Роберто Лонги. Искусствовед, без которого мы не знали бы Караваджо

Выставка От Джотто до Караваджо. Объекты страсти Роберто Лонги подготовлена командой кураторов во главе с Миной Грегори. Ученица одного из главных искусствоведов ХХ века Роберто Лонги (1890–1970) отобрала из коллекции его фонда во Флоренции, который она возглавляет, первые имена итальянской живописи XIV–XVII веков, заново открытые Лонги для XX века. Джотто, Мазаччо и Мазолино, Пьеро делла Франческа и Караваджо. Впервые привезенные во Францию, они будут выставлены рядом с другими шедеврами из ведущих французских и итальянских музеев.

Проводись эта выставка в России, ее наверняка бы назвали Выбор Лонги, потому что это тот редкий случай, когда великие мастера выступают не на первых ролях, а как приглашенные на торжества по случаю чествования человека, смахнувшего с них вековую пыль. Зоркий глаз, феноменальная память и, как бы сегодня сказали, инновационный подход позволили Лонги занять особое место в искусствоведческой науке XX века. Он был человеком своего времени, дружил с футуристами и Моранди, но искусство предпочитал классическое. Главной страстью Лонги всю жизнь оставался Караваджо. Ему он посвятил свой первый научный опус в 1911-м, где заявил о совершенном художником стилистическом перевороте в искусстве, и масштабную выставку в палаццо Реале в Милане в 1951 году, после которой о Караваджо и о его последователях вновь заговорили. Они тоже будут на парижской выставке. Библейские сюжеты и страсти, лейтмотивы и символы великого мастера Лонги объяснял просто: «Караваджо стремится к естественности, он хочет быть понятным и человечным, но не гуманистом. Одним словом, он хочет быть народным, популярным художником…» Впрочем, в популяризации любимого художника была и личная заинтересованность: у Лонги собралась великолепная коллекция музейного уровня. В ней, например, шедевр Мальчик, укушенный ящерицей, которым откроется выставка в Музее Жакмар — Андре. Картина нечасто выезжает на гастроли, но в 2015 году для нее сделали исключение. А из Парижа она отправится в ГМИИ им. А.С.Пушкина, где осенью запланирована выставка Караваджо и караваджисты. Не меньше чем Караваджо, увлекался Лонги итальянскими примитивами и особенно Джотто — великим реформатором итальянского искусства XIV века. Среди редких вояжеров на выставке — Святой Лаврентий и Иоанн Богослов из коллекции аббатства Шаали близ Парижа. Об авторстве спорят до сих пор, но Лонги в 1930 году предложил считать, что они принадлежат кисти именно Джотто, который, по его словам, ввел понятие пространства в живопись.

Не скупился Лонги на восторженные эпитеты в адрес еще одного реформатора, уже XV века, — Пьеро делла Франческа. О нем — первая монография, изданная в 1927 году, где, анализируя его картины, в частности Святого Иеронима и донатора, которая будет на выставке, Лонги писал: «При взгляде из прошлого в будущее кажется, что Пьеро предвосхищает и в полной мере реализует девиз далекого Сезанна — „богатство цвета обеспечивает полноту формы“». Искусствоведческие труды Лонги разбирают по словам не только арт-критики всех мастей, но и филологи, выискивая изысканные прилагательные, тонкие каламбуры и метафоры. Караваджо — это «сама жизнь, застигнутая врасплох светом». Так об искусстве мог написать только истинный ­поэт.