Мэри Боуман: «Мы объединили территории вокруг Эйфелевой башни в парк в 54 га»

Мэри Боуман — партнер бюро Gustafson Porter + Bowman и одна из самых известных в мире ландшафтных архитекторов, автор мемориала принцессы Дианы в Лондоне, рассказала нам о будущем парке, который разобьют вокруг Эйфелевой башни к Олимпиаде 2024 года

Вид на Эйфелеву башню со стороны площади Трокадеро. Фото: Gustafson Porter + Bowma
Проект парка вокруг Эйфелевой башни. Сады Трокадеро (на фото) и Марсово поле будут объединены с помощью моста IENA, который станет пешеходным. Фото: Gustafson Porter + Bowma
Согласно проекту парка вокруг Эйфелевой башни мост IENA станет пешеходным. Фото: Gustafson Porter + Bowma
Вид на Эйфелеву башню со стороны площади Трокадеро.
Фото: Gustafson Porter + Bowma
Проект парка вокруг Эйфелевой башни. Сады Трокадеро (на
Фото: и Марсово поле будут объединены с помощью моста IENA, который станет пешеходным. Фото: Gustafson Porter + Bowma
Согласно проекту парка вокруг Эйфелевой башни мост IENA станет пешеходным.
Фото: Gustafson Porter + Bowma
Мэри Боуман. Фото: Gustafson Porter + Bowma
Мэри Боуман.
Фото: Gustafson Porter + Bowma

Как вы думаете, почему именно ваш проект победил в конкурсе на реконструкцию парка вокруг Эйфелевой башни к летним Олимпийским играм 2024 года?

На мой взгляд, у нас была самая чистая и логическая концепция. Мы объединили всю территорию от École militaire до площади Трокадеро в единое пространство, получился парк в 54 га в центре Парижа. С набережных убрали автомобильное движение, Йенский мост, связывающий Трокадеро и Эйфелеву башню, станет пешеходным, на нем появятся газоны и клумбы. И еще мы продумали десятки вариантов парковых активностей для любого времени суток, всех времен года, всех посетителей: туристов и парижан, детей, стариков, людей с ограниченными возможностями.

А как сами парижане восприняли такую переделку? Обычно жители протестуют против нововведений. По крайней мере, в Москве.

Несмотря на то что Эйфелева башня — символ Парижа, пространство рядом с ней нельзя назвать удобным и гостеприимным. Обычно под башней стоит огромная очередь посетителей, вокруг вертятся подозрительные типы, много карманников, в темное время тут небезопасно ходить, не то что гулять. Там негде перекусить, негде посидеть, не хватает туалетов, туда нельзя прийти с детьми. Жители близлежащих кварталов никогда не пользуются Марсовым полем как парком. Там отмечают национальные торжества типа победы в чемпионате мира по футболу и проводят рождественские фейерверки. И кстати, эти шумные народные гулянья тоже не устраивали местных жителей. Если они о чем-то и просили, то сдвинуть «зоны радости» подальше от домов и убрать парковку больших туристических автобусов.

И что вы предложили и жителям, и туристам?

Прежде всего, исчезнут толпы, уже сейчас билеты на Эйфелеву башню продаются на определенные даты и время. Дальше можно просто гулять по парку и наслаждаться жизнью. Будут посажены тысячи растений, появятся небольшие тематические парки, дорожки для прогулок, бега, велосипедов, детские площадки, парковые скульптуры, здания для кафе и всевозможных культурных активностей. Разные парковые зоны мы называем jardins de créativité. Часть павильонов будет временной, так что люди смогут возвращаться в парк постоянно и находить в нем что-то новое.

Посетители Гайд-парка в Лондоне отдыхают у мемориального фонтана принцессы Дианы. Фото: Gustafson Porter + Bowma
Мемориальный фонтан принцессы Дианы в Гайд-парке. Вид сверху. Фото: Gustafson Porter + Bowma
Мемориальный фонтан принцессы Дианы в Гайд-парке открыт в 2004 г. Фото: Gustafson Porter + Bowma
Посетители Гайд-парка в Лондоне отдыхают у мемориального фонтана принцессы Дианы.
Фото: Gustafson Porter + Bowma
Мемориальный фонтан принцессы Дианы в Гайд-парке. Вид сверху.
Фото: Gustafson Porter + Bowma
Мемориальный фонтан принцессы Дианы в Гайд-парке открыт в 2004 г.
Фото: Gustafson Porter + Bowma

Мэри, не могу не спросить о другом вашем знаковом проекте — мемориале принцессы Дианы в Гайд-парке (гигантский водяной каскад). Ему уже 15 лет, до сих пор не зарастает тропа. Что осталось за кулисами?

За кулисами остались драматические события, предшествовавшие его открытию. Выиграть конкурс, а в нем участвовали 60 бюро, было очень почетно. Бюджет проекта был практически неограниченным. Но когда мы приступили к реализации, выяснилось, что строить в запланированном месте нельзя, так как под ним обнаружились исторические руины. Мемориал перенесли, и надо было срочно готовить площадку и переделывать всю строительную документацию. Потом выяснилось, что традиционная ручная резка гранита (а фонтан состоит из 545 гранитных частей) не позволит придать камню необходимую форму, а всей композиции — динамичность. Надо было резать камень на станках, а для этого заново готовить чертежи и срочно разрабатывать софт для станков с ЧПУ. Были привлечены десятки компаний, в том числе автоконцерн Ford, применявший похожую резку для изготовления автомобилей и самолетов.

Уже после открытия мемориала мы столкнулись с совсем неожиданным обстоятельством: посетителей было так много, что они за неделю вытоптали газон. Вообще, обслуживание мемориала оказалось более затратным, чем мы думали. Так что создание парков полно сюрпризов.

Вы являетесь адептом внедрения зеленых растений в архитектуру. За этим действительно будущее?

Это то, что сейчас на повестке дня. Архитекторы и девелоперы видят, что умелое использование озеленения поднимает стоимость недвижимости. У нас есть образцовый пример такого синтеза архитектуры и растений — жилой комплекс Marina One в Сингапуре. Это проект немецкого архитектурного бюро Ingenhoven Architects, как раз известного экологическим подходом. Во внутреннем дворе мы создали тропический парк с озерами и водопадом, озеленили балконы-террасы, крышу, даже в лифтах поставили кадки с деревьями. Но это Сингапур с его прекрасным климатом. И там же государственная политика — превратить остров в город-парк. По местному законодательству, девелопер должен озеленить столько площади, сколько занимает на земле его здание.

Жилой комплекс Marina One Residences в Cингапуре. Фото: Gustafson Porter + Bowman. ingenhoven architects / HGEsch
Жилой комплекс Marina One Residences в Cингапуре. Фото: Gustafson Porter + Bowman. ingenhoven architects / HGEsch
Жилой комплекс Marina One Residences в Cингапуре. Фото: Gustafson Porter + Bowman. ingenhoven architects / HGEsch
Парк в жилом комплексе Marina One Residences в Cингапуре. Фото: Gustafson Porter + Bowman. ingenhoven architects / HGEsch
Парк в жилом комплексе Marina One Residences в Cингапуре. Фото: Gustafson Porter + Bowman. ingenhoven architects / HGEsch
Жилой комплекс Marina One Residences в Cингапуре.
Фото: Gustafson Porter + Bowman. ingenhoven architects / HGEsch
Жилой комплекс Marina One Residences в Cингапуре.
Фото: Gustafson Porter + Bowman. ingenhoven architects / HGEsch
Жилой комплекс Marina One Residences в Cингапуре.
Фото: Gustafson Porter + Bowman. ingenhoven architects / HGEsch
Парк в жилом комплексе Marina One Residences в Cингапуре.
Фото: Gustafson Porter + Bowman. ingenhoven architects / HGEsch
Парк в жилом комплексе Marina One Residences в Cингапуре.
Фото: Gustafson Porter + Bowman. ingenhoven architects / HGEsch

В Лондоне такие проекты невозможны?

Нет, отчего же, озеленение террас и балконов — распространенная практика. Хотя это и требует укрепления перекрытий, создания продуманной дренажной системы, сбора дождевой воды для полива.

Вы не расскажете о своем творческом пути: вы ведь американка, почему вы перебрались в Англию?

Я приехала в конце 1980-х получать магистерскую степень в AA — знаменитой Школе Архитектурной ассоциации. И устроилась в бюро Нормана Фостера, что в те годы рецессии было фантастическим везением. Фостер как раз вернулся из Юго-Восточной Азии и начинал активно строить в Европе, а я знала испанский и немецкий языки, могла переводить, и он брал меня в рабочие командировки. Это было счастливое время, я приобрела бесценный опыт. Правда, тогда в бюро работало 60 человек, сейчас — 1000. Ну а потом я вышла замуж и решила остаться в Англии. В 2002 году получила диплом ландшафтного дизайнера. Одним из моих профессоров был Нил Портер. Когда он и Кэтрин Густафсон расширяли свое бюро, то пригласили меня в партнеры. Я универсальный специалист: и архитектор, и ландшафтный дизайнер одновременно.

В одном давнем интервью вы сетовали, что в архитектуре только 9% женщин. Ситуация выправляется?

Не сильно. Когда я начинала, нас, женщин, было 9% — сейчас около 19%. Притом что среди выпускников архитектурных вузов женщин более 50%. Во-первых, труд архитектора не так хорошо оплачивается, как труд врача или адвоката, во-вторых, это очень конкурентная среда, и женщин отодвигают, хотя они делают много работы, в-третьих, мы все-таки должны отвлекаться на воспитание детей. Мне в этом отношении повезло: в нашем архитектурном бюро трое из пяти партнеров — женщины. В Лондоне мы даже создали организацию, которая помогает женщинам бороться за руководящие посты в компаниях.

Беседа с Мэри Боуман состоялась на Всемирном конгрессе садов и парков World Urban Parks – 2019 в Казани.

Самое читаемое:
1
Топ-50 самых дорогих ныне живущих художников России
Представляем новый рейтинг наших современников, высоко котирующихся на рынке
19.10.2021
Топ-50 самых дорогих ныне живущих художников России
2
Выставка Врубеля в Третьяковке соединит разрозненные циклы и разрезанные картины
Гигантская монографическая выставка Михаила Врубеля в Новой Третьяковке станет важным этапом в познании его наследия. На ней встретятся три «Демона» и впервые будет показано такое количество поздней графики
05.10.2021
Выставка Врубеля в Третьяковке соединит разрозненные циклы и разрезанные картины
3
Жан-Юбер Мартен перемешает коллекцию ГМИИ
Перед реконструкцией главного здания Пушкинского музея в нем решились на большой эксперимент
07.10.2021
Жан-Юбер Мартен перемешает коллекцию ГМИИ
4
Как появляются на арт-рынке работы Боттичелли и за сколько продаются
Сандро Боттичелли сейчас второй среди старых мастеров по цене после Леонардо да Винчи. Как правило, главные шедевры таких гениев давно в музеях, и каждое появление их произведений на рынке становится сенсацией
08.10.2021
Как появляются на арт-рынке работы Боттичелли и за сколько продаются
5
Sotheby’s выставил на аукцион позднюю картину Боттичелли
«Муж скорбей» появится на январских торгах с предварительной оценкой в $40 млн. Картина обрела авторство Боттичелли благодаря недавней переатрибуции, а до этого считалась работой его учеников
07.10.2021
Sotheby’s выставил на аукцион позднюю картину Боттичелли
6
Музей Фаберже показывает живопись и графику Сальвадора Дали из его личной коллекции
Всего в Санкт-Петербург привезли больше 60 работ художника из собрания фонда «Гала — Сальвадор Дали». Среди них знаменитая «Галарина», которая не покидала стен Театра-музея в Фигерасе с момента смерти Дали
13.10.2021
Музей Фаберже показывает живопись и графику Сальвадора Дали из его личной коллекции
7
Марина Абрамович возвела в Бабьем Яре «Стену Плача» из кристаллов
Мемориал, посвященный холокосту, символически перекликается с иерусалимской Стеной Плача. Он был открыт на торжественной церемонии главами Украины, Германии и Израиля
08.10.2021
Марина Абрамович возвела в Бабьем Яре «Стену Плача» из кристаллов
Подписаться на газету

2021 © The Art Newspaper Russia. Все права защищены. Перепечатка и цитирование текстов на материальных носителях или в электронном виде возможна только с указанием источника.

16+