В борьбе с бедностью умов

В кураторском проекте Алехандро Аравены об архитектурной борьбе с кризисом, дефицитом ресурсов и экологическими опасностями MATREX российского архитектора Бориса Бернаскони обозначает борьбу с банальностью и бедностью умов

Проект Matrex Бориса Бернаскони. Фото Italo Rondinella/La Biennale di Venezia
Проект архитектурного бюро LAN. Фото: Francesco Galli. Courtesy: La Biennale di Venezia
Проект Matrex. Фото: Italo Rondinella. Courtesy: La Biennale di Venezia
Проект Matrex. Фото: Татьяна Тафинцева
Проект Matrex. Фото: Italo Rondinella. Courtesy: La Biennale di Venezia
Павильон Ирландии. Фото: Татьяна Тафинцева
Павильон Ирана. Courtesy: La Biennale di Venezia
Алехандро Аравена. Инсталляции из остатков прежних проектов биеннале. Courtesy: La Biennale di Venezia
Павильон Колумбии. Фото: Татьяна Тафинцева
Проект Matrex Бориса Бернаскони. Фото Italo Rondinella/La Biennale di Venezia
Проект архитектурного бюро LAN.
Фото: Francesco Galli. Courtesy: La Biennale di Venezia
Проект Matrex.
Фото: Italo Rondinella. Courtesy: La Biennale di Venezia
Проект Matrex.
Фото: Татьяна Тафинцева
Проект Matrex.
Фото: Italo Rondinella. Courtesy: La Biennale di Venezia
Павильон Ирландии.
Фото: Татьяна Тафинцева
Павильон Ирана. Courtesy: La Biennale di Venezia
Алехандро Аравена. Инсталляции из остатков прежних проектов биеннале. Courtesy: La Biennale di Venezia
Павильон Колумбии.
Фото: Татьяна Тафинцева

На открывшейся в Венеции архитектурной биеннале заявленная куратором Алехандро Аравеной тема «Репортаж с линии фронта» представлена во всей мощи. Начинает ее кураторское «приветствие» в Арсенале: инсталляция в первом же зале сделана из 100 т мусора от предыдущей выставки и буквально заставляет пригнуться от масштаба повисших над головой 14 км алюминиевого крепежного профиля. Все выбранные Аравеной участники, представленные в Арсенале и в основном павильоне в садах Джардини, отвечают на один вопрос: как с помощью архитектуры в условиях глобального кризиса бороться со всевозможными проблемами? Каждый проект рассказывает свою историю, предлагает решение своих задач. Нищета, преступность, необразованность, экологические опасности, дефицит ресурсов, условия ландшафта и даже банальность — во всех работах архитекторов концепция предпочтительнее эстетики. Множество деревянных и гипсовых макетов зданий, районов и целых городов, которые можно преобразовать и улучшить, или же впечатляющих размеров макет реконструированного и обновленного жилого дома, который французское бюро LAN предлагает как альтернативу ненужным новым постройкам, загромождающим пространство, — всё это предложения, которые готовы наконец найти спрос. Это чертежи иранцев в размере 1:1, чтобы строить быстро и дешево, или видеоинсталляция проектов школ на открытом воздухе, или «спасительная» лестница из прессованных опилок, которые и должны спасти Буркина-Фасо от дефицита жилья. Та же цель у колумбийского проекта по использованию бамбуковых каркасов для постройки домов в бедных районах, и проекта декриминализации Южной Африки путем реорганизации городских пространств — жизнь не будет развиваться там, где для нее нет условий, почти все африканские архитекторы разом поддерживают эту мысль. Не обошлось и без домов-пазлов, популярных в Азии, и без размышлений о политике (египтяне перед своим павильоном даже показали эффектный перформанс про бюрократию в архитектуре), и, конечно же, без темы надвигающейся экологической катастрофы.

Из всего многообразия архитектурных проектов, которые вызывают не трепет восхищения, а скорее желание немедля отправиться волонтером строить жилища для нуждающихся, особенно выделяется проект здания MATREX российского архитектора Бориса Бернаскони. Огромный макет многомиллионного проекта выглядит слегка издевательски среди пенопластового или деревянного будущего в макетах других участников, которому, возможно, и сбыться-то не суждено. Однако Алехандро Аравена выбрал его в качестве образца столь же важной борьбы — борьбы с банальностью. На фоне бедствующих или разрушенных городов синяя «матрешка» из Сколково смотрится ярким пятном и выбивается из общего ощущения выставки. Миниатюрные люди-модельки, заполонившие 3,5-метровый макет, очень реалистичны и даже эмоциональны, живут своей жизнью: работают, отдыхают, слушают музыку и наслаждаются шедеврами живописи в музейной спирали. MATREX повествует не о бедности финансовой, но о бедности идейной, с которой он и борется: изобретает новые виды работы с пространством, играет с материалами и подходами, не ограничивается, растет и не боится своих масштабов. MATREX — это многофункциональное пространство, где офисы соседствуют с концертным залом, садом, музеем, ресторанами и прочими местами для отдыха. В нем такое разнообразие занятий, что невозможно застрять в одной эмоции, и в этом тоже борьба с бедностью — с бедностью умов.

Интерес публики к российскому не ограничивался вальяжным проходом мимо — почти каждый вчитывался в описание, листал книгу о здании и фотографировал застывшую жизнь маленьких пластиковых людей внутри. В бюро Bernaskoni продумали все: от визуальных эффектов до звуковых. По яркости впечатлений сравниться с нашей «матрешкой», пожалуй, могли только ирландцы с их видеопроекциями чертежей здания для пансиона страдающих болезнью Альцгеймера. Яркие сменяющиеся проекции, где процесс создания чертежа продолжала идея о том, что происходит в мозге больного человека, сопровождался гипнотическим саундтреком. Правда, длинную программу проекции целиком досматривали не все, да и павильон, скрытый в переходе из одного здания в другой, кто-то пропускал по пути на Северную набережную Арсенала, где расположился грандиозный павильон Италии. В отличие от MATREX, который пропустить было просто невозможно: он стоит прямо в проходе, чуть ли не сразу после вступительного «мусорного зала» Аравены. Нельзя не признать, что на фоне хаотичных строек и архитектурных попыток спасти планету MATREX смотрится хоть и немного из ряда вон, но надежды добавляет.

Самое читаемое:
1
Юлия Петрова: «Наши выставки — это не просто картины, развешанные по стенам»
Музей русского импрессионизма задумали в 2012 году. Четыре года спустя он обосновался в перестроенном для него здании — и с тех пор не позволяет о себе забывать. Мы поговорили с директором музея об успехах, проблемах и возможных перспективах
11.01.2023
Юлия Петрова: «Наши выставки — это не просто картины, развешанные по стенам»
2
Барельефы Сергея Меркурова остались на «Динамо»
Монументальные панно с исторического здания 1930-х годов сделали центром публичного арт-пространства
12.01.2023
Барельефы Сергея Меркурова остались на «Динамо»
3
Золотое кольцо неустановленного размера
Туристическому маршруту, а заодно и историко-культурному проекту под названием «Золотое кольцо России» исполнилось 55 лет. Рассказываем, кто его придумал и сколько городов в него входит
17.01.2023
Золотое кольцо неустановленного размера
4
В Малаге по-прежнему показывают русское искусство
В то время как Русский музей приостановил выдачу экспонатов в свой филиал в испанской Малаге, там впервые выставлена значимая частная коллекция русского искусства, собранная за два десятилетия лондонским предпринимателем Дженни Дуган-Чепмен Грин
19.01.2023
В Малаге по-прежнему показывают русское искусство
5
Роботы и художники: от Александры Экстер до Яёи Кусамы
Робот в обличье японской художницы Яёи Кусамы, пишущий картины в витрине бутика Louis Vuitton в Нью-Йорке, побудил нас вспомнить самые выразительные образы роботов в искусстве
13.01.2023
Роботы и художники: от Александры Экстер до Яёи Кусамы
6
Генрих Шлиман: человек, который во второй раз разрушил Трою
Имя Генриха Шлимана окружено мифами почти так же плотно, как история города, поискам которого он посвятил всю жизнь. Его юбилей отмечают во всем мире
12.01.2023
Генрих Шлиман: человек, который во второй раз разрушил Трою
7
Робот в образе Яёи Кусамы пишет картины в витрине магазина
Концерн LVMH, привлекший к сотрудничеству над коллекцией для Louis Vuitton Яёи Кусаму, стилизовал магазины бренда под миры японской художницы
10.01.2023
Робот в образе Яёи Кусамы пишет картины в витрине магазина
Подписаться на газету

2021 © The Art Newspaper Russia. Все права защищены. Перепечатка и цитирование текстов на материальных носителях или в электронном виде возможна только с указанием источника.

18+