«Райский уголок» Уильяма Морриса стал более похожим на себя

Английский дизайнер, художник, поэт и политический деятель Уильям Моррис (1834–1896) называл усадьбу Келмскотт — загородный дом из серебристого камня в графстве Оксфордшир — «раем на земле». До недавнего времени посетители дома видели комнату его жены Джейн ровно такой, какой она представляется большинству. По словам куратора Кэти Хаслем, это был «вихрь из ив». Комната была оклеена обоями с популярным по сей день узором «ивовая ветвь», при создании которого Моррис вдохновлялся деревьями, растущими неподалеку на берегах Темзы. На одной из стен висел портрет Джейн в обрамлении ивовых ветвей, написанный Эдвардом Фэрфаксом Мюрреем по картине Данте Габриэля Россетти. Однако новое исследование, проведенное в рамках £4,3-миллионного проекта по реставрации Келмскотта, показало, что это убранство, пусть и правдоподобное, не имеет ничего общего с оригинальным.

Построенная в XVII веке усадьба семьи Моррис и группа примыкающих к ней хозяйственных построек со статусом объекта культурного наследия с апреля вновь открыты для публики после завершения большого реставрационно-консервационного проекта. Благодаря ему, в частности, на территории усадьбы появились новые объекты инфраструктуры, в том числе образовательный центр в здании с соломенной крышей. Фонд лотереи «Культурное наследие» выделил грант на реализацию этого проекта в октябре 2018 года. Содержимое всех комнат в доме разобрали, изучили и пересобрали экспозицию заново. Утраченные элементы восстановили с использованием традиционных материалов, популяризацией которых занимался Моррис, основавший в 1877 году Общество защиты старинных зданий.

Картины, фотографии, дневники и письма помогли исследователям идентифицировать предметы, обретавшиеся в хранилище с 1960-х годов, когда Келмскотт перешел в собственность Королевского общества древностей. Первоначально, в 1939 году, здание и его содержимое получил в наследство от Мэй Моррис, дочери знаменитого художника, Оксфордский университет, но после 20 лет безуспешных попыток найти арендаторов, которые довольствовались бы домом без электричества и современных удобств, вуз заявил, что больше не в состоянии содержать его.

В число находок, которые можно увидеть в обновленной экспозиции, входят доска для игры в нарды, замаскированная под книгу в кожаном переплете, и подсвечники — их удалось идентифицировать по описанию разливающих мягкий свет вечерних свечей на шеффилдском серебре. Как выяснилось, кажущаяся простота некоторых задач была обманчивой, и современные реставраторы теперь вполне поняли рабочих, которые в 1960-е годы предприняли попытку заменить лишь одну ступеньку винтовой лестницы, в результате чего обвалилась вся конструкция.

Сегодня «зеленая комната» Джейн стала гораздо зеленее — после того, как по хлопьям краски с обнаруженного деревянного обрамления камина, созданного по проекту Филипа Уэбба, установили его первоначальный темно-зеленый оттенок. Однако для того, чтобы вернуть обрамление на место, пришлось переделывать потолок, который настолько просел за минувшие годы, что оно перестало помещаться.

Именно вокруг спальни Джейн разворачивалась печальная история этого дома — ее роман с Россетти, который арендовал усадьбу Келмскотт совместно с супругами в 1871 году. Моррис хотел сохранить в тайне растущее чувство между двумя его самыми любимыми людьми. Россетти остался и создавал чувственные графические и живописные портреты Джейн, в то время как Моррис отправился исследовать дикие пейзажи Исландии, по пути собирая саги и изучая традиционные ремесла. Общаться с Россетти становилось все сложнее, и в итоге и роман и дружба сошли на нет; брак не распался.

После реконструкции спальня больше не имеет ничего общего с «ивовым шатром». На замечательных фотографиях Фредерика Эванса, сделанных по заказу Морриса за несколько месяцев до смерти последнего, видно, что кровать с балдахином (на которой будущий художник родился) была драпирована ситцем с игривым набивным рисунком, который теперь воссоздали вместе с тяжелой бахромой по краю. Стены действительно оклеены обоями с узором Морриса, но это более яркий «Синий фрукт», отпечатанный по специальному заказу с оригинальных деревянных блоков. Сейчас интерьер куда ближе к викторианским представлениям о комфорте.

Келмскотт на удивление отдаленное место, где есть паб, но нет ни школы, ни общественного транспорта. Деньги от лотереи — а с ними и перспектива увеличения времени работы усадьбы, и ожидаемый рост посещаемости, — вызвали обеспокоенность некоторых местных жителей и даже страх, что их деревню превратят в Диснейленд. На одних воротах висят целых три таблички с требованием не парковаться на выезде. Управляющий усадьбой Гэвин Уильямс надеется, что со временем при помощи электрических шаттлов усадьбу свяжут с соседним городком Фарингдон, до которого хотя бы ходит автобус. Он уверяет, что посетителей обяжут парковаться на подъезде к деревне и что все местные жители на самом деле полностью поддерживают проект. 

Жена и муза основателя «Искусств и ремесел»

Джейн Моррис (1839–1914), в девичестве Бёрден, происходила из бедной семьи, жившей в Оксфорде. Ее отец служил конюхом, а мать одно время нанималась в состоятельные дома в качестве прислуги. Их дочери Джейн и Элизабет получили в детстве лишь самое минимальное образование. Однако обе, в особенности Джейн, отличались редкой, своеобразной красотой, которая была замечена двумя художниками из Братства прерафаэлитов — Данте Габриэлем Россетти и Эдвардом Бёрн-Джонсом. Джейн Бёрден послужила моделью для целого ряда их картин. Писал ее портрет и Уильям Моррис, друг и соратник прерафаэлитов. Он сделал ей предложение руки и сердца, и они обвенчались в 1859 году. Мемуаристы отмечали, что Джейн Моррис была склонна к самообразованию и самовоспитанию: она много читала, училась языкам, музицированию, хорошим манерам. Хотя роман с Россетти едва не разрушил ее семейную жизнь, в итоге она прожила с мужем до конца его дней.