Музей-заповедник «Александровская слобода» провел перезагрузку

Дорога от вокзала к Государственному историко-архитектурному и художественному музею-заповеднику «Александровская слобода» проходит через центр города, но увидеть что-то особенное не удается. Блочные пятиэтажки. «Магнит» и «Пятерочка», стоящие напротив друг друга. Церковь. Еще церковь. Несколько домиков XIX века. «А чем здесь люди в основном заняты?» — «Москвой. Утром садятся в электричку и едут на работу. Почти два часа туда и два обратно». Когда-то в городе был завод, который производил телевизоры марки «Рекорд», а также НИИ, где выращивали алмазы. Теперь работать почти негде. 

У музея — своя история, не менее драматичная. В Александровской слободе Иван Грозный провел 17 лет, сделав ее столицей созданного им опричного государства, и покинул ее после смерти сына (по одной из версий, им же убитого). Потом здесь был женский монастырь, и наконец появился музей — краеведческий. В 1928 году он стал филиалом Государственного исторического музея. Столичные музейщики, как могли, продолжали взятую Иваном IV линию на «собирание земель русских», и все ценные экспонаты из Александрова перекочевали в Москву. Процесс избавления слободы от «непрофильных коллекций» довершил Владимиро-Суздальский заповедник, которому музей достался в 1974 году в качестве филиала.

По словам директора «Александровской слободы» Аллы Петрухно, мысль создать тут заповедник, связанный с эпохой Ивана Грозного, появилась в 1988 году. «К этому времени музей остался с двумя коллекциями: радиоаппаратуры и тканей, — вспоминает она на юбилейной пресс-конференции. — Территория была застроена гаражами, сараями… То, что мы замыслили, казалось несбыточной мечтой: все понимали, что предметов XVI века по пальцам пересчитать даже в крупных музеях. Тем не менее за 15–20 лет ее удалось реализовать. Появился музей, который многие называют первым музеем Ивана Грозного».

Журналистов ведут посмотреть на обновленные к юбилею экспозиции. «Наша цель — не просто показать экспонаты, а дать посетителю почувствовать, как жили здесь во времена Ивана Грозного», — говорит экскурсовод Наталья Копейкина. В Покровской церкви, домовом храме Ивана IV, вполне солидная экспозиция о главных деяниях первого русского царя. Здесь и монарший трон, и парсуны Грозного и его приближенных, и вооружение того времени, поддон для подсвечника с изображением опричника и увеличенные миниатюры с изображением разгрома Новгорода. Конечно, большинство предметов — копии, но что же с того? Музей продолжает бороться и за подлинники. «Мы недавно купили „Часовник“, напечатанный здесь Иваном Федоровым, а всего их в мире сохранилось три», — расскажут нам чуть позже. Под куполом церкви раскрыты росписи XVI века, и с помощью интерактивного киоска можно их рассмотреть подробно.

Мультимедиа вообще довольно много. Вот, скажем, интерактивная карта, на которой можно проследить, как Грозный год за годом увеличивал территорию державы. Таким собирателем земель и укрепителем центральной власти он в основном и предстает в программах музея. 

«Как-то на вокзале в Москве я разговорилась с представителем российско-швейцарской турфирмы, — вспоминает Алла Петрухно о том, как она нашла путь к популярности вверенного ей музея. — „Да что же вы их возите в Сергиев Посад, а не к нам?“ — спросила я. „Какие же ваши музеи все скучные, какие же они одинаковые! — ответил он. — В Западной Европе я прихожу во дворец — и чувствую атмосферу. А у вас? Витрины, витрины, витрины“. Для меня это был шок. Я приехала в Александров, собрала ученый совет и сказала: „Завтра разбираем экспозицию в Столовой палате. Мы пойдем другим путем“».

Другой путь, открытый директором Александровской слободы, заключался в том, чтобы делать проекты в жанре иммерсивного театра, как сейчас это модно называть. В Столовой палате теперь полумрак, звучат мрачные песнопения, сочиненные, по словам сотрудников музея, самим Грозным. Посетителям предлагают посидеть за столом самодержца, отведать квасу и ржаной лепешки, выпеченной по средневековому рецепту. Ну и рассказывают о том, как Грозный принимал послов.

На другой программе одного из посетителей обряжают в царские одежды, посетительниц — в сарафаны и устраивают смотрины царских невест, состоящие из нескольких несложных конкурсов. Памятуя об обещании «дать почувствовать, как жили при Иване Грозном», ждешь, как будет обыграна смерть одной из выбранных в Александровской слободе невест через несколько дней после свадьбы, насильственное пострижение в монахини другой и утопление третьей (что, впрочем, не доказано достоверно). Но веселье не омрачается ничем.

О мрачном удается поговорить в церковном подвале, где находим дыбу, светодиодно краснеющие угли и двух манекенов: одного в колодках, другого — с топором и почему-то в высокой боярской шапке. «Вообще в подвале церкви, конечно, никаких застенков быть не могло, — объясняет экскурсовод, — но мы все же решили их устроить, чтобы рассказать о Средневековье, о том, что отношение к пыткам тогда было другим: считалось, что, истязая тело, спасают душу. Но масштабы казней Ивана Грозного ни в какое сравнение не идут с тем, что тогда творилось в Европе…» — «А зачем ему топор? Он же вроде пытает, а не убивает? А шапка?» — «Пробовали без топора, но сразу становилось как-то нестрашно. А шапку надо, конечно, переделать». 

Наверное, гигантский шаг навстречу публике стоит некоторых перегибов (тем более что они так свойственны характеру первого русского царя). А шаг действительно большой. У музея появился неплохой сайт, в соцсетях и даже на платформе «Яндекс.Дзен» ведется бурная деятельность. Разработан фирменный стиль. Ежегодный праздник «Иванов день», основанный на театрализованном погружении в историю, собирает все больше посетителей и даже стал лауреатом премии в области событийного туризма «События России». Юбилей музея будет отмечаться весь год. В программе и пасхальный фестиваль Валерия Гергиева, и шахматный турнир, и театрализованное чтение «Песни про купца Калашникова» с Даниилом Спиваковским, и публикация новой книги, и открытия выставок. Даже идут переговоры с «Битвой экстрасенсов». «Пусть узнают, убивал ли Иван Грозный сына или нет…»

Посещаемость музея ежегодно растет, дойдя в 2018-м до 126 тыс. Население города каждый год уменьшается, упав в 2017-м ниже цифры в 60 тыс. жителей. Все едут в Москву, «собирание земель русских» продолжается. Осенью музей организовал опрос в соцсетях: нужно ли поставить в Александрове памятник самодержцу? «За» был отдан 391 голос, «против» — 47.