The Art Newspaper Russia
Поиск

Он помнит все ее трещинки

Главным прототипом последнего романа Бернхарда Шлинка «Женщина на лестнице», изданного питерской «Азбукой», послужила картина Герхарда Рихтера «Эма. Обнаженная на лестнице»

О том, что в основе совсем еще новой (2014 года) книги немецкого писателя Бернхарда Шлинка (самым известным романом его стал экранизированный в Британии «Чтец», удостоенный «Оскара»), посвященной судьбе таинственной Ирены, влюбившей в себя миллионера, художника и юриста, лежит конкретное живописное полотно, написано в послесловии: «Портрет Ирены на лестнице может напомнить читателям картину Герхарда РихтераЭма. Обнаженная на лестнице“. Открытка с репродукцией этой картины действительно уже много лет стоит на моем письменном столе вместе с другими репродукциями и фотографиями, сменяющими друг друга. Но у Герхарда Рихтера и художника, написавшего портрет Ирены, нет ничего общего; Карл Швинд — вымышленный персонаж».

Швинд придуман, но картина его реальна: она сводит с ума бизнесмена Гундлаха, решившего запечатлеть красоту своей юной жены. Во время сеансов позирования Ирена, стихийная анархистка родом из ГДР, сошлась с начинающим живописцем, аукционные победы и интернациональные ретроспективы которого в лучших музеях мира еще только в самом отдаленном будущем, и ушла от богача. Тот вымещает злость на несчастной картине, обливает кислотой, затем режет ее, а потом требует, чтобы Швинд занимался реставрацией.

Так происходит несколько раз, прежде чем в книге возникает совсем еще юный юрист, привлеченный богатеем для разрешения конфликтной ситуации со Швиндом: художник возвращает Гундлаху жену, а тот возвращает ему картину. Юрист должен заключить между ними договор, впрочем не имеющий никакой юридической силы. Между тем этот посредник и является главным повествователем, это от его лица Шлинк рассказывает историю любви и соперничества трех мужчин из-за одной прекрасной дамы.

Начав писать рецензию, я понял, что не помню, как зовут этого самого рассказчика, оказавшегося в Сиднее для очередного слияния и поглощения. Кажется, автор действительно оставил его безымянным, дабы лишний раз подчеркнуть заурядность. Хотя это именно его Ирена подговаривает на головокружительную авантюру с похищением «Женщины на лестнице». Девушке надоело играть сначала роль жены миллиардера, затем роль музы, поэтому она и воспользовалась подвернувшимся под руку влюбленным в нее юнцом, чтобы и картину похитить, и самой сбежать.

За это, прежде чем кинуть и юриста, Ирена назвала своего добровольного помощника Храбрым Рыцарем. А после исчезла на десятилетия.

Шли годы. Храбрый Рыцарь женился, завел двоих детей, похоронил жену, разбившуюся в автокатастрофе, пока не пошел, оказавшись в Сиднее, в художественный музей, чтобы увидеть там картину, из-за которой много лет назад разгорелся сыр-бор.

Конечно, Храброму Рыцарю все эти годы, пока он усиленно и успешно делал карьеру, растил детей, но интересовался в основном слияниями и поглощениями, было адски неприятно, что им воспользовались и бросили. Воспоминания жгли и не давали расслабиться, вот он и нанял в Сиднее частного сыщика для того, чтобы разыскать Ирену и задать ей пару вопросов. Ведь если картина ныне в Австралии, то и модель, на ней изображенная, где-то тут же. Рядом.

Затевая на командировочном досуге невинное приключение со слежкой, Храбрый Рыцарь не представлял, что коренным образом меняет всю свою дальнейшую жизнь. Чтобы не сильно спойлерить, скажу, что, разумеется, он найдет Ирену уже в начале второй части романа (всего их три), чтобы чуть позже к ним на вертолете прибыл Гундлах, а на катере — Швинд.

Один из них разбогател еще больше, другой стал международной звездой contemporary art. Тем не менее обоих по-прежнему, совсем как тогда, волнует обнаженка на лестнице, оказывающаяся символом недостижимости идеала, однажды пойманного живописцем.

Роман Бернхарда Шлинка состоит из коротеньких главок, в каждой из которых обязательно происходит очередное событие, малое или большое, из-за чего и сам роман начинает уподобляться лестнице, по которой, как по ступеням своей жизни, спускается голая модель.

Случай Шлинка, конечно, исключительный. Обычно опытные романисты берутся за проверенную временем классику, и только в «Женщине на лестнице» актуальный романист в качестве вдохновения и «производственной базы» цепляется за не менее актуальное искусство. Поскольку роман как бы снят в режиме реального времени с поддувом постоянно нагнетаемых событий, истерия, вызываемая картиной у всех участников квартета, кажется… э-э-э… несколько преувеличенной.

Сначала такой подход слегка напрягает, поскольку ситуация с картиной, превращенной едва ли не в религиозный фетиш (понятно, отчего миллиардер буянит, но художнику-то, казалось бы, что до одного холста из множества? хочешь обладать ню, так новую напиши!), выглядит весьма искусственной, высосанной из пальца. Но когда понимаешь, что роман оказывается развернутым и углубленным экфрасисом (литературно оформленным описанием) этой самой картины, то есть явления максимально искусственного и условного, вроде как успокаиваешься. Все идет по плану.

Тем более что Шлинк ни на минуту не оставляет читателя наедине с собой и своими мыслями: в романе не происходит ничего сверхъестественного и экстраординарного, однако скорость поступления событий превращает экфрасис в путешествие на моторке. Задуматься о структуре книги и особенностях стиля (меланхоличного, отстраненного, без каких бы то ни стилистических красот, ровно переведенного Борисом Хлебниковым) вроде как некогда, да и не зачем: все и так будто бы на поверхности.

Но это не так. Все художественные произведения, описывающие шедевры изобразительного искусства, делятся на две части, помогающие понять авторский замысел и служащие вскрытию приема.

В одном случае писатель берет картину для того, чтобы закрутить вокруг нее фабульную воронку (таков, к примеру, «Щегол» Донны Тартт), хотя сама эта картина его не очень интересует, на ее месте легко мог бы оказаться совершенно иной холст.

В других случаях (здесь упомянем «Книгу воспоминаний» Петера Надаша) артефакт встроен в текст так плотно, что, если его вытащить, все посыплется. Хотя, казалось бы, античные росписи из великой книги Надаша имеют к развитию сюжета косвенное, а не прямое отношение, но вот такова великая сила искусства: именно сторонняя фреска оказывается средостением огромного тома со щупальцами самых разных сюжетных линий.

Принадлежность к той или другой части раскрывается в том, насколько заинтересованно и внимательно автор описывает судьбоносное для его сюжета полотно. Понятно же, что для Дэна Брауна «Джоконда» не какой-то там конкретный шедевр Леонардо да Винчи со всеми его трещинками, но знак величайшей картины в истории человечества (раз уж так договорились) и символ главной культурной ценности Европы.

Когда экфрасис не добавляет ничего нового к уже существующему у нас в голове впечатлению (или нашему знанию) о полотне или скульптуре, это беллетристика, но когда писатель принципиально другими художественными средствами создает конгениальное оригиналу мерцающее текстуальное пространство, когда и слова из песни не выкинешь, — это уже, считай, высокая литература. К какой из двух категорий относится роман Бернхарда Шлинка, вы сможете легко определить сами, если найдете книгу и прочитаете.

Материалы по теме
Просмотры: 6225
Популярные материалы
1
Каких средств и усилий стоит продлить выставку
Музеи России планируют скоро открыться после карантина, и многие с теми же выставками, с которыми закрылись. Кураторы рассказали нам о проблемах продления проектов, человеческом факторе и вопросах финансов.
02 июня 2020
2
Трудное детство
В День защиты детей вспомним, что не всё с детьми просто — и в жизни, и в живописи. Дети не только ангелы, но и драчуны, лгуны и проказники.
01 июня 2020
3
Марина Лошак: «Для нас важно, чтобы посетители чувствовали себя свободными, а не арестантами»
Директор ГМИИ им. А.С.Пушкина рассказала, как музей готовится к открытию для публики после коронавирусного карантина. Ожидается, что это произойдет 10 июля.
03 июня 2020
4
Христо умер, не увидев своей последней работы
Христо, прославившийся вместе с женой Жанной-Клод грандиозными инсталляциями — упаковками островов и зданий, скончался в Нью-Йорке в возрасте 84 лет «по естественным причинам».
01 июня 2020
5
Лувр — Абу-Даби заговорил нечеловеческим голосом, но по-русски
Российский диджей Нина Кравиц озвучила робота-экскурсовода в новом проекте Лувра — Абу-Даби «Мы не одиноки». Научно-фантастический видеофильм о будущем с участием мировых знаменитостей можно увидеть на сайте музея.
01 июня 2020
6
Полотно Айвазовского стало самым дорогим лотом, проданным Sotheby’s онлайн
Аукционный дом Sotheby’s провел онлайн-торги русским искусством, лидером которых стало полотно Ивана Айвазовского «Неаполитанский залив», приобретенное за £2,3 млн.
04 июня 2020
7
Павлу Никонову — 90!
Третьяковка 27 сентября откроет выставку «Никоновы. Три художника». По случаю юбилея Павла Никонова мы поговорили с его учениками и узнали о любимой фразе мастера и о том, что значит «подложить под себя динамит».
03 июня 2020
8
Директор Галереи Уффици предложил передать религиозное искусство из музеев в церкви
Поскольку множество итальянских церквей находится в ведении государственного Фонда религиозных зданий, юридическое оформление такой передачи будет простым: работы просто переведут из одного государственного ведомства в другое.
04 июня 2020
9
«Подсолнухи» ван Гога из-за карантина не вернутся в Лондон почти год
Лондонцам придется ждать возвращения 60 шедевров Национальной галереи еще дольше, чем планировалось.
02 июня 2020
10
Французские музеи поделились планами поэтапного открытия в июне и июле
Лувр собирается открыться 6 июля с соблюдением норм социального дистанцирования и с доступом к ограниченному выставочному пространству.
03 июня 2020
Партнер Рамблера
Рейтинг@Mail.ru