Советское, бывшее итальянское: труды и дни Ивана Жолтовского

Центральный московский ипподром, перестроенный по проекту Ивана Жолтовского. 1956. Фото: Архив ТАСС
Центральный московский ипподром, перестроенный по проекту Ивана Жолтовского. 1956.
Фото: Архив ТАСС
№101, май 2022
№101
Материал из газеты

Вышел первый том подробнейшей биографии архитектора, которого считали вдохновителем и идеологом сталинского ампира. Авторам удалось не просто рассказать о творческом пути своего героя, но и разобраться с некоторыми мифами и белыми пятнами

В этот текст влюбляешься с первой страницы, он пример доказательного искусствоведения (по аналогии с доказательной медициной), где главное — не интерпретация, а факт. Книжку можно считать научной сенсацией. Авторы Илья Печенкин и Ольга Шурыгина, опираясь на огромное количество архивных и прочих документов, по годам воссоздали биографию человека, о котором, казалось бы, и так все известно.

Иван Жолтовский (1867–1959) — патриарх советской архитектуры, идеолог и вдохновитель сталинского ампира, интеллектуал, переводчик «Четырех книг об архитектуре» Андреа Палладио.

Как выяснилось, все это время мы довольствовались мифом.

При жизни Жолтовский сознательно тормозил глубокое изучение своего пути, документальный фильм о нем так и не сняли. Даже труд Палладио, оказывается, перевел не он, а его близкая подруга Елизавета Рябушинская (1878–1921?). Ее черновики 1919 года авторы нашли в фонде Государственной академии художественных наук в РГАЛИ. Через 15 лет после ее смерти Иван Владиславович издал перевод под своим авторством.

Открывшиеся обстоятельства не умаляют достижений Жолтовского как архитектора, но делают его жизнь не столь равномерно триумфальной, как принято думать, а его личность — контрастнее и интереснее. Жолтовский не белорус, как он писал в автобиографии, а польский шляхтич. Он средне учился в школе, что тоже не афишировал; по минимальному проходному баллу поступил в Академию художеств, где с перерывами провел 11 лет — под постоянной угрозой отчисления из-за хвостов по техническим дисциплинам. В результате получил звание «художника-архитектора» с правом преподавать рисование (он действительно прекрасно рисовал), но не проектировать и строить в городах. Занимался оформлением интерьеров, в чем невероятно набил руку.

Печёнкин И., Шурыгина О. Иван Жолтовский: В 2 т. Кн. 1: Жизнь и творчество. М.: Издательский дом Руденцовых, 2021. 400 с.: ил.
Печёнкин И., Шурыгина О. Иван Жолтовский: В 2 т. Кн. 1: Жизнь и творчество. М.: Издательский дом Руденцовых, 2021. 400 с.: ил.

Свой первый большой заказ — дом Скакового общества (1903–1905) — он получил потому, что объект располагался в пригороде Москвы и автору не требовалась архитектурная лицензия. Этот шанс Жолтовский использовал сполна: он построил один из самых роскошных и величественных частных домов в России и на десятилетие закрепил за собой титул архитектора миллионеров.

Он был одержим Италией и начиная с 35 лет ездил туда постоянно не просто за вдохновением, но за готовыми архитектурными решениями.

Александр Бенуа вспоминал, как вернувшийся из очередного вояжа Жолтовский показывал рисунки вилл Андреа Палладио, которых не было ни в одном путеводителе, и было непонятно, как он их отыскал. По палладианским схемам Жолтовский не только вычерчивал фасады — он даже их планы брал за основу частных усадеб в России, игнорируя различия в климате. Выходило не слишком удобно для жизни, но всегда невероятно импозантно, по-миллионерски.

И тут грянула революция. В 1922-м Жолтовский пришел к секретарю ЦИК Авелю Енукидзе со смелой идеей выкупить виллу «Ротонда», самое знаменитое творение Палладио, и сделать там Русский художественный институт. В качестве финансового обеспечения архитектор предлагал в дар советскому правительству собственные лесные угодья в Нижегородской области. К сожалению, проект поддержан не был.

В 1923–1926 годах Жолтовский находился в зарубежной командировке. Очевидно, это была попытка эмиграции, но он так и не придумал, как зарабатывать на жизнь, оставаясь в профессии, и вернулся в Россию, где продолжил преподавать во ВХУТЕМАСе. В то время левые архитекторы пожирали друг друга в конкурентной борьбе. В 1931-м 64-летний Жолтовский выиграл конкурс на строительство Дворца Советов, в 1934-м построил дом на Моховой (парафраз палладианской лоджии дель Капитанио в Виченце), названный впоследствии «штыком в тело авангардной архитектуры», и закрепил за собой статус ведущего архитектора СССР.

Надо отдать ему должное, он с уважением относился к оппонентам: высоко ценил Ивана Леонидова, пригласил к себе в мастерскую перековавшихся конструктивистов Георгия Гольца, Михаила Парусникова и Ивана Соболева. Впрочем, истинный триумф Жолтовского длился недолго: в 1935-м его отослали в Сочи, где ренессансные архитектурные образы были более уместны.

Вторая часть книги посвящена проектам Жолтовского — как хорошо известным, так и полузабытым. Например, Дом Советов в Махачкале (1932) — почти полный слепок итальянского замка-крепости Капрарола (XVI век) — архитектор «своим детищем не признавал». Спустя десятилетия здание почти случайно обнаружил историк искусства Селим Хан-Магомедов.

Архитектурная мастерская-школа академика Жолтовского. Жилой дом на Смоленской площади. Перспектива. Вторая половина 1940-х. Фото: Государственный музей архитектуры им. А.В.Щусева
Архитектурная мастерская-школа академика Жолтовского. Жилой дом на Смоленской площади. Перспектива. Вторая половина 1940-х.
Фото: Государственный музей архитектуры им. А.В.Щусева

Рассказ о каждом доме снабжен фотографиями заграничных прототипов, и воочию убеждаешься, что цитаты из итальянской архитектуры у Жолтовского подчас буквальны. Такой визуальный ряд удивительным образом корректирует представление о нем как об архитекторе. Перенос в русские, и особенно советские, реалии форм итальянского Ренессанса выглядит безумно странно. Ну действительно, зачем делать в Госбанке СССР камин величиной с оленя? И весь Жолтовский с его бесконечными портиками, гигантскими пилястрами, вспарушенными сводами, кессонированными потолками и прочими изысками превращается в чистый артхаус, в эксцентрику.

Сегодня, по прошествии столетия, кажется удивительным, что он смог свои идеи реализовать.

К сожалению, на 1935 годе повествование о жизни и деятельности Ивана Владиславовича в первом томе заканчивается. В этот момент испытываешь страшную досаду, словно прочел половину детектива и нет возможности узнать развязку. С тем большим нетерпением ждем вторую книгу. 

Самое читаемое:
1
Рейтинг посещаемости российских музеев и художественных выставок за 2021 год
Музейная реальность, данная нам в сравнительных ощущениях: подъем на фоне спада, сдержанный оптимизм и неизвестность впереди. Плюс таблицы лидеров: куда больше всего ходили и на что больше всего смотрели в прошедшем году
03.06.2022
Рейтинг посещаемости российских музеев и художественных выставок за 2021 год
2
Остекление шедеврами: какие картины появились в окнах нового здания Третьяковки
Отличительная черта нового корпуса Третьяковcкой галереи — окна с произведениями из музейного собрания, напоминающие развеску картин у Павла Третьякова. Мы рассмотрели их подробнее и обнаружили шедевры русской живописи от Боровиковского и Венецианова до Малевича
08.06.2022
Остекление шедеврами: какие картины появились в окнах нового здания Третьяковки
3
Два взгляда на одного героя: «Точки зрения» в Музее русского импрессионизма
Выставку «Точки зрения» в Музее русского импрессионизма составляют изображения одного и того же человека в разных видах — «селфи», написанные с помощью зеркала, рядом с портретом того же героя кисти другого художника
09.06.2022
Два взгляда на одного героя: «Точки зрения» в Музее русского импрессионизма
4
Медицинские карты Фриды Кало раскрыли художницу с новой стороны
Между болью и живописью: внучатая племянница художницы нашла в архивах больницы ее медицинские карты, рассказывающие о будничной жизни Фриды, о ее ежедневных проблемах и людях, которые помогали их преодолевать
15.06.2022
Медицинские карты Фриды Кало раскрыли художницу с новой стороны
5
Как у Щукина и Морозова оказались шедевры, выставки которых проходят сейчас в Петербурге и Москве
В Эрмитаже и Пушкинском открылись финальные выставки грандиозного тура, посвященного импрессионистам и постимпрессионистам из дореволюционных коллекций Щукина и Морозова
27.06.2022
Как у Щукина и Морозова оказались шедевры, выставки которых проходят сейчас в Петербурге и Москве
6
Музей-мастерская Анны Голубкиной преобразится, чтобы стать более подлинным
Новое арт-пространство, объединившее усадьбу с флигелем, где в начале ХХ века жила и работала Анна Голубкина, откроется после реконструкции в 2024–2025 годах
21.06.2022
Музей-мастерская Анны Голубкиной преобразится, чтобы стать более подлинным
7
Три столетия и тридцать картин: открываются главные проекты к юбилею Петра I
В 350-й день рождения Петра I откроются два грандиозных проекта — в Русском музее, посвященный отражению фигуры царя в искусстве трех столетий, и «30 картин из жизни Петра Великого» в павильонах на Марсовом поле, соединяющий прошлое и настоящее
07.06.2022
Три столетия и тридцать картин: открываются главные проекты к юбилею Петра I
Подписаться на газету

2021 © The Art Newspaper Russia. Все права защищены. Перепечатка и цитирование текстов на материальных носителях или в электронном виде возможна только с указанием источника.

16+