Фаберже много не бывает

После того как Виктор Вексельберг в 2004 году увел из-под носа многочисленных конкурентов накануне аукциона американскую коллекцию произведений «Фаберже» Малькольма Форбса, о возвращении этих предметов в Россию велись ожесточенные споры. Но вот наконец в июне в Санкт-Петербурге откроет двери Шуваловский дворец. После пяти лет серьезной реконструкции и пробного летнего старта с сентября дворец заработает в режиме обычного публичного музея. В его залах и предстанет публике собрание фонда Виктора Вексельберга «Связь времен», который за эти годы значительно расширил коллекцию Форбса. Как рассказал председатель правления фонда Владимир Воронченко, помимо «Фаберже» в экспозиции будет представлено большое собрание русского серебра и русской эмали. Кроме того, новый музей планирует широкую просветительскую деятельность, организацию музыкальных вечеров, кураторство, контроль над которыми взял на себя руководитель Мариинского театра Валерий Гергиев. Впрочем, «Фаберже» во всем этом остается главным. Как пояснила хранитель коллекции ювелирных украшений Музеев Московского Кремля Татьяна Мунтян, существует негласная табель о рангах вещей «Фаберже». На первом месте этого рейтинга стоят, конечно, пасхальные яйца, причем императорские, которых у «Фаберже» всего 50 (восемь из них считаются утерянными, 42 разошлись по коллекциям и музеям разных стран). Тут Кремлю нет равных — в Оружейной палате хранятся десять таких яиц, принадлежавших императрицам Марии Федоровне и Александре Федоровне. В их числе никогда не покидавшее Россию самое большое из императорских яиц Кремль, а также самое простое Военное стальное яйцо, сделанное в период Первой мировой войны в 1916 году.

Коллекция Виктора Вексельберга мало отстает в этом смысле от Кремля — в собрании фонда девять императорских яиц (еще два лишь предположительно были выполнены по императорскому заказу). Особенно ценными считаются самое первое яйцо Курочка 1885 года и Ренессансное яйцо, сделанное в технике эпохи Возрождения, из белого агата и до 1930 года хранившееся в Кремле. Помимо императорских в коллекции Вексельберга есть и яйца, выполненные по заказу других клиентов, круг которых был крайне ограничен: два яйца, выполненные для купчихи Варвары Кельх-Базановой, и единственное яйцо, которое дом Фаберже за всю историю фирмы сделал по заказу иностранца, — яйцо с часами герцогини Мальборо. В общей сложности в собрании 15 знаменитых пасхальных подарков. Покупка Малькольмом Форбсом яйца Мальборо фактически положила начало его коллекции, в формировании которой приняла активное участие ведущая американская галерея, продающая произведения русского ювелира, A la Vieille Russiе. С ее помощью Форбс в свое время сформировал не только самую крупную частную коллекцию «Фаберже», но и крупнейшее собрание «Фаберже» в США. После того как собрание Форбса уехало в Россию, это место занимает Художественный музей Вирджинии в Ричмонде: в его недрах хранится около 400 произведений фирмы, собранных в 1930–1940-е годы супругой американского предпринимателя Джона Ли Пратта Лилиан. Среди пяти императорских яиц есть любопытное яйцо 1915 года на злобу дня с портретами двух дочерей, сестры, жены и кузины царя в форме медсестер. На долю американских собраний пришлось и еще несколько яиц, которые хранятся в музеях Нового Орлеана, Балтимора, Кливленда, а также в вашингтонском музее Хиллвуд.

Все эти яйца попали в США в результате активной распродажи, проводимой советским режимом, так что сегодня в России помимо Кремля пасхальным яйцом может похвастаться только Минералогический музей им. Ферсмана в Москве. В его коллекции хранится незаконченное последнее императорское яйцо, создававшееся на фирме «Фаберже» к Пасхе 1917 года. Похожее, но более проработанное яйцо есть и в частном музее «Фаберже» в немецком Баден-Бадене, где выставлена коллекция российского предпринимателя Александра Иванова. Как получилось, что было сделано два похожих яйца и какое из них должно было быть закончено и преподнесено императрице — пока загадка, требующая исследования. В Баден-Бадене есть еще два ценных яйца — выполненное в 1917 году скромное деревянное император-ское яйцо из карельской березы и так называемое Ротшильдовское яйцо — его заказала Беатриса Эфрусси де Ротшильд на помолвку своего младшего брата (в 2007 году это яйцо было куплено за рекордные $16,5 млн). Коллекция баден-баденского музея насчитывает около 3 тыс. произведений, среди которых есть большое собрание камнерезного искусства. Как объясняет Татьяна Мунтян, наряду с пасхальными яйцами особенно ценятся сложные поликаменные скульптуры — их известно даже меньше, чем яиц, около 25. Одна такая фигурка есть в Кремле, три хранятся в Павловске, еще две — фигурки солдата и ледовоза исключительного качества — в Музее Ферсмана, в Баден-Бадене есть фигурка солдата, а в коллекции Виктора Вексельберга — танцующего мужика.

Следующими за скульптурными типами в иерархии изделий фирмы идут флоральные этюды (их насчитывается в мире около 50) и фигурки животных, которые, в отличие от поликаменной скульптуры, производились сотнями. В A La Vieille Russie сохранились чеки, согласно которым такие работы «Фаберже» советское правительство продавало всего за $2–5 за предмет. В итоге в российских музеях их осталось совсем немного: каменных животных, которые были в свое время просто приятными безделушками, по одному-два в крупных столичных собраниях и несколько в региональных: в Омске, Иркутске, Екатеринбурге. В Кремле хранится единственный цветок с механизмом и Одуванчик с натуральным цветочным пухом. По одному цветку есть в музеях Нижнего Новгорода и петербургской горной академии. Больше всего зверей и цветов теперь в Великобритании, в Королевской коллекции. Дело в том, что королева Александра обожала эти милые вещицы и активно выписывала их из Петербурга. Поэтому все они, в отличие от тех, которые попали через аукционы в более поздние собрания, имеют непререкаемый провенанс. В королевской коллекции хранятся четыре пасхальных яйца и сотни других предметов — это собрание «Фаберже» считается самым большим в Европе.

Впрочем, шесть цветов и несколько фигурок животных есть и в Эрмитаже, которому не досталось ни одного пасхального яйца (только коллекция маленьких пасхальных брелочков, которые собирал в Гатчине великий князь Михаил Александрович). Как объясняет сотрудник Государственного Эрмитажа, хранитель фонда драгоценных металлов Александр Солин, в Эрмитаже кроме яиц, которые в Зимнем никогда и не находились, а хранились в Аничковом и Александровском дворцах, представлен почти весь спектр фирмы. Серебряная утварь, столовые приборы, ювелирные украшения и драгоценная галантерея — Фаберже одинаково талантливо объял все направления, и теперь каждая крупная коллекция, кремлевская или собрание Вексельберга, старается показать всю широту производства фирмы. Основываясь на этом разнообразии,  Главного штаба. Там будет представлено эрмитажное собрание, включая коллекцию рисунков-проектов фирмы, откроются библиотека и медийный центр. Фаберже много не бывает.