Умер историк искусства, заново открывший миру футуризм

Маурицио Кальвези, родившийся в 1927 году, входит в плеяду искусствоведов, получивших мировое признание, таких как Лионелло Вентури, Роберто Лонги или Джулио Карло Арган. Как и Вентури, преподававшего ему в Римском университете «Ла Сапиенца», Кальвези отличала удивительная для академического ученого широта интересов — от Пьеро делла Франческа, Альбрехта Дюрера, Караваджо и братьев Карраччи до футуризма и авангарда второй половины ХХ века.

В исследованиях, посвященных старому искусству, у Кальвези, как и у Лонги с Вентури, главное место занимал Караваджо, к которому он не раз возвращался за более чем полувековую карьеру. Собственно, с него он и начинал, защитив в 1949 году у Вентури дипломную работу, посвященную Симоне Петерцано, учителю Караваджо. Но если тот же Роберто Лонги остался в истории искусства прежде всего как первооткрыватель Караваджо, а Вентури — как автор блестящих эссе о художниках XIX века, от Франсиско Гойи до Гюстава Курбе, и об импрессионистах, то Кальвези отличался неожиданным выбором тем: увлекся, например, влиянием алхимии на искусство начиная с Возрождения и Дюрера до Марселя Дюшана, которому, к слову, посвятил целую монографию — «Неуловимый Дюшан. Конструкция символа» (1975). В кругу его постоянных научных интересов были и итальянское искусство первой половины ХХ века, и движение «Новеченто», и предшествовавшая ему «метафизическая живопись» Джорджо Де Кирико, которой он тоже посвятил не одну публикацию, в том числе монографию «Метафизика без секретов: от Де Кирико до Карра, от Моранди до Савинио» (1982).

Профессор ведущих итальянских университетов, с 1954 по 1997 год Маурицио Кальвези тесно сотрудничал с Венецианской биеннале, входя в ее жюри, а в 1984 и 1986 годах курировал ее департамент визуальных искусств. Он успел возглавить разные итальянские музеи, в том числе пинакотеки в Ферраре и Болонье, Национальную галерею современного искусства в Риме. В 1984 году основал авторитетный в художественном мире журнал Art e Dossier и оставался его директором до 1995 года. Еще с 1950-х стал активно выступать на страницах ведущих национальных газет и журналов вроде Corriere della Sera и L’Espresso как художественный критик, чутко и тонко реагируя на все новое, что появлялось в послевоенном искусстве, будь то абстракционизм, поп-арт, «бедное искусство» в 1960-е, концептуализм 1970-х или возвращение живописи в 1980-е. Он одним из первых подмечал среди молодых неоавангардистов тех, у кого, по его мнению, был большой потенциал. И не ошибался. Среди его фаворитов были Альберто Бурри, Яннис Кунеллис, Пьеро Мандзони, Пино Паскали, Марио Скифано — сегодня уже классики ХХ века.

И все же, не умаляя других заслуг Кальвези, история искусства ХХ века обязана ему прежде всего реабилитацией итальянского футуризма, который после Второй мировой войны воспринимался исключительно в связке с фашистским режимом Муссолини, и потому о нем предпочитали не вспоминать. Кальвези же был поклонником футуризма. Еще почти ребенком он попал в мастерскую Джакомо Баллы, которая располагалась в том же доме в Риме, где жило семейство будущего искусствоведа. Балла в 1941 году знакомит 14-летнего подростка с Филиппо Томмазо Маринетти, которому Кальвези прочел свои стихи. Вдохновленный похвалой гуру футуризма, юноша даже вошел в круг поэтов-футуристов. Поэзия осталась увлечением юности, а любовь к футуризму — на всю жизнь.

В 1953 году Кальвези организовал в Риме, в Палаццо делле Эспозициони первую послевоенную ретроспективу Умберто Боччони, считая этого рано ушедшего из жизни футуриста одной из ключевых фигур начала ХХ века. Выставка, вызвавшая  широкий отклик в обществе, стала поворотным пунктом в мировой реабилитации футуризма. В этом есть весомый вклад Кальвези, кропотливо изучавшего все, что имело отношение к футуризму, включая связи с европейским авангардом и русским футуризмом. Статьи и монографии искусствоведа не потеряли своей актуальности и сегодня. Последний фундаментальный труд Маурицио Кальвези — полный каталог-резоне наследия Умберто Боччони — вышел в 2016 году в издательстве Umberto Allemandi & C.