The Art Newspaper Russia
Поиск

Картье-Брессон о дневниках, журналах и тайне личности

Что такое репортаж? Для чего был создан Magnum? Шесть глав из интервью Байрону Добеллу

С любезного разрешения издательства «Клаудберри», выпустившего совместно с парижским Центром Помпиду и photographer.ru книгу диалогов и бесед Анри Картье-Брессона, мы публикуем шесть фрагментов интервью с великим фотографом, посвященных тайнам личности и тайнам ведения дневника, предрассудкам и предустановкам сознания, а также тому, для чего нужны журналы, репортажи, дневники и фотографическое агентство Magnum.

Петербургское издательство «Клаудберри» ставит перед собой благородную цель заполнения лакун на книжной полке, посвященной теории и практике фотографического и любого иного актуального искусства. Перевод с французского Марины Михайловой.

Фотографический дневник

Помимо пластических аспектов, связанных с моим интересом к живописи, фотография для меня — это способ вести дневник. То, что я делаю, складывается в фотографический дневник. Я могу снимать в любой момент. Я только свидетельствую о тех вещах, привлекающих мой взгляд… Когда появляется предмет, который меня вдохновляет, мне достаточно сфотографировать то, чему я стал свидетелем. Иногда меня спрашивают: «Которая из ваших фотографий вам нравится больше всего?» Это меня не интересует. Меня интересует моя следующая фотография, следующее место, куда я отправлюсь. С моей точки зрения, каждый новый проект надо рассматривать как новый опыт. Прошлые успехи вообще ничего не стоят, надо заново все ставить под вопрос. Это единственный способ сохранить свежий взгляд в своих работах.

Предрассудки и предустановки сознания

Если нужно понять предмет в его различных аспектах, не следует иметь о нем никаких предрассудков. Необходимо вполне сосредоточиться на том, с чем ты работаешь. Я никогда не смотрю другие фотографии предмета, который собираюсь снимать; мне хочется, чтобы мои впечатления сохранили новизну. Ситуацию можно попытаться понять, когда говоришь с людьми, слушаешь их, задаешь им вопросы. Когда приезжаешь куда-то, следует расстаться с предрассудками, не надо стремиться подтвердить свои предустановки сознания. Нужно держаться фактов, знать, как их анализировать, изменять свои первые впечатления, опираясь на наблюдения, а не утверждаться в своих предрассудках. Кроме всего прочего, не надо ничего доказывать и не стоит стараться что-то опровергнуть. Если что и важно, так это человечество, это жизнь, богатство жизни. Надо быть чувствительным, вот и все. Для меня самый великий миф — это греческий миф об Антее: он должен был прикасаться к земле, чтобы восстановить силы. Я знаю, что мне всегда нужно сохранять контакт с конкретностью, с конкретной реальностью, маленькой правдой маленьких отдельных случаев, которые могут иметь большие последствия.

Тайна личности

Для фотографа геометрия — это абстракция, свойственная вещам структура, а реализм — это плоть и кровь, дающие ей жизнь. Однако фотография никогда не должна быть искусственной. Надо уметь интуитивно узнавать эти два элемента. Изображение — это проекция личности фотографа. Именно поэтому в нашей работе нет конкуренции — кроме, может быть, конкуренции рынка. Конкуренции не существует, потому что люди видят одни и те же вещи совершенно по-разному. Каждый выражает свою личность, которая принадлежит всеобщей реальности и поэтому делает фотографа одновременно свидетелем и участником. Сейчас я работаю с одним молодым фотографом из вашингтонского журнала «Life». Так вот, мы снимали одно и то же, и когда я увидел его фотографии (превосходные), они были совершенно не похожи на мои. Мы разные люди.

Журналы

В наших отношениях с прессой важно, что она позволяет нам быть как можно ближе к событиям жизни. Самая большая награда для фотографа — это не признание, успех и проч., а общение: то, что он говорит, довольно важно, это может иметь значение для других людей. На нас лежит очень большая ответственность, и мы обязаны в высшей степени честно обращаться с тем, что видим. Фотограф не должен быть себе цензором в момент, когда он снимает, а журналам, когда они используют наши фотографии, следует сохранять дух, который определял тот момент. Нужно сохранять собственный контекст изображений.

В этом отношении «Magnum» играет фундаментальную роль, потому что есть кто-то, кто представляет нашу мысль, когда мы сами, возможно, находимся за многие тысячи километров. Потому что важнее всего то, что фотография несет в себе некий глагол, прилагательное или какое-то сочетание слов в предложении, и она должна оставаться именно этим сочетанием слов. Не надо преувеличений. Тон, интонация — это важно. И когда главные редакторы публикуют то, чему мы на месте были свидетелями, они обязаны сохранять эту самую интонацию, ничего не смягчая и не усиливая. Потому что в конечном счете редакторы — это в некотором смысле историки современности, новостей, повседневности. И наконец, задача фотографа не состоит в том, чтобы доказать какое бы то ни было из человеческих событий. Мы не публицисты; мы свидетели эфемерного.

По поводу «Magnum»

Когда я начинал, не было журналов, иллюстрированных фотографиями. Я работал для себя. Это не слишком благодарное дело — работать только для себя. Я думаю, что творческая работа должна быть к кому-то обращена. Поэтому принадлежать к группе людей, которые образуют сообщество, и знать, что ты не изолирован (даже притом что каждый из нас — личность и всегда приходится работать, сохраняя внутреннее молчание), — это в высшей степени важная поддержка. Естественно, существует проблема рынка, потому что каждому надо на что-то жить; путешествия стоят дорого и т. д. Это еще одна сторона вещей, и мы посвящаем много времени вопросам такого рода; но мы пользуемся максимально возможной свободой. […] В «Magnum» никто не определяет, что должны делать другие, и каждый имеет право сказать другим: «Ну что сказать про этот репортаж? Он мне не нравится по такой-то и такой-то причине, из-за такой-то фотографии». Иметь возможность говорить на равных — это в высшей степени плодотворно. Такая манера обмена мнениями очень полезна, потому что мы все учимся друг у друга. Молодые члены агентства учатся у меня каким-то вещам, как и я научился когда-то делать фоторепортажи у Боба [Роберта] Капы и Шима [Дэвида Сеймура]. Например, Корнелл Капа очень тонко понимает журналистику, да и каждый из фотографов тоже вносит что-то свое в общее здание. В «Magnum» каждый пользуется полной свободой; нет ни доктрины, ни школы, но есть что-то такое, что всех нас очень прочно объединяет, что я не сумел бы определить; возможно, это некое ощущение свободы и уважения к реальности. Четыре месяца назад, когда я снимал на [аукционе] Parke-Bernet Galleries, одна дама спросила меня: «Вы из прессы?» Поскольку я нормандец, мне не нравятся прямые ответы, лишенные тонкости. Ответить «да» или «нет» — это невежливо. Тогда я сказал ей: «Просто я маньяк». И эта дама мне ответила: «Ну, в этом нет ничего страшного». Это одержимость, вот и все. Или, как мне сказал однажды один мой друг, это жесткое удовольствие. Думаю, работать надо со страстью.

Репортажи

Репортаж для меня означает попросту ситуацию, когда я концентрируюсь на предмете. И надо быть очень осторожным с предметом, который выбираешь. Я люблю находиться там, где ситуация реальна. Если ситуация реальна, я счастлив. Если это вранье, тогда я ничего не могу сделать. Мне не по себе, мне стыдно, работа не получается, и я говорю себе: «И что ты тут делаешь? Лучше бы шел рисовать, чем заниматься такими штуками». Мы должны работать сознательно и с полным пониманием причин. Вещи интересны настолько, насколько вы вносите в них свой интерес. Как говорят французы, в некоторые трактиры можно приходить со своей едой. Все интересно, если это ведет к настоящей ситуации. Если же это вранье, можно только объяснить, в чем именно состоит лживость этой штуки.

***

Интервью состоялось 24 мая 1957 года. Первая публикация: Dobell, Byron. A Conversation With Henri Cartier-Bresson // Popular Photography. Vol. 40. № 9. September. 1957. P. 130–132.

Материалы по теме
Просмотры: 6900
Популярные материалы
1
Археологи нашли под Вероной древнеримскую виллу, которую искали несколько десятилетий
Главным открытием стал прекрасно сохранившийся мозаичный пол виллы, построенной в III веке н.э. и скрытой под виноградником.
28 мая 2020
2
Сады в русской живописи
Представляем десять произведений, посвященных живописному цветению и науке садоводства.
27 мая 2020
3
На фасаде Пушкинского появится фото из «ИзоИзоляции»
Победитель челленджа ГМИИ им. А.С.Пушкина и группы «ИзоИзоляция» в Facebook представил свои вариации на тему «Давида» Микеланджело.
27 мая 2020
4
В Вене открывается Альбертина Модерн
Основой собрания нового музея, который примет первых зрителей 27 мая, стали частные коллекции с работами топовых художников, в числе которых Георг Базелиц, Алекс Кац, Ансельм Кифер, Синди Шерман и многие другие.
25 мая 2020
5
Российские музеи откроются для посетителей не раньше середины июля
При этом сотрудники музеев в регионах с относительно благоприятной эпидемиологической обстановкой смогут приступить к работе в начале июня.
26 мая 2020
6
Александр Юликов: «Я согласен, что делаю медитативное искусство»
Классик русского современного искусства недавно получил грант-премию нью-йоркского фонда Barnett and Annalee Newman Foundation. Художник рассказал, что для него значит это признание и как он шел своим путем в абстракции.
26 мая 2020
7
Как Метрополитен-музей в пандемию увеличил число подписчиков в соцсетях на 200 тыс.
Мы поговорили с SMM-менеджером музея Клэр Ланье о стратегиях цифрового продвижения в эпоху COVID-19.
28 мая 2020
8
Дэвид Чипперфилд реновирует Центральный телеграф
Планируется, что работы начнутся в конце 2021 года и завершатся в начале 2024 года.
26 мая 2020
9
Пять садов современных русских художников
Художники, которые создали произведения из деревьев, цветов и прудов: на Плещеевом озере, в Подмосковье и на картофельном поле в Калужской области, во Франции и США.
29 мая 2020
10
Музеи Великобритании сливаются в соцсетях
Во время карантина музеи, галереи и библиотеки Великобритании создают сложную сеть культурных параллелей при помощи хештега #CollectionsUnited.
25 мая 2020
Партнер Рамблера
Рейтинг@Mail.ru