18+
Материалы нашего сайта не предназначены для лиц моложе 18 лет.
Пожалуйста, подтвердите свое совершеннолетие.
Пожалуйста, подтвердите свое совершеннолетие.
Новый музейный центр «ЗИЛ АРТ» открылся в прошлом году и ошеломил публику как своей архитектурой, так и мощными проектами, основанными на личной коллекции его владельцев Андрея и Елизаветы Молчановых. Одной из составляющих успеха в глазах знатоков стало приглашение в качестве куратора выставок на нескольких этажах Александра Боровского — главного специалиста Государственного Русского музея по современному искусству. Насладившись проектами, публика гадала, что станет следующим, сможет ли новая выставка перекрыть эффект от предыдущей. И получается, что да. Ее опять делает Боровский, причем это будет совсем тяжелая артиллерия: Георг Базелиц, Жан-Мишель Баскиа, Йозеф Бойс, Джаспер Джонс, Ансельм Кифер, Рой Лихтенштейн, Роберт Раушенберг, Энди Уорхол и так далее, включая и Пабло Пикассо, и Виктора Пивоварова. То есть главные имена в мире искусства второй половины ХХ века.
«Откуда в России хороший Уорхóл?» — хочется пропеть на мотив «Гренады». И тут возникает фигура, которую коллекционеры Молчановы хотят, по предложению директора ГРМ Аллы Маниловой, воспеть особо, как пример для подражания всем собирателям искусств. Петер Людвиг (1925–1996) и его жена Ирене (1927–2010) — люди, в свое время развившие крайне бурную меценатскую деятельность. Сегодня их вклад немного позабыт, особенно у нас, и тем ценнее выставка как способ о нем напомнить.
Супруги — дети из семей немецких промышленников и коллекционеров искусств — возникли на арт-сцене в конце 1950-х (у Людвига к тому времени была защищена диссертация по Пикассо), но настоящий расцвет их деятельности пришелся на 1970-е. Они покупали и дарили. Сеть музеев Людвига разрасталась по всему миру: в 1979 году — Вена, в 1983-м — Оберхаузен, в 1986-м — Кельн, в 1988-м — Базель и далее. К 1996 году их имя носили уже 12 музеев на трех континентах — от Европы до Кубы. Последним Людвиг открыл музей в Пекине. К этому времени коллекция насчитывала более 14 тыс. объектов, а дары и долгосрочные ссуды находились в более чем 30 музеях по всему миру.
Среди этих проектов особенно показательны два, которые задали модель для будущего российского. В 1989 году супруги подарили Венгрии 70 произведений искусства и финансовую поддержку — при условии, что государство обеспечит содержание музея. Открывшийся в 1991 году в Будапеште, это был первый в Восточной Европе музей современного искусства. А Кобленцу, родному городу Петера, в 1992 году передали около 70 работ для нового музея «как мост к французским соседям», подчеркнув символический характер дара.
Людвиг был одновременно и очень пассионарным человеком, и потрясающим знатоком искусств. Еще у него был «глаз»: он умел разглядеть то, что взлетит. Его коллекция поп-арта — одна из лучших на Западе, потому что он начал покупать ньюйоркцев еще в 1960-е годы, еще молодыми, прямо в их мастерских.
Путь Петера Людвига к русскому искусству был занимательным. В начале 1970-х годов он обратил внимание на искусство ГДР и стал приобретать восточногерманских художников. В 1976 году в кельнской Galerie Gmurzynska он увидел русский авангард начала ХХ века и, по его собственным словам, был «взволнован значением того, что увидел, и потрясен, что прежде ничего об этом не знал». Он почувствовал, что открывает целый пласт искусства, которое на Западе фактически неизвестно. И начал собирать. Сегодня кельнский Музей Людвига владеет роскошнейшей коллекцией русского авангарда.
Затем Петер Людвиг познакомился с Владимиром Семеновым, советским послом в ФРГ, который сам был страстным коллекционером (он — один из героев выставки 2021 года «Охотники за искусством» в Музее русского импрессионизма). В 1979-м тот пригласил его в СССР, и это положило начало целой серии поездок. За несколько лет Людвиг посетил страну 12 раз, объездил сотни мастерских — от Москвы и Ленинграда до Кавказа, Минска и Якутска, приобрел более 500 работ советских авторов. Все они были членами Союза художников СССР, и покупки шли через Министерство культуры.
Интерес собирателя к советскому нонконформизму развивался постепенно, сначала как реакция на критику в его адрес со стороны западногерманской прессы. Людвига упрекали в приобретении соцреализма и игнорировании диссидентского искусства, в том, что он «позволяет себя дурачить» и покупает то, что разрешено чиновниками. Кульминацией стала выставка в московском Центральном доме художника в марте 1982-го — экспозиция работ, приобретенных за предыдущие три года. Летом подборку показали в ФРГ, где критики почти хором набросились на коллекционера. Судя по всему, Людвиг в этот период искренне и обдуманно отвергал «искусство зарубежной дипломатии» — выставки нонконформистов на частных квартирах, которые посещали западные журналисты и дипломаты. Его интересовало другое. Однако к концу 1980-х он кардинально расширил горизонты. В его коллекции появились работы Эрика Булатова, Гриши Брускина, Ильи Кабакова и Владимира Янкилевского, других ключевых фигур нонконформизма.
Александр Боровский, присутствовавший при рождении петербургского Музея Людвига, вспоминает: «Петер Людвиг, формируя свою коллекцию, всегда старался подходить к выбору максимально объективно, хотя на него со всех сторон оказывали давление. Сначала Людвиг обратил внимание на таких художников, как Жилинские, на Нестерову, Ситникова, — эту группу он называл „хорошими людьми“. Этот выбор вызвал настороженность со стороны кружка „А — Я“ и тогдашней нонконформистской среды. Однако вскоре Людвиг стал покупать и Кабакова, и других молодых концептуалистов». В итоге, по мнению Боровского, он создал очень объективную и сбалансированную коллекцию. В целом у него было собрано около 800 произведений из России того периода, ныне разбросанных по разным музейным институциям по всему миру.
На следующей стадии, после перестройки и появления Российской Федерации, коллекционер решил создать российский Музей Людвига. По словам Боровского, Людвиг предлагал свой дар и ГМИИ им. А.С.Пушкина, и Эрмитажу. «Но в Эрмитаже в тот момент была смена директора, и было не до этого, — объясняет он. — Пушкинский же музей оказался мал по размеру, а Людвиг ставил жесткое условие: работы должны быть выставлены, а не спрятаны в запасниках. У него было сильное ощущение миссии: раз ему дано собрать такую коллекцию, он должен распространять качественное искусство по миру».
В то время Петербургом руководил Анатолий Собчак и городские власти были очень открыты к новшествам. Активное участие в переговорах принимали директор Государственного Русского музея Владимир Гусев и его зам Евгения Петрова, которая была крайне заинтересована в проекте. Именно Русский музей смог предложить подходящее помещение — Мраморный дворец, только-только перешедший в его ведение. Боровский помнит, как они все бродили по дворцу и Людвиг с большим интересом осматривал пространство. «Все сложилось удачно, хотя переговоры длились несколько лет. В 1995 году с большой помпой прошла первая выставка. Для зрителей это был настоящий шок, потому что никто не видел этих авторов вживую», — говорит Боровский.
На первом этапе Людвиг подарил Русскому музею около 90 работ; уже через три года их число выросло на 30 экспонатов и продолжало увеличиваться. Сегодня собрание состоит из чуть более чем 200 произведений. «Мы с Людвигом долго возились, выбирали произведения буквально за два года до его смерти. Отбор происходил так: он сам предлагал работы, в основном отдавая предпочтение Восточной Европе, мы же в ответ клянчили, требовали самые громкие западные имена. Людвиг, в общем-то, соглашался», — продолжает рассказ Боровский. Из причастных к созданию Музея Людвига он называет Ирину Карасик и Маргариту Костриц, которые делали первые экспозиции, а также покойного Михаила Германа. В Москву же привезут 110 вещей, отобранных по принципу «первого выбора Людвига». В экспозицию входит весь срез — от Пикассо до Джеффа Кунса, причем западные авторы замиксованы с отечественными.
Боровский рассказал и о нынешней жизни Музея Людвига. Его собрание продолжает пополняться. Особенно активно это происходило в 1990–2000-е годы. Например, Тимур Новиков подарил много собственных работ и работ авторов своего круга. Сейчас процесс замедлился. Единовременно в залах можно показать около 40% произведений, поэтому за прошедшее с 1995 года время экспозиция обновлялась пять-шесть раз и уже удалось выставить почти все. «Это работающая коллекция, востребованная в стране и за рубежом», — подчеркивает Александр Боровский.
Музей «ЗИЛАРТ»
«Русский музей в ЗИЛАРТе. Шедевры искусства второй половины ХХ века. Дар Петера и Ирене Людвиг»
5 сентября – 7 февраля
