18+
Материалы нашего сайта не предназначены для лиц моложе 18 лет.
Пожалуйста, подтвердите свое совершеннолетие.

Экспорт революции в Венецию

№57
Материал из газеты

25–27 октября в венецианском университете Ка'Фоскари пройдет научная конференция, посвященная восприятию русского искусства за рубежом. Один из участников, Ильдар Галеев объясняет, почему взаимодействие культур становится актуальными именно теперь

Русская революция, о которой так долго говорили большевики, вновь волнует умы гуманитариев, спустя 100 лет становясь темой выставок, семинаров и конференций. В наши дни коминтерновские мечты об экспорте революции воплотились в причудливых, близких к игровым формах: уже не как трагедия, но пока еще не как фарс. Отметить юбилей событий 1917-го спешат города и страны разных континентов.

Итальянский университет Ка’Фоскари и его подразделение Центр изучения искусства России (CSAR) традиционно выступают в роли зачинщика русской темы, поэтому собирать интеллектуалов, озабоченных российской культурой и влиянием на нее революционных идей и событий, этой осенью им сам бог велел. Провести конференцию «Переводы и диалоги: восприятие русского искусства за рубежом» (25–27 октября) CSAR помогают другие солидные институции: Общество искусствоведов восточноевропейского, евразийского и русского искусства и архитектуры (SHERA) и Центр русского искусства Кембридж — Курто (CCRAC), а также московский некоммерческий фонд IN ARTIBUS.

В ХХ веке идеи революционных преобразований вообще и в искусстве в частности артикулировались повсеместно и интернационально. Русский акцент в этом речевом и текстуальном гомоне улавливался четко. Восприятие творчества русских мастеров имеет для широкой публики и исследователей на Западе особое значение. Не потому ли тема «встречи-невстречи» художника из России со своим зрителем или коллегой за рубежом стала главенствующей на нынешней венецианской конференции? Взаимодействие культур и их диалог становятся актуальными особенно теперь, когда на всех фронтах наблюдается санкционный дождь, а под ним — всеми покинутая и «обиженная» Россия.

По сути дела, конференция превращается в единственный способ «защиты» России в искусствоведческом поле, реконструкцию ее культурного величия, хотя бы и в масштабе настольного макета, редкое на сегодняшний день пространство восстановления интеллектуалами того, что в последние годы методично разрушалось политическими элитами. Разумеется, такую конференцию можно провести и в РФ, если знать, что результаты ее станут конвертируемой валютой в мировом научном сообществе, а не окажутся предметом междусобойчика.

В самóм пристальном внимании западных ученых к обсуждаемой русской повестке кроется призыв, несмотря ни на что, продолжать исследования. Оборот «несмотря ни на что» тут больше относится к российским специалистам, которым, как повелось, не привыкать работать в спартанских реалиях.

Искусство России XVIII–XIX веков правит бал в первый день из трех запланированных. Если фигура Василия Верещагина, неизменно вызывающая повышенное внимание, стала темой сразу двух докладов (Елена Нестерова и Молли Брансон), то исследование Ильи Доронченкова о русских художниках в Париже 1860–1880-х годов идет дальше обычного перечисления имен и хронологии событий. Основная интрига здесь состоит в том, насколько русские, находясь в эпицентре европейского авангарда («встающий на ноги» импрессионизм), были восприимчивы к нему и что им мешало овладевать инновационными технологиями и практиками.

Доклад француженки Маргарет Шаму о картине Карла Брюллова «Последний день Помпеи» привносит новизну в избитую поколениями искусствоведов историю восприятия главного русского шедевра современниками-художниками: восторги и хула в дискуссиях той эпохи шли рука об руку. Выступление Венди Салмонд посвящено успехам в Америке блестящего портретиста Константина Маковского. И тут никак не обойтись без сравнений со столь же эффектным его современником Джоном Сарджентом, а Поли Блейксли рассказывает о таинственной Эмили Шанкс, которую она нарекла первой женщиной-передвижницей, тем самым терминологически и семантически обозначив связь с русской художественной традицией конца XIX века. 

Серьезную дискуссию обещает исследование Екатерины Вязовой о феномене «Русских сезонов» в Европе. Дягилевская идея репрезентации России на Западе воплощалась умом и талантами людей, европейски ориентированных, исповедовавших ценности, далекие от славянофильства. В данном случае миф о России вызван утратой единства с ней, обрывом жизненной связи. Эта потеря и компенсировалась стремлением воссоздать славянский мир в своем сознании и текстах, выражалась в коллекционировании древнерусских артефактов (библиотека Дягилева включала в себя русские первопечатные книги, а также старославянские рукописи).

Второй день посвящен культурно-историческим вехам начала ХХ века. Здесь не обманет ожиданий доклад известного специалиста по конструктивизму Кристины Лоддер о связях Баухауса и Вхутемаса, об их общем идейном векторе — необходимости тотальной революционизации (прежде всего сознания художника, а затем жизненно важных пространств) на основе новой эстетики, свободной от наследия прошлого и устремленной только в будущее. 

Русско-германские связи в этом всеобщем переустройстве мира играли важнейшую роль. Этот межкультурный диалог осуществлялся в том числе выставочными программами, о чем поведает Андрей Сарабьянов. Уточнения, сделанные им, касаются экспозиции Первой русской художественной выставки в галерее Van Diemen в Берлине и таят в себе массу неожиданностей.

Большую роль в продвижении русского искусства, или, правильнее было бы сказать, искусства художников из России, играли критики и журналисты. Вячеслав Завалишин — один из тех русских людей, которые после Второй мировой войны оказались на Западе. Его интереснейшая биография — жизнь с крутыми виражами — и его творчество — статьи о русской литературе и художественной культуре, написанные на протяжении десятилетий (1950–1990-е), — стали темой доклада Джона Боулта. Завалишин был хроникером русского искусства в США. Он писал для нью-йоркских русскоязычных изданий, а также для русской службы радио «Свобода». Эти тексты никогда не публиковались отдельной книгой — ни в России, ни где-то еще. Вспомнить о нем на конференции весьма своевременно.

Отдельное заседание посвящено трем грандам: Казимиру Малевичу, Владимиру Татлину и Эль Лисицкому. Лично я заинтересован в докладе Наташи Курчановой «Искусство предметности: Татлин глазами Флавина». О том, как авангардисты 1910-х свободно и непринужденно распоряжались классическим наследием прошлого, всем хорошо известно, но вот теперь и авангард начала века стал своего рода религией — опиумом для творческого народа на исходе столетия. Насколько же почтительны сегодняшние ультралеваки по отношению к пращурам? Дэн Флавин, апостол скульптурного минимализма, известен своими оммажами Татлину (1964–1990), и теперь интересно убедиться в том, сколь оригинальны его светопостроения и как флуоресцентные структуры транслируют татлинский месседж. 

Третья и заключительная сессия раскладывает по полочкам русское послевоенное и современное искусство. Тут и московский концептуализм (Сабина Хэнсген), и искусство эпохи застоя (Наталия Мазур). Особый интерес логично вызывает доклад о методах продвижения русских художников в Америке (Юлия Туловская); тематически близко к нему сообщение Анны Франц «Русское искусство на международной арене». В центре выступления Николя Лиуччи-Гутникова, героя недавней экспозиции русских в Центре Помпиду, — идеи о том, как следует выставлять подаренные Бобуру работы: так, чтобы у остальных, неохваченных акцией дарения коллекционеров возник острый зуд — гифтомания, толкающая на пожертвования и завещания.

Пройдут и два круглых стола. Один из них — о коллекционировании и коллекционерах. Тема эта представляется неисчерпаемой, но в составе дискутантов — серьезные практики-тяжеловесы (Алла Розенфельд, Александр Боровский, Наталья Колодзей), делящиеся с молодыми коллегами, относительно недавно вставшими на путь собирательства, секретами стратегии и тактики. В коммерческой части, думается, молодежь, в свою очередь, подучит «стариков», так чтобы дискуссия принесла взаимовыгодные плоды. Второй круглый стол «накрыли» для музейных дам и кавалеров. Они, без всякого сомнения, знают толк в том, как и под каким соусом подать русское искусство на Западе. Так, чтобы и на Востоке об этом помнили всю оставшуюся жизнь.  

Самое читаемое:
1
Кому выгодна многолетняя завеса тайны над коллекцией Белютина? Эксперты в недоумении
Смерть вдовы Элия Белютина Нины Молевой актуализировала вопрос, кому отойдет коллекция старых мастеров. Вспоминаем нашу статью 2015 года, так как новых фактов за это время не появилось
14.02.2024
Кому выгодна многолетняя завеса тайны над коллекцией Белютина? Эксперты в недоумении
2
Фантазии и факты: как строили Москву для «Мастера и Маргариты»
Даже те, кому не понравился фильм, не отрицают, что в нем создана особая реальность, параллельная тексту Михаила Булгакова. Мы поговорили с участниками съемочной группы о визуально-пластическом языке фильма: вторых планах, цвете и важных деталях
09.02.2024
Фантазии и факты: как строили Москву для «Мастера и Маргариты»
3
Третьяковская галерея возвращается в Серебряный век
Выставка «Герои и современники Серебряного века» представляет «наиболее объективный и выразительный портрет эпохи». Это уже четвертая часть цикла, посвященного рубежу XIX–XX веков, времени журналов, манифестов и художественных группировок
14.02.2024
Третьяковская галерея возвращается в Серебряный век
4
Павел Филонов и его окна в параллельную реальность
Одна из самых больших выставок Павла Филонова в Москве проходит в Медиацентре «Зарядье». О своих впечатлениях рассказывает писатель Дмитрий Бавильский — и приходит к выводу, что восприятие художника сильно зависит от оптимизма или пессимизма зрителя
15.02.2024
Павел Филонов и его окна в параллельную реальность
5
Импрессионизм как источник света в условиях нехватки воздуха
Произведения из коллекций 27 музеев России, представленные на выставке в Санкт-Петербурге, отдают дань традициям и эстетике импрессионизма, которые находили отражение в советском изобразительном искусстве разных лет
27.02.2024
Импрессионизм как источник света в условиях нехватки воздуха
6
Собрание Эрмитажа прирастает частной коллекцией
Эрмитаж приобрел почти полторы сотни предметов из собрания покойного мецената Юрия Абрамова, который при жизни был почетным другом музея. В их числе — прижизненный скульптурный портрет Микеланджело Буонарроти и посмертный бюст Александра I
20.02.2024
Собрание Эрмитажа прирастает частной коллекцией
7
Алла Хатюхина: «Мы молчали об этой находке несколько десятилетий»
Ярославский художественный музей — неоднократный лауреат премии ИКОМ России, номинант и победитель ряда международных конкурсов. С 2008 года им руководит Алла Хатюхина, которую мы расспросили о необычном проекте «Три стихии» и о достижениях музея вообще
26.02.2024
Алла Хатюхина: «Мы молчали об этой находке несколько десятилетий»
Подписаться на газету

Сетевое издание theartnewspaper.ru
Свидетельство о регистрации СМИ: Эл № ФС77-69509 от 25 апреля 2017 года.
Выдано Федеральной службой по надзору в сфере связи, информационных технологий и массовых коммуникаций (Роскомнадзор)

Учредитель и издатель ООО «ДЕФИ»
info@theartnewspaper.ru | +7-495-514-00-16

Главный редактор Орлова М.В.

2012-2024 © The Art Newspaper Russia. Все права защищены. Перепечатка и цитирование текстов на материальных носителях или в электронном виде возможна только с указанием источника.

18+