Разрушенный дом Прошиных оценили в 5 млн рублей

Недавнее, с 18 по 20 августа, разрушение знаменитого Дома с подснежниками, доходного дома Прошиных, вполне в московском тренде: памятники у нас сносят или в выходные, или в праздники, или в августе, когда в отпуске не только жители, но и власти. В этот раз снести незаметно не вышло — а разрешением на снос заказчик строительных работ, ООО «Компания Миретта», и подрядчик, ООО «ТСА», не располагали. Но здание формально не было памятником. В 2012-м, правда, эксперты рекомендовали поставить на охрану дом № 22 по 1-й Тверской-Ямской (выселенный в 2007-м и старательно состаренный новым владельцем), но слишком мощные силы противились этому, чтобы всерьез рассчитывать на успех.

История тянулась несколько лет, «сносная» комиссия при Правительстве Москвы не раз возвращалась к обсуждению судьбы дома. В 2012-м застройщик предлагал разрезать фасад алмазным канатом и заново собрать на новом здании — оно, кстати, должно было быть на пару этажей выше старого. Это была сомнительная перспектива; известный историк архитектуры Андрей Баталов тогда же напомнил, как разрезали алмазным канатом портик Осипа Бове на заднем фасаде Большого театра, но так и не приделали обратно. В итоге Департамент культурного наследия города Москвы настоял на сохранении оригинального фасада, а площадь в новом здании позволил нарастить не за счет дополнительных этажей, а лишь за счет дворовой территории. За такой фасад, безусловно, стоило бороться: это был очень необычный московский модерн, полихромный орнаментальный фриз с подснежниками в технике сграффито выделял здание среди других строений начала XX века.

Мосгорнаследие уже возбудило по факту сноса здания дела об административных правонарушениях. Максимально возможное наказание — штраф в размере 1 млн руб., по последним данным, уже повышен до 5 млн руб. (таково наказание за несоблюдение ограничений, установленных в зонах охраны объектов культурного наследия). Но и эта сумма ничтожна на фоне выгоды, которую получит застройщик, возведя на участке отель с трехэтажным подземным паркингом. Паркинг между тем не повод для сноса: давно известны и применяются в мире технологии, позволяющие делать подземные парковки не просто не разрушая дома сверху, но даже не расселяя их. Но расходы на это слишком удорожают строительство — зачем тратиться, когда можно обойтись мизерным штрафом?

Но на этот раз, видимо, штрафом не обойдется. Заместитель мэра Москвы по вопросам градостроительной политики и строительства Марат Хуснуллин уже заявил, что расценивает снос как «беспрецедентную наглость» и будет добиваться отзыва у девелопера градостроительного плана земельного участка (ГПЗУ), то есть фактически разрешения на строительство. Уже после этого главный архитектор Москвы Сергей Кузнецов заявил, что ГПЗУ застройщика таки лишили и «эта история должна стать иллюстративной для всех девелоперов, которые недобросовестно относятся к охранным обязательствам». Однако охранные обязательства заключаются на охраняемые объекты. Дом Прошиных, напомним, формально к ним не принадлежал.