100-летие дадаизма отметят по-особому

№40, февраль 2016
№40
Материал из газеты

100-летие дадаизма, самого радикального движения в искусстве ХХ века, цюрихский Кунстхаус решил отметить реконструкцией так и не реализованного амбициозного проекта лидера дада Тристана Тцара

Дадаизм появился на свет в феврале  1916 года в нейтральной Швейцарии, а точнее, в Цюрихе, куда стекались из вовлеченных в мировую войну сопредельных стран разномастные пацифисты и уклонисты, в том числе поэты, художники и музыканты. Именно одному из них, немцу Хуго Баллю, и его подруге Эмми Хеннингс пришла идея открыть заведение, где могут собираться «свои», то есть такая же неприкаянная богема, выступавшая против войны и всего того, что ее породило. Так на тихой Шпигельгассе, в доме 1, в арендованной Баллем бывшей молочной появилось «Кабаре Вольтер».

Справка

1915

В Цюрих приезжают поэт и драматург Хуго Балль, братья Жорж и Марсель Янко, Тристан Тцара. В Нью-Йорк приезжает Марсель Дюшан, где его уже знают после Международной выставки современного искусства Armory Show (1913) и где его картина Обнаженная, спускающаяся по лестнице вызвала скандал. Знакомится с фотографом и художником Ман Рэем. В Нью-Йорке оказывается и Франсис Пикабиа, которого Дюшан знал еще по Парижу. Вместе они составили ядро нью-йоркского дада. Дадаистским был их радикализм: реди-мейды Дюшана, объекты Ман Рэя и картины с абсурдистскими машинами Пикабиа. Акций, как дадаисты в Европе, они не устраивали.

1916

Открытие в феврале «Кабаре Вольтер» первым представлением с участием Ханса Арпа, Марселя Янко, Тристана Тцара. Из Берлина приезжает и присоединяется к ним медик и поэт Рихард Хюльзенбек, сыгравший затем заметную роль в берлинском дада. «Питая отвращение к бойне мировой войны 1914 года, мы предавались в Цюрихе высокому искусству. В то время как вдали гремели орудия, мы от всей души пели, рисовали, клеили, сочиняли стихи», — вспоминал Арп. Тцара начинает издавать журнал Dada. Что касается слова «дада», Балль писал, что нашел его, открыв наугад французско-немецкий словарь, и что оно означает детскую лошадку. После Тцара и Хюльзенбек оспаривали авторство.

1917

Закрытие «Кабаре Вольтер» и открытие галереи «Дада» выставкой немецких экспрессионистов. В программе: экскубистический балет (Софи Тойбер-Арп, маски Арпа), фонетические стихи Балля, лекция Тцара Экспрессионизм и абстрактное искусство. Хюльзенбек возвращается в Берлин. В Барселоне выходит первый номер анархического литературного журнала Пикабиа «391». Тцара налаживает контакты с Парижем: Бретоном, Супо, Арагоном. Реди-мейд Дюшана Фонтан — писсуар с подписью Richard Mutt — вызывает новый скандал в арт-кругах Нью-Йорка.

1918

В Берлине организован Клуб дада, куда входят художники разных политических взглядов — от приветствовавших Октябрьскую революцию (братья Хартфилд, Георг Гросс) до анархистов (Рауль Хаусман, Ханна Хёх, Йоханнес Баадер). На открытии клуба Хюльзенбек читает Первый немецкий манифест дада. «Дада было не идеологическим движением, а, скорее, стихийной реакцией против „высокого искусства“, размышляющего над кубами и готикой, пока маршалы писали кровью» (Гросс). В Кельне Макс Эрнст знакомится с Йоханнесом Бааргельдом, тоже художником, создав свою ячейку дада. Позже к ним присоединяется Арп. В Цюрихе проездом побывал Пикабиа, где лично познакомился с Тцара.

1919

Курт Швиттерс в Ганновере начинает делать ассамбляжи-«мерцы» из мусора. В Париже Бретон и компания выпускают первый номер журнала Litterature, где со второго номера сотрудничает Тцара. Дюшан возвршащается в Париж, где создает реди-мейд L.H.O.O.Q, пририсовав усики и бородку на репродукции Моны Лизы. В Берлине дадаисты экспериментируют с фотомонтажом (Ефим Голышев, Ханна Хёх, Рауль Хаусман) и ассамбляжем. Последний дада-вечер в Цюрихе. В конце декабря Тцара уезжает в Париж.

1920

В Берлине Хюльзенбек выпускает Альманах дада с программными текстами дадаистов. В Кельне полиция закрывает дада-выставку со входом через туалет пивной. Litterature и Тцара организуют в Париже первый вечер дада. Номер «391» выходит с L.H.O.O.Q Дюшана. Баадер, Хаусман и Хюльзенбек совершают турне с лекциями о дада в Дрезден, Гамбург, Лейпциг и Прагу. В Берлине открывается Международная дада-ярмарка. Помимо ассамбляжей и фотомонтажей, там выставлены и арт-объекты, как, например, свисающее с потолка чучело немецкого офицера с головой свиньи и плакатом «Повешен революцией». Власти возбудили судебное дело и наложили на организаторов ярмарки крупный штраф.

1921

Размежевание дадаистов в Берлине. Гросс, Хартфилды и Дикс выступают за политически ангажированное левое искусство, остальные остаются анархистами. В Париже тоже конфликт. Бретон инсценировал судебный процесс над писателем-националистом Морисом Барресом, где сам обвиняемый был представлен в виде манекена. Тцара отказался участвовать в этой акции, увидев в ней попытку придать дада организованный характер. В Нью-Йорке Дюшан и Ман Рэй публикуют единственный номер New York Dada.

1922

Макс Эрнст переезжает в Париж, и группа дада в Кельне фактически прекращает свое существование. Художник и архитектор Тео ван Дусбург под псевдонимом I.K.Bonset издает в Нидерландах дада-журнал Mecano. Бретон собирается организовать Международный парижский конгресс, который бы объединил все направления современного искусства и выработал генеральную линию. Тцара и дадаисты выступают против этой идеи с резкой критикой. Остальные приглашенные (Леже, Делоне, Озанфан), в свою очередь, выступают против дадаистов, но тоже отказываются от участия, опасаясь провокаций с их стороны. В Веймаре открывается Международный конгресс конструктивистов. Туда едут Швиттерс, Арп и Тцара, который выступил там фактически с прощальной речью, посвященной дада.

1923

Дюшан закончил свое главное произведение — Большое стекло (1915–1923) и окончательно отказался от искусства, целиком посвятив себя шахматам. В парижском театре «Мишель» прошел последний большой вечер дада Бородатое сердце, где Тцара представил свою пьесу Газодвижимое сердце с декорациями Тео ван Дусбурга и костюмами Сони Делоне, Ильязд читал свою заумную поэму, звучала музыка Эрика Сати и Стравинского. В конце представления Бретон вышел на сцену и начал драку с участниками представления, затем на сцену поднялся Элюар. Все закончилось большой потасовкой, и пришлось вызвать полицию.

1924

Бретон публикует Манифест сюрреализма, где отказывается от анархизма и свободолюбия дада, но не от его принципов абсурда и спонтанности творческого акта, заменив его принципом «автоматического письма». Большинство дадаистов присоединились к новому движению. «Сюрреализм сожрал и переварил дада. А поскольку у сюрреализма был хороший желудок, и свойства проглоченного полностью вошли в состав „подкрепившегося организма“», — писал впоследствии Ханс Рихтер.

Еще…

Балль и его друзья, среди которых были в дальнейшем активные участники дада румынский художник Марсель Янко и скульптор из Эльзаса Ханс Арп, начали подготовку первого вечера. Тогда же к движению присоединился приехавший из Берлина поэт и критик Рихард Хюльзенбек, а Янко привел к Баллю своего приятеля по Бухаресту — начинающего поэта Тристана Тцара, тут же взявшего в свои руки все организационные вопросы. Вряд ли тогда Балль догадывался, сколько энергии в этом щуплом 19-летнем юноше, для солидности носившем монокль, и что скоро они разойдутся по принципиальным вопросам о том, что важнее: заложить основы нового искусства, свободного от дискредитировавших себя войной буржуазной морали и ценностей, или высмеивание всего и вся, как считал Тцара.

Ханс Арп, Тристан Тцара и Ханс Рихтер. Цюрих, 1918 г.
Ханс Арп, Тристан Тцара и Ханс Рихтер. Цюрих, 1918 г.

Победил Тцара, а Балль, разочаровавшись в дада, вскоре покинул Цюрих, чтобы посвятить себя религии и духовным медитациям. Тцара же стал главным мотором и пропагандистом движения — проводил шумные дада-вечера, нередко заканчивавшиеся вызовом полиции, с чтением абсурдистских стихов, исполнением какофонической музыки и «экспрессионистских танцев» с художественными выставками сначала в «Кабаре Вольтер», а когда их попросили освободить помещение, в недолго просуществовавшей галерее «Дада».

У дадаистов нет никакой программы и эстетических установок, объявил Тцара в своем Манифесте дада 1918 года. В отличие, например, от тех же итальянских футуристов, первыми сообщивших о своем отказе от искусства прошлого, от понятий «гармония» и «хороший вкус», устраивавших похожие на дада скандальные акции. Но дадаисты терпеть не могли милитаристский дух футуризма. Да, они были разрушителями, но пацифистами и анархистами: свобода во всем и от всего, и никаких авторитетов. «Дада не было направлением в искусстве в традиционном смысле — то была гроза, разразившаяся над искусством того времени, как война над народами», — вспоминал позже один из активных участников движения Ханс Рихтер.

Джон Хартфилд. Двойной портрет (Йоханнес Баадер и Рауль Хаусман)
Джон Хартфилд. Двойной портрет (Йоханнес Баадер и Рауль Хаусман)

Тцара не ограничивался Цюрихом и энергично расширял круг единомышленников за пределами Швейцарии. Переписывался с духовным лидером парижских авангардистов Гийомом Аполлинером, а когда тот умер в 1918 году, вышел на литературный круг Андре Бретона, Луи Арагона, Поля Элюара, Филиппа Супо и Жоржа Рибмон-Дессеня, с 1919 года начавших выпускать свой авангардистский журнал Litterature. Он отсылает им свой журнал Dada с вышеупомянутым манифестом и предлагает печататься в нем. Те с энтузиазмом откликаются. Налаживает Тцара контакты и с Франсисом Пикабиа, художником, поэтом и издателем нигилистско-анархического журнала «391», выходившего сначала в Барселоне, затем в Париже и Нью-Йорке.

Хуже складывались отношения с берлинскими дадаистами. Движение там возглавил среди прочих Хюльзенбек, соперничавший с Тцара за лидерство и вернувшийся в 1917 году в Берлин, чтобы сгруппировать вокруг дада всех левых художников.

Не было разве что возможности выхода на прямой контакт с Марселем Дюшаном и Ман Рэем в Нью-Йорке. Только в 1921 году Тцара получил от Дюшана письмо с шутливой просьбой разрешить им использовать слово «дада», на что ответил, что «дада принадлежит всем и каждому».

Франсис Пикабиа. Сватовство. 1917
Франсис Пикабиа. Сватовство. 1917

Когда же энергия цюрихского дада окончательно сошла на нет, его главный промоутер принимает единственно правильное решение — уехать в Париж, где отныне будут разворачиваться основные события. «Дада-весна бушевала в Париже — после того, как в Цюрихе, Нью-Йорке и Берлине она уже отцвела. И потянулись сюда перелетные птицы», — вспоминал Рихтер. По легенде, Тристан Тцара как «анти-Мессия» и «пророк дада» в конце 1919 года въехал во французскую столицу на ослепительно-белом автомобиле, медленно проезжавшем по бульвару Распай через триумфальную арку из листовок с собственными памфлетами и воззваниями, приветствуемый восторженной толпой поклонников и фейерверками. На самом же деле с одним чемоданчиком он прямиком с Восточного вокзала отправился к Пикабиа, который, да, приглашал его в Париж, но вовсе не ждал.

Начался новый период в деятельности Тцара: он близко сходится с кружком Бретона; как и в Цюрихе, устраивает шумные вечера с чтением стихов и выставками с участием не столько дадаистов, сколько востребованных тогда в Париже художников — Пикабиа, Хуана Гриса, Джорджо Де Кирико, Фернана Леже, Жака Липшица; и продолжает издавать свой журнал Dada, теперь с офранцуженным названием Bulletin Dada и Dadaphone.

Портрет Софи Тойбер-Арп с «дадаистической головой». 1920 г. Фотография
Портрет Софи Тойбер-Арп с «дадаистической головой». 1920 г.

Однако понимая, что закат дадаизма не за горами (на пятки ему уже наступал Андре Бретон, который хотел упорядочить хаотичный художественный процесс, декларируемый дадаизмом, подвести под него солидную эстетическую базу), Тристан Тцара решил в паре со своим «антидругом» Хюльзенбеком подытожить достижения дада, издав его «атлас» под названием Dadako. Нашелся и немецкий издатель, но по причине разногласий между Тцара и Хюльзенбеком, а также из-за отсутствия денег замысел не был осуществлен. Хюльзенбеку удалось в более скромном формате издать свой Альманах дада в 1920 году.

Тцара, впрочем, не терял надежды и решил реализовать этот амбициозный проект уже самостоятельно, назвав его Глобус дада и договорившись напечатать в парижском издательстве La Sirene у своих друзей Жана Кокто и Блеза Сандрара. Даже объявил тираж — 10 тыс. экземпляров! Фотографии своих работ (живопись, фотомонтаж, коллаж, графический дизайн) прислали из разных стран более 30 художников, были собраны также литературные тексты дадаистов и документы. Издание обещало быть эпохальным. Но Тцара опять постигла неудача, и опять из-за отсутствия средств. Проект был похоронен, как тогда казалось его автору, навсегда. В сентябре 1922 года Тцара объявляет о смерти самого дадаизма и, конечно, не подписывает в 1924 году Манифест сюрреализма Бретона, в отличие от многих своих прежних единомышленников.

Рауль Хаусман. Коллаж дада. 1920–1921
Рауль Хаусман. Коллаж дада. 1920–1921

И вот теперь, спустя век, о проекте Тцара вспомнили в Кустхаусе в Цюрихе к юбилею дадаизма. Почему бы вместо привычной ретроспективы не собрать на выставку работы тех авторов, которых Тцара собирался включить в свою антологию? Предложить зрителю увидеть дадаизм глазами одного из его лидеров — такая идея пришла в голову независимому куратору из Нью-Йорка Адриане Сюдхальтер, и вместе с коллегой из Кунстхауса Катериной Хьюг они взялись за работу — по крупицам собрали по миру из разных коллекций произведения и документы, отобранные Тцара. В результате на выставке Глобус дада. Реконструкция можно будет увидеть 200 редко выставляемых из-за хрупкости экспонатов: фотографии, рисунки, фотомонтажи и коллажи, а также подборку оригинальных прозаических и поэтических текстов, рукописей и документов. Они происходят из собрания самого цюрихского музея, обладающего большой коллекцией дада, из нью-йоркского Музея современного искусства (МоМА), из Берлинской галереи, а также из парижской Библиотеки Жака Дусе, где хранится архив Тристана Тцара.

После Цюриха выставка уедет в Нью-Йорк в МоМА (12 июня — 18 сентября), в Кунстхаусе же к этому времени откроют ретроспективу Пикабиа (3 июня — 25 сентября). А если добавить, что к выставке Глобус дада. Реконструкция издан 300-страничный каталог с 170 цветными и 100 черно-белыми иллюстрациями, где реконструирована и структура неизданной антологии, то можно смело сказать, что Тцара остался бы доволен, пусть его мечта и осуществилась только век спустя.

Самое читаемое:
1
Главные выставки нового сезона
Выставка Врубеля под кураторством Аркадия Ипполитова, Жан-Юбер Мартен в ГМИИ, «Смолянки» Левицкого, Константин Мельников во всех видах, Ай Вэйвэй из дутого стекла, «Атомная Леда» Дали и многое другое в нашем списке самых любопытных проектов осени
01.09.2021
Главные выставки нового сезона
2
В Москве появилась «Музейная четверка»: что это значит?
Четыре крупных столичных музея объявили о создании совместного проекта и представили свои маршруты
16.09.2021
В Москве появилась «Музейная четверка»: что это значит?
3
В Манеже открылась девятая ярмарка Cosmoscow
Участие в международной ярмарке современного искусства принимают 77 галерей
17.09.2021
В Манеже открылась девятая ярмарка Cosmoscow
4
От Боттичелли до Пепперштейна: художники на экране
Криминальные истории из мира aрт-бизнеса, ностальгические путешествия, интервью в анимационном формате и поездка на старом автомобиле: на The ART Newspaper Russia FILM FESTIVAL 2021 представлены разные жанры современного кино об искусстве
02.09.2021
От Боттичелли до Пепперштейна: художники на экране
5
Зельфира Трегулова: «Сейчас в музее нам нужны более сильные эмоции и впечатления»
Директор Третьяковской галереи Зельфира Трегулова рассказала о том, каким видит музей в будущем, об идеальной выставке и почему картины Михаила Врубеля вызывают интерес у зрителей от Казани до Осло
22.09.2021
Зельфира Трегулова: «Сейчас в музее нам нужны более сильные эмоции и впечатления»
6
Михаил Карисалов: «Тема частного музея, музея одного коллекционера мне не очень близка»
Меценат и потомственный коллекционер Михаил Карисалов рассказал о том, почему решил передавать в дар музеям обширные части своей коллекции и какие из принадлежащих ему произведений можно будет увидеть на выставке в фонде IN ARTIBUS с 7 сентября
06.09.2021
Михаил Карисалов: «Тема частного музея, музея одного коллекционера мне не очень близка»
7
Еврейский музей и центр толерантности покажет Рембрандта и расскажет о каббале
В свой юбилейный год московский музей реконструирует еще одно крыло Бахметьевского гаража и устроит выставки крупнейших художников, в том числе Рембрандта и Клюна
02.09.2021
Еврейский музей и центр толерантности покажет Рембрандта и расскажет о каббале
Подписаться на газету

2021 © The Art Newspaper Russia. Все права защищены. Перепечатка и цитирование текстов на материальных носителях или в электронном виде возможна только с указанием источника.

16+