Художница Франческа Александер: американка, созвучная Италии

В новой биографической книге Жаклин Мари Музаккьо, профессору искусств в Колледже Уэлсли, штат Массачусетс, удалось вывести американскую художницу Франческу Александер (1837–1917) из тени ее дружбы со знаменитым британским искусствоведом Джоном Рёскиным (1819–1900). Хотя в наши дни Александер мало известна, когда-то она привлекала к себе внимание в Италии, Британии и у себя на родине, в США. О ней узнали благодаря рукописным, изящно иллюстрированным переводам тосканских народных баллад и песен (rispetti) на английский язык. К популяризации этих ее трудов Рёскин приложил немало усилий.

Урожденная Эстер Фрэнсис Александер провела юность в Бостоне, где ее отец, Фрэнсис Александер, был успешным художником-портретистом. За несколько лет до рождения дочери он исполнил свою заветную мечту поехать в Италию. Во Флоренции он получил заказ на портрет Люции, дочери зажиточного торговца Сэмюэля Суэтта. Художник и девушка полюбили друг друга. Брак, заключенный уже в Бостоне, принес Фрэнсису немалые средства и прочный социальный статус. Единственным ребенком в семье стала девочка, которую домашние звали Фанни.

Рассказанная в пяти главах, ее биография отнюдь не выглядит историей борьбы молодой художницы против патриархальных ограничений. Творческие способности Фанни развивались под руководством отца, и впоследствии она сама отказалась от продолжения профессионального образования.

Когда девушке исполнилось 16 лет, семья покинула Бостон и поселилась в Италии. У Александеров сложился широкий круг общения, не ограниченный никакими представлениями о классе или национальности. Многочисленная англо-американская община во Флоренции наслаждалась культурной, художественной и политической жизнью, выражая всяческую поддержку объединению Италии. Родители Фанни начали коллекционировать картины старых итальянских мастеров, и автор книги «Искусство и жизнь Франчески Александер» рассказывает о нескольких замечательных находках, которые, впрочем, не имели отношения к звездам первой величины.

Фанни увлеченно занималась литературными переводами и художественным творчеством, все ее интересы были сосредоточены на итальянцах и итальянской жизни. Иллюстрации к народным тосканским песням вызывали восторг в ее кругу и были отмечены в прессе. Фанни довольно органично превратилась во Франческу; это имя Джон Рёскин впоследствии использовал в переписке с ней (употребляя также в качестве обращения итальянское слово sorella, «сестра»). Они познакомились в 1882 году во время поездки знаменитого искусствоведа в Италию. Рёскин сразу стал оказывать художнице покровительство и приобрел у нее рукопись «Тосканских песен». Позже он опубликовал в Британии и другие книги Франчески Александер: «Историю Иды» (1883), «Народ Христа в Апеннинах» (1887), «Придорожные песни Тосканы» (1888).

Восхищение Рёскина работами Франчески Александер привело к изменению его взглядов на женщин как художников. Лекция, прочитанная им в Оксфорде в 1883 году, содержала такой пассаж: «Долгое время я в своих книгах для начинающих утверждал, что женщины не умеют рисовать иначе, нежели изящно и в малом формате. Теперь я начинаю склоняться к гораздо более приятному убеждению, что никто другой так рисовать не может». Ссылки на творчество Александер, обильно представленные в публикации оксфордских лекций Рёскина в журнале «Искусство Англии» (1884), легко узнаваемы, хотя она и не названа там по имени.

В одной из глав книги Музаккьо говорится о доходах, которые Джон Рёскин получал от издания работ Франчески Александер — похоже, это приносило ему больше выгоды, чем ей самой. Впрочем, она была состоятельной дамой, к тому же не склонной к излишним тратам: набожная Франческа вела весьма скромную жизнь, отдавая много сил, времени и средств на благотворительность. До последних дней она была очень близка с матерью: Люция умерла в возрасте 102 лет, дочь пережила ее всего на 8 месяцев.

Жаклин Мари Музаккьо представляет свою героиню как успешную художницу, но не пытается преувеличить ее талант или ее женский вклад в историю искусства. Тем не менее рукописные книги Франчески Александер с изящными иллюстрациями и красивым почерком сохранились в истории отнюдь не только потому, что обратили на себя внимание прославленного мэтра.