18+
Материалы нашего сайта не предназначены для лиц моложе 18 лет.
Пожалуйста, подтвердите свое совершеннолетие.
Пожалуйста, подтвердите свое совершеннолетие.
СПРАВКА
9 июля 2016 года вступили в силу изменения в Постановление Правительства РФ от 5 июля 2013 года № 568, которые ограничивают совместную службу родственников в учреждениях культуры. По мнению авторов инициативы, мера призвана противодействовать коррупции. После этого в различные институции России стали приходить директивы с требованием уволить родственников сотрудников. Подобное распоряжение, в частности, было адресовано директору Большого Московского цирка Эдгару Запашному. До 1 сентября ему предписывалось уволить своего брата Аскольда и мать Татьяну Запашную. Четвертого сентября председатель Союза театральных деятелей России Александр Калягин направил министру культуры РФ Владимиру Мединскому письмо, в котором попросил защитить от инициативы культурные учреждения. Шестого сентября президент РФ Владимир Путин на встрече с партией «Единая Россия» заявил, что «династии, безусловно, надо поддерживать». «Это действительно то, чем мы всегда гордились, причем везде: и в промышленности, и в искусстве, и в медицине», — сказал он. Вероятно, с оглядкой на эти события и заявления 12 сентября Владимир Мединский призвал премьер-министра РФ Дмитрия Медведева сохранить творческие династии, а 6 октября уже Минтруд предложил разрешить близким родственникам бюджетников в области науки, культуры и здравоохранения становиться их руководителями или подчиненными.
Пять лет назад, когда я заступала на пост директора музея «Поленово», The Art Newspaper Russia (TANR) посвятила нашей семье и истории нашего музея целый разворот. После этого издание следовало за нами во всех наших начинаниях, освещая ключевые события жизни музея, такие как выставка Елены Поленовой в Англии или Поленовское Рождество в ГМИИ имени Пушкина. Я ценю нашу дружбу с TANR, и именно поэтому мне бы хотелось на ее страницах поделиться некоторыми итогами.
Много лет назад, умирая, Василий Поленов безвозмездно передал государству свои бесценные коллекции живописи, оружия, археологических раритетов; построенный собственными руками уникальный архитектурный усадебный ансамбль; прекрасный ухоженный парк, засаженный редкими породами растений — короче, всю эту идеальную утопию. Он не знал, что будет дальше, но — интеллектуал и просветитель — предполагал, что ничего хорошего. Однако, помимо сбережения своеобразной художественной колонии на берегу Оки (равной по духу барбизонской школе, артели прерафаэлитов, школе назарейцев и, разумеется, берущей свои истоки в абрамцевском кружке), Поленов стремился сделать из своего дома музей для широкого посещения. Его идеи, давно вышедшие за рамки художественной мастерской и уже укоренившиеся в так называемом доме Поленова на Зоологической улице в Москве и в кругу его учеников по Московскому училищу живописи, ваяния и зодчества, были основаны на теории «искусства для всех», широко распространенной в то время в Западной Европе.
Так усадьба Поленова стала государственным музеем, а сам художник — первым в нем экскурсоводом, режиссером многочисленных спектаклей, вдохновителем музыкальных и театральных вечеров, инициатором праздников, в которых среди прочих принимало участие семейство Ивана Цветаева и другие именитые соседи.
По завещанию основателя музея его преемником стал сын — да, честно говоря, и привлечь-то больше в то время к этому заведомо гиблому делу было некого: живописные коллекции в начале ХХ века еще не обладали своей сегодняшней стоимостью; земли было всего 18 га, и расположена она была в глухом лесу; музей подчинялся местному муниципалитету, а Поленовы вскоре были признаны врагами родины, отчего маргинальность этого места только усиливалась. Все шло к уничтожению музея, его вот-вот должны были закрыть, сын Поленова находился в то время в сталинских лагерях.
Но вот — новый виток: дело в свои руки берет молодой внук Поленова. Его жена оказывается абсолютным административным и хозяйственным гением. За 40 лет они не просто спасают дом, а превращают его в национальный парк, расширяют территорию заповедника до 880 га, увеличивают штат сотрудников, делают музей конкурентоспособным в профессиональном сообществе. Поленово становится лакомым куском во всем смыслах: Заокский район превращается в «дальнюю дачу» для москвичей, сам музей — теперь памятник федерального значения — отныне чуть ли не единственный стабильный работодатель на всю округу.
И теперь я — уже без своего отца, но с яркой и пассионарной матерью — смогла снять фильмы о путешествиях Поленова по миру, осуществить зарубежные выставки, издать книги о нем во Франции и в Англии, открыть в Нормандии, где он жил, сквер имени Василия Поленова. Потому что, рассказывая по всему миру о своем волшебном Граале, знаю, что за моей спиной стоит моя мать, воспитанные ею сотрудники, наша бесценная команда, наша большая поленовская семья, которая бережно хранит и охраняет этот заповедный мир, не поступаясь ни на йоту своими принципами, из которых главный — целостность Поленово.
Совсем недавно, вослед правительственному постановлению о борьбе с коррупцией, Министерство культуры РФ вдруг потребовало от меня увольнения моей матери, которая является моим заместителем по науке, Натальи Николаевны Грамолиной. По этому поводу меня вызвали на комиссию, где однозначно поставили передо мной вопрос: или я, или Наталья Николаевна. После этого еще неоднократно напоминали о необходимости выполнения распоряжения. Основной причиной этой новой охоты на ведьм было заявлено полное искоренение родственных связей внутри учреждений культуры, как заведомо главной коррупционной составляющей оных. То есть если ты берешь на работу родственника, то только для того, чтобы воровать деньги. Я понимаю, что люди, которые прорабатывали данное постановление, никакого другого применения собственной семье еще не придумали. И что если у тебя есть дети, братья, жена или муж, то с ними удобнее создавать мошеннические схемы, чем в одиночку. Наверное, семья семье рознь. Я могу только гордиться семьей собственной. Семьей, которая отдала всю себя культуре и народу, причем в самые страшные годы в истории России. Семьей, которая пожертвовала всем, и в первую очередь собой, на благо, казалось бы, абсолютно бесполезного дела. Семьей, благодаря которой усадьба Поленово выжила, уцелела, сохранилась, расцвела. Семьей, без которой Поленово — в том виде, каким создал его великий художник, — невозможно. Семьей, которую никакой властью — ни светской, ни высшей — невозможно разделить между собой, а также с тем главным служением, которое было ей однажды вручено Богом и судьбой.
На территории заповедника Василия Поленова находится пионерский лагерь, который в поздние 1990-е непонятным образом превратился в «детскую республику» с юридическим подчинением частному лицу, но действующий в общественных целях. Несмотря на нелегальность своего существования на заповедных государственных территориях, руководство «республики» крепко держится своих позиций: расширение деятельности. Время от времени они посылают мне недвусмысленные сигналы о желании урегулировать отношения — предложения дружбы, подарков.
И дело тут совсем не в том, что я из вредности или от недостатка воспитания отказываюсь от их внимания. Дело только в одном. Василий Поленов абсолютно осознанно передал свой музей России с единственной целью: его наследие и его «искусство должно приносить счастье и радость, иначе оно ничего не стоит». И чем более широкому кругу людей, тем лучше. И поэтому каждый сантиметр земли заповедника, каждый маломальский предмет в коллекции, даже виды за окнами Большого дома поленовской усадьбы, — все это является частью музейного наследия.
Наталья Поленова, директор Государственного мемориального историко-художественного и природного музея-заповедника В.Д.Поленова
