Дельфин и русалка снова вместе

Во Всероссийском художественном научно-реставрационном центре им. И.Э.Грабаря (ВХНРЦ) закончена работа над восемью деревянными скульптурами и тремя панно из павильона «Грот» в усадьбе Кусково. У художников-реставраторов высшей категории Владимира Симонова и Людмилы Синицыной это заняло экстремально короткий для такой сложной работы срок — полтора года. Как следует из документов XVIII века, восемь статуй, три дельфина и одна «морская девушка» были приобретены графом Петром Шереметевым, владельцем усадьбы, у «чужестранного купца» Иоганна Георга Розенфельта за 1,2 тыс. руб. Их установили в садовом павильоне на берегу пруда — в гроте, созданном крепостным архитектором Федором Аргуновым по образцу царскосельского. Внутри грот украшал лепниной и раковинами приглашенный из Германии мастер Иоганн Фохт. Прежде считалось, что и скульптура, и декоративные панно были также сделаны в Германии, поскольку они, как и интерьер, декорированы ракушечником. Однако теперь, после реставрации, можно предположить, что они созданы итальянским мастером, и далеко не ремесленником. «Это вещи абсолютно уникальные», — рассказывает Людмила Синицына. «Фигуры сделаны на высочайшем художественном уровне, — подтверждает Владимир Симонов. — У них прекрасная пластика, живые лица. Технология их создания очень сложная; ни мы сами, ни наши коллеги с таким не сталкивались». 

Именно поэтому произведения оказались в секторе нетрадиционных технологий отдела скульптуры Центра им. Грабаря. Он был сформирован в связи с потребностью в новых методиках восстановления и консервации необычных с технологической точки зрения произведений, как, например, восточноазиатские лаки. Сюда теперь попадают сложные, комбинированные предметы.

На панно и скульптуре из Кускова были только следы поновлений и починок XVIII–XX веков. Фигуры-барельефы на трех панно смоделированы из мастики, в которую в момент ее высыхания были вдавлены морские раковины множества видов, кораллы, кусочки стекла. После двух с половиной столетий бытования в усадьбе раковины местами осыпались, пейзаж на фоне был практически не виден, мастика покрылась трещинами и осыпями, лица персонажей потемнели. А они очаровательны, в игривом рокайльном стиле. На одном панно пасторальная сцена с юношей и девушкой, на другом женщина бьет мужчину поварешкой. («Это сцены до брака и после», — шутят реставраторы.)

Очень сильно пострадало панно с оленем — на его светлой шкуре было несколько участков с осыпавшимися раковинами, темных, как раны. «При восполнении утрат мы должны соблюдать принципы научной реставрации, где основным является отличимость от автора, — объясняет Владимир Симонов. — Тогда мы придумали нечто подобное технике пуантели в реставрации живописи, когда точками восполняют утраченные фрагменты изображения, и заполнили утраты шариками из искусственного материала». Достаточно было нескольких таких шариков-мазочков — и свойства нашего восприятия доделали остальное: «раны» затянулись, и фигура оленя приобрела цельность.

К тонировкам пришлось прибегнуть и при реставрации деревянных скульптур. Поверхность костюмов персонажей была украшена раковинами. На них удалили загрязнения, а утраты на лицах тонировали, чтобы придать им эстетическую целостность, тем более что они все хороши как на подбор: пухленькие, румяные, с живыми глазами и приоткрытыми губами. Русалка и дельфин так и остались «голыми»: ракушечный декор и левкас их чешуи давно утеряны. А вот обезьяна с коробкой, которая была частью фонтана перед павильоном «Итальянский домик», сохранилась прекрасно — с зубастой улыбкой и богато украшенным кафтаном. 

Сейчас каждая раковина декора очищена и укреплена. И хотя изначальный блеск перламутра уже не восстановить, удалось реанимировать его декоративные качества. Укреплена основа всех произведений: дублированы кромки и восполнены утраты холста панно, пропитано специальным составом дерево скульптур в местах разрушений. Планируется, что уже в сентябре панно и скульптуры можно будет увидеть в павильоне «Грот», также пережившем обновление.