Жорж Великолепный, вернувшийся из забвения

Как выглядел Георгий Якулов (1884–1928), хорошо известно благодаря портрету Петра Кончаловского 1910 года. Черноусый джигит в желтом жилете и модных штиблетах, настоящий денди. Таким, впрочем, и был Якулов, или, как его еще называли, Жорж Великолепный. Сценограф, живописец, график, он блистал яркой звездой в авангардные 1910–1920-е, но был позабыт, когда великая эпоха завершилась. В начале века Якулов только присматривался к авангарду, выставляясь с художниками разных московских объединений. Ему явно был близок фовизм: уже в ранних работах он экспериментировал с цветом и подвел теоретическую базу под свои изыскания, придумав «теорию разноцветных солнц». Вкратце ее содержание сводилось к следующему: в зависимости от цвета и силы солнечного излучения складываются культурные и стилевые различия. Возможно, что именно Якулов вдохновил Робера и Соню Делоне на создание орфизма (в 1910-е он был частым гостем в их парижском доме). До революции Якулов отдавал предпочтение живописи, его захватывала красочная динамика на глазах меняющегося мира. От головокружительных перспектив в его Скачках (1905), захватывает дух, композиция подчинена музыкальному ритму. В Первую мировую Якулов отправился на фронт. Ходили легенды, будто он водил солдат в атаку одетым во фрак, что, безусловно, часть его личной мифологии — он и на войне оставался художником. В 1918 году он познакомился с Сергеем Есениным и вошел в орден имажинистов, оформил артистические кафе «Стойло Пегаса» и «Питтореск» (1916–1917). Его мастерская на Садовой в Москве стала одним из центров культурной жизни столицы, куда захаживал даже нарком Анатолий Луначарский, покровительствовавший художнику. Считается, что Михаил Булгаков списал свою «Зойкину квартиру» с мастерской Якулова, а прототипом Зойки стала супруга художника Наталья Юльевна Шифф.

В 1920-е на авансцену в творчестве Якулова выходит театр. Он оформлял одну постановку за другой: за десять лет — 26 спектаклей, его имя гремело в театральной среде. Он работал с Мейерхольдом и Таировым, оформив в его Камерном театре аншлаговые Принцессу Брамбиллу и Жирофле-Жирофля, за который, в паре с проектом памятника 26 бакинским комиссарам (1923), получил почетный диплом на Всемирной выставке в Париже в 1925 году. Последняя его работа в театре  — балет Стальной скок на музыку Сергея Прокофьева для антрепризы Сергея Дягилева в 1927-м, где он выступил и  как сценограф, и как автор либретто. Якулов-сценограф затмил Якулова-живописца: он так и не написал свой opus magnum, картину, которая стала бы манифестом его «теории разноцветных солнц».

После смерти художника осталось не так много работ, и те рассеяны по музеям разных стран. Кураторы выставки Ирина Вакар и Татьяна Михиенко отобрали более 100 произведений — из Национальной галереи Армении, где их больше всего, из Государственного театрального музея им. Бахрушина и Третьяковской галереи. Последняя выставка Якулова в Москве прошла 40 лет назад, а долгое отсутствие — хороший повод для нового знакомства.