный англичанином Джеймсом Тасси, китайские статуэтки богини Белой Тары XIX века или модернистские рисунки Ханса Арпа (предполагалось, что на выставке будут показаны работы нескольких десятков художников, и часть из этих экспонатов воспроизведена в книге). В то же время и сама постановка проблемы настолько всеобъемлющая, что трудно представить себе произведение искусства, которое не подошло бы к теме зрения и силе воображения, иногда способного его заменить.

В результате читатель оказывается в роли тех самых слепцов из известной притчи, которые щупают слона (этот сюжет, конечно, тоже попал в «Котел алхимика»), получив массу увлекательных историй, описывающих с разных сторон нечто глобальное. И в том, что читателю предоставляется труд самому сложить эти фрагменты в единую и стройную картину, есть своя справедливость: хотя бы так мы почувствуем всю сложность обозначенной книгой проблемы.