Триумф эроса и танатоса: юбилейная выставка знаменитой галереи

У всякой галереи, да что уж там — у всякой институции есть своя аура, засевший в общественном сознании не шибко отрефлексированный образ, эдакая эссенция. Ассоциативный ряд галереи «Триумф», отмечающей в 2026 году 20-летие, навскидку выходит таким: позолоченные арт-объекты разной степени вырвиглазности, трек DJ Smash “Moscow Never Sleeps”, концепция суперзвезды интернационального арт-мира, пирамида из бокалов, наполненных Dom Pérignon, полицейские машины с включенными мигалками, книжка и фильм «Духless», выставка Дэмиена Хёрста, разговоры о безвизе с ЕС, поздние Дубосарский & Виноградов… Продолжаем? Необязательно, уже набирается на «рилс» с ностальгией по 2000-м. Если уж в арт-мире есть институциональный субститут того периода, то это галерея «Триумф», созданная Емельяном Захаровым и Дмитрием Ханкиным. Интервью Дмитрия Ханкина тоже полны перформативной бравады. Кажется, что он намеренно подчеркивает гротескные обороты речи и эпатажные фразы из вокабуляра прожженного лихого дельца, в котором хватка и лоск распределены в равной степени. Этот специфический флер галереи невозможно не учитывать при создании ее юбилейной выставки: миф можно или развенчать, или подкрепить. Как же в итоге получилось?

Сперва может показаться, что логика и эстетика проекта практически совпадают с архивным поползновением Центра современного искусства «Винзавод», кураторским проектом Ирины Горловой «НИИ Архив. Ремонтаж», в котором также сочетались отчетные сводки по проектам, документы вроде редких каталогов и пригласительных открыток с произведениями искусства. Основной проблемой подобных проектов является то, что посещение этой выставки вполне может заменить продуктивный вечерок на сайте RAAN — содержательнее с точки зрения архивных изысканий будет. И произведения искусства в таких случаях зачастую выбираются хрестоматийные, дабы удовлетворить зрительскую жажду узнавания. Но все же юбилейный показ «Триумфа» отличается от сухой и нормативной отчетной выставки.

Прежде всего отметим, что это только первая часть юбилейного высказывания, она посвящена ключевым проектам в истории галереи. Оттого эта экспозиция может проходить под неофициальным девизом «Из песни слов не выкинешь». Дело в том, что список «Триумфа» поражает разномастностью: AES+F, Дэмиен Хёрст, Дмитрий Гутов, Татьяна Хэнгстлер, Джейк и Динос Чепмены, Алексей Беляев-Гинтовт, группа Recycle, Александр Бродский, Александра Вертинская, ХО «Гуй», — этот ряд в 2026 году выглядит по крайней мере сюрреально. Классики-постмодернисты, парадигмально закостеневшие в конце XX — начале XXI века, аутентичные герои отечественной арт-сцены 1990-х, ярко проявившиеся и канувшие в небытие молодые художники десятилетия российского институционального оптимизма, мэтр «бумажной архитектуры», автохтонный ныне евразиец, российское представительство на Венецианской биеннале, новоявленные звезды арт-шаманизма «темных 20-х» — всё, везде и сразу. Архивная стерильность и календарный нарратив коллапсируют от этих странных сближений в этико-эстетическую сингулярность.

При таких вводных велик риск создать не выставку, а «братскую могилу», тем более что апокалиптические и похоронные ноты проскальзывают у многих художников. Или «свальный грех», что тоже с лоском и разгульным шиком ассоциируется. Однако выставка выдерживает драматургию, кураторская работа присутствует, хоть и неявно. Например, целая плеяда пластических рифм в небольшом разделе, представляющем вместе произведения Алексея Беляева-Гинтовта, Антона Кузнецова, групп «Танатос Банионис» и AES+F.

Не секрет, что до того, как начать штамповать постсоцреалистские полотна, Беляев-Гинтовт создавал странные объекты. Один из них, «Глайдер», напоминающий драндулеты из фильма «Безумный Макс», представляет собой постапокалиптическое транспортное средство, на руль которого прикрепили череп оленя, а седалище драпировали оленьей шкурой. Рядом — его же пустынные пейзажи, ассоциирующиеся едва ли не со всей научной фантастикой конца XX — начала XXI века — от «Дюны» до «Кин-дза-дза!». Бутафорский пафос этой серии, благодаря кураторской работе, точно комментирует живопись Антона Кузнецова — пейзажи постсоветской квартиры в сюрреальном коллапсе, главным героем которого становится муляж головы оленя. Эти твин-пиксовские экзерсисы, помещенные в отечественные интерьеры, неожиданно остроумно корреспондируют с таким сложным персонажем отечественной арт-сцены, как Беляев-Гинтовт. Техницистский фетишизм возводит в абсолют хрестоматийная работа группы «Танатос Банионис» «Божественный ветер» — перформанс с нанесением на спины девушек татуировок — трибьютов японским летчикам-камикадзе. На девичьих лопатках красуются турбины самолетов, детали аэропланов, косяки небесных машин-убийц — красиво, избыточно, подчеркнуто фетишистски. Вот он, дистиллят эроса и танатоса. Можно задаться резонным вопросом об этике такого предприятия, как волюнтаристское совмещение разных контекстов, художников и позиций, но все же из песни слов не выкинешь. Это честная презентация жизни галереи.

Неожиданно раскрылись в современности работы классиков-постмодернистов — братьев Чепмен и Дэмиена Хёрста. Сегодня их произведения, представленные на выставке, воспринимаются как бумерские анекдоты, после которых следует вежливый неловкий смешок. И если графика Чепменов, разлагающая детские книжки на кровь и кишки, хотя бы сделана с садистской вычурной выдумкой, то проект Хёрста про науку как новую религию на поверку мало чем отличается от морализаторских мемов из «ВКонтакте». Увы, проверку временем проходит не все, и некоторые произведения стоит воспринимать как артефакты эпохи, а не как актуальное сегодня искусство.

А вот работы AES+F — группы, с которой начинал свой путь «Триумф», — состарились очень хорошо. Даже технические сбои, неполадки в монументальных видео сегодня, в эпоху повальной популярности ИИ-монтажа, воспринимаются как достоинства. Контраст выверенной стерильности, филигранной композиционной выделки, ртутной бесстрастности фигур и дерганой графики, западающих текстур, кукольной мимики в произведениях конца 2000-х годов, таких как «Пир Трималхиона», в наши дни воспринимается как намеренный концептуальный ход. То, что идеальные лица и тела моделей дергаются как марионетки, хочется воспринять в качестве пластической отсылки к бретоновской теории жути и смеха, согласно которой в классической комедии персонаж лишь вместилище порока, что изнутри ведет его как куклу. Иронично, что дидактическая (мы не просто так вспомнили классическую комедию!) интонация «Пира» AES+F не мешает группе делать по мотивам работ скульптуры, которые описать можно только устойчивым жаргонизмом «дорого-богато». Они, бронзовые дети-воители, и встречают посетителя на входе в галерею.

Однако пронизывает всю выставку эстетика другой работы знаменитой группы — Inverso Mundus. Мотив средневековой традиции «изнаночного универсума» буквально перенесен в формат мультимедийной видеоинсталляции. Важно, что этот перевернутый мир населяют гибриды и химеры, животные-мутанты, будто бы сошедшие с гравюр французского сатирика Изидора Гранвиля. И вот подобные причудливые звери стали эмблемой выставки «Триумфа». Нарисованные для новогодних открыток самим Дмитрием Ханкиным свиньи с крыльями отсылают к британской идиоме о времени, когда полетят свиньи (в русском языке аналогично «рак на горе свистнет»). Вновь бравурная интонация. Изнаночный мир пронизывает всю экспозицию. В фантазийной керамической модели галереи Дарья Безруких делает из кадров Inverso Mundus настенные муралы.

Галерея «Триумф» умело обыграла миф о себе как о галерее пира во время чумы: оптимизм здесь не оголтелый, а в лучшем смысле этого слова безумный — безумный, как изнаночный мир. И это только первая часть задуманного юбилейного диптиха. Сейчас в галерее показаны «суперзвезды» — следом слово будет дано «внешним проектам», а завершат все молодые художники из пула галереи. Ждем этого, а еще ждем… когда свиньи полетят, когда рак на горе свистнет, когда в одном проекте будут участвовать Беляев-Гинтовт и AES+F, когда в России будут интернациональные проекты-феерии, когда на вернисажах будет рекой литься Dom Pérignon, когда один из владельцев наконец заберет оранжевую шубу, забытую в гардеробе галереи 12 лет назад и выставленную нынче в экспозиции, когда все счета будут закрыты и все желания исполнены. Тогда-то и наступит кромешный арт-универсум.

Галерея «Триумф», Москва
«Триумф. Избранное»
I часть. До 26 июля
II часть. 30 июля — 6 сентября