Путь картины от мольберта до музея — долгий, тернистый или какой-то еще

Новая книга Наталии Семеновой не похожа на ее прежние обстоятельные биографии русских коллекционеров Сергея Щукина и Ивана Морозова или еще парижского маршана Амбруаза Воллара, продававшего им новую по тем временам французскую живопись. В труде «Связанные искусством. Странствия картин и коллекций», к сожалению, нет именного указателя, а ведь героев тут десятки. Среди них и знаменитые художники, такие как Поль Сезанн, Винсент ван Гог или Анри Матисс, и известные коллекционеры, как англичанин Сэмюэл Курто или американцы Лео и Гертруда Стайн, но есть и до поры забытые люди искусства, о которых и сейчас мало кто знает. Например, галеристка Берта Вейль — она еле сводила концы с концами, но поддерживала молодых художников и первая выставила у себя Пикассо и Матисса, заработав на этом всего 50 франков.

Истории о том, как некто купил картину за гроши, а потом продал ее за миллионы, всегда бодрят читателей и рождают иллюзии у начинающих коллекционеров. Семенова их не разочаровывает, приводит примеры: «Анна Бош купила „Цветущие персиковые деревья“ за 350 франков, или за 14 фунтов стерлингов. Сэмюэл Курто приобрел картину в галерее Бернхейм-Жён в 1927 году за 9 тысяч фунтов, что составляет примерно 700 тысяч фунтов по нынешнему курсу. Сегодня стоимость картин ван Гога медленно приближается к 100 миллионам». Но, читая книгу, еще раз убеждаешься в том, что кроме интуиции и удачливости коллекционеру необходимо понимать, чувствовать искусство, иметь на него «абсолютный слух». Или же слушаться советов художников.

Так, жившая в Париже американская художница Мэри Кассатт заразила коллекционерской страстью молодую соотечественницу Луизин Хавемейер, которая под ее руководством начала покупать картины Эдгара Дега. Поначалу они ей не то чтобы не нравились — она считала, что «для понимания Дега нужны особые клетки мозга». Но потом втянулась. Кроме того, Кассатт обнаружила в антикварном магазинчике в Мадриде «Несение креста» забытого в то время Эль Греко и купила картину за $250. В результате по завещанию Хавемейер ее коллекция была передана Метрополитен-музею.

Интересны в книге прежде всего рассказы о первых покупателях произведений будущих знаменитостей. Это были очень разные люди, порой движимые не только любовью к искусству. Хью Перси Лейн собирал французских импрессионистов «для просвещения народа Ирландии» и стал первым директором муниципальной галереи в Дублине. Жан-Батист Фор — звезда парижской оперы, удостоившийся карикатуры «Утративший разум Гамлет заказывает свой портрет Мане», — имел незаурядное художественное чутье; он ловко и быстро перепродавал купленное. Альфред Шошар, как пишет Семенова, «любил почести больше, чем искусство». Выходец из низов, он стал владельцем крупнейшего парижского универмага, собрал ценнейшую коллекцию и подарил ее Лувру. Так что его имя по сей день значится на этикетках. А вот писатель Сомерсет Моэм, как и многие, собирал коллекцию для удовольствия.

Забавны и перипетии, связанные с картиной «Происхождение мира» Гюстава Курбе. В 1864 году ее купил турецкий дипломат и эротоман Халил-бей, но через четыре года его коллекция была выставлена на аукцион. После этого скандальное полотно регулярно то появлялось на публике, то исчезало. Некоторое время оно находилось в доме философа-психоаналитика Жака Лакана, и только в 1995-м изображение раздвинутых женских бедер обрело пристанище в Музее Орсе — укрывшись за пуленепробиваемым стеклом.

Все книги Семеновой читаются легко, никаких злоупотреблений искусствоведческой терминологией и чрезмерно глубокомысленных размышлений в них не найти — только факты и интересные наблюдения. И в «Связанных искусством» она пишет о «странствиях картин и коллекций» так, будто рассказывает друзьям то, что ей самой интересно. А в предисловии предлагает относиться к написанному как к «интеллектуальной игре», даже считать это «книгой-квестом». Но точнее, кажется, было бы назвать ее книгу по старинке и без претензий «книгой очерков». Ну и упростить уж очень прихотливый, даже кокетливый, дизайн Оксаны Лебедевой-Скачко. Иллюстраций здесь много, различных по цвету шрифтов тоже, декоративные красные точки и кружочки ползают по всем страницам — как-то пестро вышло.