Под музыку золотых красок

Один из самых сложных и неразгаданных вопросов медиевистики — практически одновременное появление «греческой манеры» в Тоскане и Умбрии XIII века, в государствах крестоносцев, Византийской империи и ее сателлитах. Большую часть своей жизни Ярослав Фолда изучал особенности этого непростого перекрестия средиземноморских культур. В своей книге Byzantine Art and Italian Panel Painting: the Virgin and Child Hodegetria and the Art of Chrysography (Византийское искусство и итальянская живопись на дереве: икона Богоматери с Младенцем (Одигитрия) и искусство хризографии) он использует новый подход к теме культурного сотрудничества, уделяя основное внимание развитию техники хризографии — росписи икон золотыми красками. Рассматривая особенности хризографии в эпоху крестоносцев, Фолда фиксирует мельчайшие различия в развитии как формы, так и содержания известных изображений Богоматери с младенцем Иисусом на Западе и Востоке.

Примеры работы в технике хризографии Фолда прослеживает от раннего византийского искусства, затем обращается к ряду более поздних икон из монастыря Святой Екатерины на Синайском полуострове, вписывая их в культурный контекст государств крестоносцев. И лишь затем переходит к исследованию активно обсуждаемых сегодня Мадонны Кана и Мадонны Меллона из Национальной галереи в Вашингтоне, чтобы под конец описать уже авторские, а не анонимные произведения XIII века мастеров из Сиены. Разумеется, основное внимание в книге уделено Мадонне Кана и Мадонне Меллона. С тех пор как две эти иконы появились на арт-рынке в 1912 году, атрибутировали их по-разному. Авторство приписывалось и итальянским художникам, и крестоносцам, и мастерам из Византии; местом их происхождения считались самые разные центры — от Константинополя до Сиены.

По его версии, обе иконы созданы в Константинополе по заказу крестоносца в последние годы Латинской империи (около 1260), поскольку подобная иконография Богоматери на престоле была неизвестна в Византии. И хотя 100%-ной уверенности в правоте исследователя об итальянском происхождении живописцев нет, эта гипотеза снимает ряд вопросов. Она объясняет отсутствие письменных свидетельств об этих мастерах, византийскую элегантность их манеры, пристрастие к технике хризографии, а также связь с сиенской живописью, ведь синий мафорий и бледно-лиловый хитон Мадонны Кана не соответствуют византийской стилистике. Фолда систематизирует приемы хризографии знаменитого сиенского мастера Дуччо, дабы проследить связь его работ с византийским искусством и влиянием крестоносцев. Сиенский стиль, как ни одна другая местная школа, неслучайно ассоциируется у нас с золотым светом икон.

Jaroslav Folda with Lucy J. Wrapson. Byzantine Art and Italian Panel Painting: the Virgin and Child Hodegetria and the Art of Chrysography. Cambridge University Press. 492 с. £84,99, $135 (твердая обложка). На английском языке