Париж с Алексеем Тархановым: Paris Tableau теряет самостоятельность

Очередной салон старинной живописи Paris Tableau закрылся, во-первых, на день раньше, а во-вторых, навсегда.

На день раньше — из-за объявленного в Париже траура, отменившего не только салон, проходивший в залах старой биржи Palais Brongniart, но и Paris Photo, аукционные торги, театральные представления.

Навсегда — потому, что его создатели решили присоединиться к Biennale des Antiquaires, Биеннале антикваров. Paris Tableau теперь станет ее составной частью, растворившись среди многих галерей, участвующих в главном антикварном смотре.

Происходит это в момент, когда меняется и сама биеннале. Почти три десятилетия она проходила раз два года, осенью, в сентябре. Но в прошлом году она началась со скандала среди организаторов — французского Национального синдиката антикваров (SNA). Со своего поста был вынужден уйти председатель синдиката Кристиан Дейдье. Его как раз упрекали в том, что он провалил подготовку к биеннале.

Новый председатель SNA Доминик Шевалье вместе с ближайшими коллегами принял удивительнейшее решение: в июле было объявлено, что в 2016 году Биеннале антикваров пройдет в последний раз, а с 2017 года встречи антикваров станут ежегодными. Таким образом, еще два года в Париже будет существовать весьма курьезная институция — «ежегодная биеннале», потом ей найдут соответствующее название. Пока что поговаривают о «Парижском салоне». И понятно, что антикварных салонов не может быть так много, как сейчас.

Двухлетний ритм не только мешал Биеннале антикваров соперничать с давно выбравшими ежегодный формат брюссельской BRAFA, TEFAF в Маастрихте и Frieze в Лондоне. В Париже тоже на свободном месте плодились ярмарки-конкуренты, пытавшиеся сполна использовать каждый пропущенный год. В их числе были и Paris Tableau, и Salon du Dessin, и PAD (Pavillon des Arts et du Design). Кончилось это тем, что сама же биеннале организовала свой филиал под названием Paris Beaux-Arts. Это было совершенно нормально в тучные годы, когда и вещей и покупателей хватало на всех, но при первых же признаках сокращения рынка начались слияния и поглощения.

Первой жертвой станет, вероятно, салон Paris Beaux-Arts, который еще весной этого года прошел в торговом центре Carrousel du Louvre. Следующий был назначен на 1–7 апреля 2016 года, но состоится ли он — большой вопрос. Узнав про решение о ежегодном режиме Биеннале антикваров, я задал его Доминику Шевалье. «Paris Beaux-Arts был в значительной степени детищем прежней дирекции, — ответил он мне, — но сейчас мы думаем над его будущим. Мы не уверены в том, что нам нужно два ежегодных салона».

Одной из главных задач переформатирования биеннале, по словам Шевалье, новый оргкомитет считает увеличение числа участников — хотя бы до 100–120 против 64, выставлявшихся в 2014 году. Но для того, чтобы привлечь новые галереи, надо было убедить их, что незачем тратить силы и средства на параллельные мероприятия.

Paris Tableau появился в пику политике Кристиана Дейдье, который ориентировал биеннале в сторону мебели, прикладного искусства, активно приглашал крупные ювелирные дома Cartier, Bvlgari, Chaumet, Boucheron. Многие участники считали, что это меняет идею и стиль ярмарки, уводя ее от искусства к гламуру.

Живописный салон начали десять парижских маршанов, в этом году число участников выросло до 23. Главное его отличие от Биеннале антикваров — специализация на живописи определенного исторического периода — от Средних веков до конца XIX века, вещах дорогих, но не заходящих на рекордные аукционные вершины в десятки и сотни миллионов евро. «Paris Tableau гордится тем, что представляет вещи высшего уровня из тех, что существуют на рынке», — говорит президент салона Маурицио Канессо. Раньше по отношению к детищу SNA он занимал, скорее, критическую позицию. Теперь, когда он и его коллега Эрик Коатлем, тоже известный специалист по старинной живописи, заняли места в выставочном совете, Канессо высказывается за то, чтобы его салон стал частью Биеннале антикваров.

Он одобряет происходящие там перемены и считает, что все парижские и французские антиквары в конечном счете заинтересованы в том, чтобы Париж имел сильный и устойчивый художественный рынок. К тому же с момента начала «ежегодных биеннале» встанет вопрос о том, хватит ли сил у антикваров и у публики на два салона, разнесенные по времени всего на два месяца. Скорее всего, нет. Так что решение принято, и в следующем году Paris Tableau не будет.

Со своей стороны Доминик Шевалье обещает вновь прибывшим, что старая живопись займет на обновленной биеннале почетное место: «Невозможно сделать большой салон, где старая живопись не была бы достойно представлена». И ссылается на авторитет нового художественного директора — знаменитого музейщика, бывшего директора Музея Орсе и Лувра Анри Луаретта.

Весьма вероятно, что «ежегодная биеннале» продолжит пожирать соседние салоны и ярмарки. Пока что объявлено, что ярмарка рисунка Salon du dessin, существующая уже четверть века, не пострадает, но у Доминика Шевалье и Анри Луаретта могут быть свои виды на графику, всегда привлекающую публику.