V&A как учебник по истории искусства

Музей Виктории и Альберта (V&A) в Лондоне кропотливо изучает собственную историю — и самой институции, и музейного здания. Новое исследование Джулиуса Брайанта заполняет пробел в этом вопросе, сосредоточившись на художниках, которые участвовали в оформлении музея.

Собранные в книге материалы расположены в хронологическом порядке — от появления в Южном Кенсингтоне первого музея с навесами из стекла и металла до формирования в XX веке музея, названного V&A и расположившегося в каменном здании великолепного имперского стиля, каким он и предстает сегодня. То и дело прерывающийся процесс строительства, до сих пор не завершенный, напоминает нам о вечной зависимости музея от одобрения властей и успеха в поисках финансирования.

Среди художников и проектировщиков, нанятых музеем, были Джордж Фредерик Уоттс, Фредерик Лейтон, Эдвард Пойнтер, Оуэн Джонс (автор оформления Хрустального дворца к Всемирной выставке 1851 года, важного предшественника музея в Южном Кенсингтоне), Эдвард Берн-Джонс, Филип Уэбб и Уильям Моррис, Ричард Редгрейв, Уильям Белл Скотт, Альфред Стивенс. Настенные росписи Лейтона и раскрашенные керамические плитки Пойнтера, которые по понятной причине никогда не могли быть показаны на выставках этих авторов, заполняют существенный пробел в понимании того, чем занимались художники такого ранга в XIX столетии. Да и вклад Белла Скотта в строительство музея значительно расширяет его послужной список, без этого довольно скудный. А вот оценить дизайнерскую работу Джонса все еще проблематично, поскольку следов оформления им Восточного дворика до сих пор не обнаружено. Можно сказать, что участники создания «кенсингтонской Валгаллы» и фирмы, поставлявшие строительные материалы, сообща написали, каждый по-своему, своеобразный учебник по истории искусства.

Новаторское использование современных материалов подчеркивало основную идею растущих коллекций, отсылающих к шедеврам прошлого и вдохновляющих посетителей музея в настоящем. Эта идея прочитывается во многом: от цитат из старинных рукописей до символических фигур, обозначающих знание, мудрость, образование, науку и искусство. Просто чудо, что викторианское убранство V&A в целом хорошо сохранилось. Ведь в начале прошлого века негативное отношение к скульптурному орнаменту, полихромии и общей неумеренности той архитектуры привело к растянувшейся на десятилетия кампании по изменению внешнего облика и уничтожению прежнего музея. 

После недавней реставрации многое было вновь воспринято с восторгом и энтузиазмом, хотя некоторые технически сложные работы не получили заслуженного одобрения. Впрочем, скоро появятся новые поводы для выражения приятия: открытие в 2018 году последней части Дворика слепков и возвращение былого величия Южному дворику.