The Art Newspaper Russia
Поиск

Посвященный Юрию Злотникову сборник посылает сигналы из прошлого

В сборник «Искусство как форма существования» включены интервью и собственные тексты классика неофициального советского искусства

Висторию отечественного искусства Юрий Злотников (1930–2016) вошел как создатель уникальной абстрактной живописи, скрестившей наработки авангарда с научно-технической эстетикой послевоенных лет. С середины 1950-х Юрий Савельевич работал над знаменитыми «сигнальными системами», писал экспрессивные абстракции, но не пренебрегал и тематической станковой картиной. С властями не конфликтовал, с художниками подполья был близок по духу, но к ним не примыкал, держась на расстоянии и от официального, и от неофициального искусства. 

Значительная часть книги, подготовленной к изданию Надеждой Гутовой, скомпилирована из двух интервью главного героя: Дмитрию Спорову, руководителю проекта «Устная история», и культурологу Владимиру Глебкину. Эти беседы дополнены двумя другими интервью, которые давались художникам Дмитрию Гутову и Юрию Альберту, а также несколькими текстами самого Злотникова: письмом коллеге-нонконформисту Игорю Шелковскому, некрологами художникам Владимиру Слепяну и Олегу Прокофьеву. За кадром остались теоретические статьи и рецензии — они в сборник не вошли.

Юношеские воспоминания Злотникова пересыпаны восторженными интонациями, 1950-е годы он описывает как «удивительное время», насыщенное событиями и «жаждой познаний». Он предстает не «маленьким человеком», затравленным властью и коммунальным бытом, как у Ильи Кабакова, но и не борцом за свободу, как многие шестидесятники. Злотников с интересом открывает для себя новое искусство: сначала Андре Фужерона, чьи работы поступили в ГМИИ в 1954 году, через два года — Пабло Пикассо на его знаменитой московской выставке там же. Погружается в мир современной музыки на концертах Дмитрия Шостаковича и других композиторов. С теплотой вспоминает Владимира Фаворского, повлиявшего на многих нонконформистов, и сдержанно — Роберта Фалька («Кругом… острая социальная обстановка, а здесь… желание создать [замкнутый] микромир»).

Себя самого в советском искусстве Юрий Злотников видит одиночкой: единомышленниками, кроме рано уехавшего из СССР его близкого друга Владимира Слепяна, он не обзавелся. Всю жизнь переживал «ощущение особенности своей» и страдал от непонимания окружающих. Отдушину находил, преподавая в детской студии, где чувствовал, что по-настоящему счастлив. В увлечении наукой, разделяемом и другими коллегами, все же оставался художником: «[Слепян] предлагал… математическую формулу, и мы начинали обсуждать ее совершенно поэтически. <…> [Я] ходил на лекции по математической логике. Ничего не понимал, слушал, как музыку».

Устная история на страницах сборника, увы, оказывается неполной. Злотников не рассказывает об опыте проектирования, к которому, пусть и в теории, был причастен, и об участии в квартирных и прочих выставках — а они в его биографии были. От истории он переходит к собственным взглядам на искусство, «особости» русской культуры и прочему — с тривиальными рассуждениями об Иванове и Сурикове, Чехове и Толстом. Современность принимать отказывается, к технологиям относится со скепсисом, а художникам младших поколений — Комару и Меламиду, Виноградову и Дубосарскому, Кулику и Бренеру — раздает нелестные характеристики. За культурный горизонт советского интеллигента не выходит, но в рассуждениях и работах остается верен универсальной миссии своего искусства как «рентгена человеческой души» и «анализа человеческого существования». «То, что вы говорите, — это слова настоящего модерниста, что редко встречается в наше время», — подытоживает одну из бесед Альберт.

Книга симптоматична для отечественного книгоиздания по искусству. Она сводит воедино материал любопытный и ценный, но максимально соответствующий взгляду художника на самого себя. И даже статья искусствоведа Александра Раппапорта о Злотникове, приведенная в конце сборника, выбрана как наиболее полно, по мнению героя книги, отражающая понимание его работ. История российского искусства продолжает писаться и восприниматься со слов художников, в значительной мере завися от придуманных ими концепций. Которые, будем надеяться, еще ожидает вдумчивый историко-методологический анализ. 

Материалы по теме
Просмотры: 2129
Популярные материалы
1
О евреях, юдофобах и юдофилах
На выставке «Найди еврея» людям старшего поколения есть что вспомнить, а молодым — о чем узнать.
23 сентября 2020
2
В Музее Людвига решили очистить наследие
В Кельне проходит выставка «Русский авангард: оригинал и подделка».
25 сентября 2020
3
Полотно Боттичелли продадут на Sotheby’s минимум за $80 млн
Ожидается, что картина, которую в январе выставят на нью-йоркской неделе старых мастеров, станет одним из самых дорогих портретов, когда-либо проданных на аукционе.
24 сентября 2020
4
Новый культурный центр «О» создадут в Вологде
Постоянная экспозиция будет основана на коллекции Германа Титова, а временные выставки планируется делать с участием крупнейших музеев.
21 сентября 2020
5
Реформы по алфавиту
В британском фонде National Trust, поместья которого посещает 28 млн человек в год, назрел конфликт между кураторами и менеджерами.
23 сентября 2020
6
Обнаруженная рукопись Поля Гогена открывает тайны художника
Лондонская Галерея Курто приобрела оригинал рукописи с 20 иллюстрациями, написанной художником в полинезийской хижине, и планирует выставить его в следующем году.
23 сентября 2020
7
Как опыт предыдущих кризисов помогает предсказывать будущее арт-рынка
Нас всех ждет глубокая рецессия, но самые богатые продолжат покупать Кунса.
23 сентября 2020
8
Андрей Ерофеев: «Уход в лес — это бегство от несвободы, от принуждения»
По поводу открытия проекта галереи JART «ЧА ЩА» на курорте «Пирогово» куратор Андрей Ерофеев рассказал нам о природно-художественном целом выставки, появлении нового искусства и связи с прошлыми арт-фестивалями на берегу Пироговского водохранилища.
22 сентября 2020
9
Скандальный банан Каттелана отправляется в Гуггенхайм
«Для нашего хранилища это не большая нагрузка», — шутит директор музея.
21 сентября 2020
10
Алина Сапрыкина: «Хранить или показывать — не должно быть такого противопоставления в музейной деятельности»
Недавно назначенная на должность главного куратора Всероссийского музея декоративного искусства Алина Сапрыкина рассказала, какими видит новые пути развития музея.
25 сентября 2020
Партнер Рамблера
Рейтинг@Mail.ru