The Art Newspaper Russia
Поиск

Невидимая живопись Рембрандта

Фрагмент из книги Ольги Седаковой «Путешествие с закрытыми глазами. Письма о Рембрандте», выходящей в Издательстве Ивана Лимбаха

Восемь писем-медитаций о Рембрандте написала и послала 15 лет назад Ольга Седакова, выдающийся современный русский поэт. Адресованы письма были философу Владимиру Бибихину, а теперь они собраны в небольшой, но крайне важный сборник, который Издательство Ивана Лимбаха представит на книжной ярмарке Non/fiction. С любезного разрешения издательства TANR публикует фрагмент из третьего письма, вошедшего в книгу, в авторской редакции.


Рембрандт как будто родился старым. Старость — даже ветхость — глядит из лица его юной, по всем приметам, Саскии-Флоры. Ее свежие цветы немолоды. Мальчик Титус с белокурыми локонами давно и глубоко стар.

Все они — даже собака на офорте, лежащая спиной к зрителю, — давно уже не знают, кто подпояшет их и куда поведет. Они пережили самое глубокое поражение — и значит, они, если верить Рильке, окончательно выросли.

Sein Wachstum ist: der Tiefbesiegte Von immer Grosserem zu sein*.

Нет, они не выросли «в свой полный рост», как кто-нибудь скажет: они доросли до своих корней, или их корни доросли до какой-то общей глубины, до водоносного слоя, и все другое их больше не интересует. Что же касается роста — они согнулись, сгорбились и стали ниже ростом, как все в старости. Стоять прямо в пространстве Рембрандта очень трудно: трудно людям, деревьям, земле. Но это отдельный разговор**.

Они глядят на нас уже из нас — и, встретившись с их взглядом, наши глаза перестают видеть их, перестают видеть вообще, но, как ни странно, остаются при этом органом зрения: как это бывает с человеком, которого что-то увлекло прежде, чем он успел закрыть глаза.

Так, например, бывает с человеком, который рассказывает на людях свои сновидения — как мальчик Иосиф на офорте «Иосиф рассказывает свои сновидения» (1638). Или с тем, кто разъясняет другим видимый только ему смысл — как мальчик Христос на повторяющем эту композицию офорте «Христос с книжниками говорит о Законе» (1652). Глаза, может быть, еще видят что-то, как прежде, но это не важно: они видят не различая, взгляд ушел из них — взгляд ушел туда, куда, как говорит Данте, память наша за ним не может последовать. Так что по возвращении оказывается, что рассказать этому взгляду почти нечего: ни мыслей, ни чувств, ни образов. Но вернулся он другим, и это необратимо.

Живопись зрелого Рембрандта (не скажу того же о его графике) очень быстро становится невидимой — и невидимой целиком, не оставляя на зрительной поверхности ни черт лица, ни клочка от своих кружев, ни складки от своего бархата, ни теплых жемчужин, похожих на это все, собранное вместе и сведенное к своей праформе. К маленькой сфере, к неяркому световому шару. О шаре мы еще успеем подумать.

Как видимы по сравнению с Рембрандтом другие мастера: какой это по существу театр, зрелище, представление!

Как видимы, скажем, люди на картинах его учителя Ластмана. Посмотрите: вещи и фигуры расставлены в прямоугольном пространстве, на сцене с открытым занавесом. Нам их показывают.

Если мы в самом деле видим Рембрандта, нам нечего сказать о его «технике», «композиции», мы не перескажем его рассказа, не истолкуем его значений, если только прежде не отвернемся от него. В Рембрандте представление, зрелище европейской живописи кончается.

Он сам начинал с этого театра, с немых сцен в духе Караваджо, эффектно остановленных, — выроненный кинжал висит в воздухе, он еще не достиг земли («Ослепление Самсона»). Он писал эти возрожденческие занавеси перед евангельскими сценами, а если и не писал, мы и так понимаем, какой первый план отделяет нас от глубины сцены. Но что-то случилось. Нечто уничтожающе простое отменило театр: не перед кем представлять. Актеры (в том числе и актеры живописной драмы — цвета, очертания, распределение масс) говорят не сценическим, а своим голосом. Больше: своим последним голосом. Старому человеку не интересно «представлять», не интересно знать себя «выглядящим» так или иначе перед внешним взглядом. До этого он дорос. Что он скажет, очнувшись от своей задумчивости?

— Да, вот так оно и есть, — скажет он неизвестно кому, себе самому или так, вообще:

— Да, так все и есть. Да.

Это «да», почти бессмысленное «да» послесловия, подтверждения, не слово, собственно, а кивок согласия — единственное слово, которое можно услышать за тем, что изображает Рембрандт. Что это «оно», что это «все», которое подтверждает наклон головы и сложенные, как по долгой работе, руки? Бог весть.

Да и мы, пожалуй, знаем: только не вместе, а каждый про себя. Некоторых вещей мы не объясняем другим, а говорим: «Сам знаешь». Знаешь там, где ты остаешься наедине с собой, в своей дали. Вот и вернись туда. Вернись из нашего «общения». Такие происшествия передоверенного уединенного знания в обычном ходе жизни длятся мгновения. В Рембрандте они вытеснили время и встали на его место. Да, на место идущего времени.

Рембрандт предлагает нам не то чтобы общение, а каким-то необъяснимым образом разделенную уединенность.

Примечания

* Ибо рост его в том — чтобы быть все более глубоко побежденным все бóльшим величием (нем.).

** См. об этом мой этюд «Два наброска о греческой классике, авангарде и модерне» // The Prime Russian Magazine. № 1 (16), январь — февраль 2013. C. 31–35. См. также интернет-публикацию: http:// www.olgasedakova.com/Poetica/1132 (дата обращения: 19.07.16).

Материалы по теме
Просмотры: 4274
Популярные материалы
1
Платье принцессы Маргарет снова вышло в свет 70 лет спустя
Ярчайший образец диоровского послевоенного стиля new look можно увидеть на выставке «Дизайнер мечты» в Музее Виктории и Альберта.
13 марта 2019
2
Репин: между императорами и бурлаками
В Новой Третьяковке 16 марта открывается выставка Ильи Репина, обещающая обновленный взгляд на одного из главных русских художников.
14 марта 2019
3
Виктория Маркова: «Приобретение Тициана сразу повышает уровень всей коллекции музея»
Главный научный сотрудник ГМИИ им. А.С.Пушкина рассказала нам о будущих итальянских выставках — из Музея Каподимонте и Джузеппе Арчимбольдо, а также о том, попадет ли в музейное собрание картина «Венера и Адонис», которую она атрибутировала Тициану.
13 марта 2019
4
Мировой арт-рынок двигают молодые мужчины
Оборот искусства в мире достиг $67,4 млрд, главные деньги приносят самые известные художники и самые дорогие работы, женщинам достается только треть рынка, и «миллениалы» начали покупать — ярмарка Art Basel представила новый отчет.
12 марта 2019
5
Медленный взгляд на картины Пьера Боннара
Тейт Модерн предлагает по-новому взглянуть на творчество классика.
12 марта 2019
6
Арт-уик-энд
Французская реклама рубежа веков по рекомендации директора ГМИИ им. Пушкина Марины Лошак, «личные дела» Рокотова и Айвазовского на выставке в Музее Тропинина и продолжение детской эпопеи с шедеврами в Еврейском музее.
15 марта 2019
7
Владимир Овчаренко проведет в Гостином Дворе новое арт-шоу DA!MOSCOW
С 16 по 19 мая в Москве пройдет ярмарка нового формата, которую предполагается устраивать ежегодно.
13 марта 2019
8
Во Флоренции чествуют Андреа дель Верроккьо, учителя Леонардо
Первая выставка-оммаж одному из символов Раннего Возрождения разворачивается на двух площадках — в Палаццо Строцци и Музее Барджелло.
13 марта 2019
9
Музей науки, а не кунсткамера: Политех готовится к открытию
Многолетняя реконструкция основного здания Политехнического музея на Лубянке подходит к концу. Открывающийся в 2020 году музей будет жить по-новому и станет музеем науки, где ее не только показывают, но и двигают вперед.
13 марта 2019
10
Терракотовая армия Huawei
Передовик высокотехнологичной индустрии вручил награды лучшим партнерам.
12 марта 2019
Партнер Рамблера
Рейтинг@Mail.ru