18+
Материалы нашего сайта не предназначены для лиц моложе 18 лет.
Пожалуйста, подтвердите свое совершеннолетие.
«Новаторы мировой фотографии» в Центре визуальной культуры Béton

Михаил Шемякин поведал о былом в книге «Моя жизнь: до изгнания»

Перед читателем первая часть мемуаров Михаила Шемякина, повествование о его советском периоде жизни. Фото: АСТ
Перед читателем первая часть мемуаров Михаила Шемякина, повествование о его советском периоде жизни.
Фото: АСТ
№119, март 2024
№119
Материал из газеты

В автобиографическом труде именитый художник вспоминает свое германское детство и ленинградскую юность, отнюдь не безмятежную. Пройденный им путь «до изгнания» Шемякин не только описал словами, но сам же и проиллюстрировал

Юный Михаил Шемякин мечтал нарисовать «Падаль» Шарля Бодлера, «Колокола» Эдгара По, «Житейские воззрения кота Мурра» Эрнста Теодора Амадея Гофмана, «Нос» Николая Гоголя и многие другие литературные произведения. Само первоначальное свое увлечение рисованием он связывает с книгой, вернее, с советской экранизацией «Острова сокровищ». Стоит ли удивляться тому, что в конце концов он решил проиллюстрировать и собственный текст — фантасмагорической графикой в фирменном стиле?

Перед читателем первая часть мемуаров Михаила Шемякина, повествование о его советском периоде жизни — от рождения в московском роддоме имени Грауэрмана в 1943 году до высылки-эмиграции во Францию в 1971-м. На страницах книги сразу оказываешься в биполярном мире. Главные персоны детства автора — отец, герой Гражданской и Великой Оте­чественной войн, и мать, актриса. Их любовь, брак и противостояние составляют психоаналитический гордиев узел в душе будущего маэстро.

Михаил Шемякин. «Моя жизнь: до изгнания». М.: АСТ; Редакция Е. Шубиной, 2024. 714 с., ил. автора
Михаил Шемякин. «Моя жизнь: до изгнания». М.: АСТ; Редакция Е. Шубиной, 2024. 714 с., ил. автора

Два других полюса притяжения, которые возникли с ранних лет у Шемякина, — две культуры, немецкая и русская, поскольку первые годы жизни Михаил провел в Германии, где служил его отец. Из мира причудливой романтики, домиков с черепичными крышами и развалин рыцарских замков маленький художник попал в холодный и загадочный мир Ленинграда, перспективы которого были строго вычерчены императором Петром I. Для Шемякина олицетворениями двух культур стали Гофман и Достоевский, а перекрестком встречи литераторов — сновидческая, быть может, отчасти галлюцинаторная практика («Я бреду по одной из улиц Ленинграда с целью познакомиться с вдовой Рембрандта, живущей в коммунальной квартире»).

Наконец, в книге выразительно показан патологический дуализм советского общества 1960-х, в котором сожительствовали два мира: мир разочарованных пролетариев, официальной интеллигенции, неусыпных чекистов и чиновников в «пирожке на башке» — и мир иных людей.

Иных по внешнему виду, по взглядам, по образу жизни, по мышлению и духу. Шемякин сразу же присоединился ко вторым.

Он подробно описывает этапы своего «крестного пути» инакомыслящего, повествуя об изгнании из художественной школы, о насильственном психиатрическом лечении, о христианском странничестве и отшельничестве, о работе такелажником в Эрмитаже, о попытках художественной практики в андерграунде. Свое­образным символом окружавшей автора эпохи представляются хранившиеся в запасниках Государственного Эрмитажа портреты императоров, императриц, сановников, изуродованные революционными массами.

Михаил Шемякин проиллюстрировал свою книгу, изобразив среди персонажей и самого себя. Фото: АСТ
Михаил Шемякин проиллюстрировал свою книгу, изобразив среди персонажей и самого себя.
Фото: АСТ

В этой книге Шемякин уделил не так много внимания своему художественному методу, идеям и практике. Кое-что написано о предпосылках и влияниях. Скорее всего, случай с крысами, сожравшими военный паек семейства, но оставившими маленькому Мише сладости, стал прологом шемякинских «Щелкунчиков».

Вероятно, творчество пациента психиатрических клиник Винсента ван Гога стало определяющим для жертвы советской принудительной психиатрии («Временной поток будущего окутал мое сознание, а временной поток прошлого, несущий опыт долгих поисков, откровений и находок Великого Мастера, пронзил и озарил мое внутреннее существо»).

Михаил Шемякин не склонен был уповать на свой талант и не ощущал уверенности в его силе. Именно эта неуверенность и порожденное ею беспокойство, помноженные на неустанный труд, способствовали творческим достижениям. «Я пришел к удачным и важным разгадкам и решениям в области техники живописи — укрупненным фактурам, технике плоскостной поверхности, и пришел к литографии, офорту, гальванике».

Художник вплотную подступил к идее метафизического синтетизма, а мемуарист — ко второй книге воспоминаний.  

Самое читаемое:
1
Сергей Ястржембский: «Я хочу показать, что наивное искусство — это универсальное явление»
Экс-пресс-секретарь президента и дипломат впервые публично предстает в амплуа коллекционера наивного и примитивистского искусства. В галерее Sistema покажут около 120 полотен и скульптуру — от африканских артефактов до картин Павла Леонова
10.11.2026
Сергей Ястржембский: «Я хочу показать, что наивное искусство — это универсальное явление»
2
Особняк Рябушинского, который построил Шехтель и где жил Горький, ждет обновление
Началась разработка проектно-сметной документации капитального ремонта музея-квартиры Максима Горького в Москве — шедевра русского модерна авторства Федора Шехтеля
10.11.2026
Особняк Рябушинского, который построил Шехтель и где жил Горький, ждет обновление
3
Пушкинский музей объявил выставочные планы на 2027 год
Нас ждут экспозиции про коптский Египет, живопись Штейнберга, создание ГМНЗИ и привозной проект из Китая
16.11.2026
Пушкинский музей объявил выставочные планы на 2027 год
4
Самый мемный банан в истории искусств впервые покажут в России
Дом культуры «ГЭС-2» ознаменует свое пятилетие выставкой «Вещи, идолы, бананы», где главным хитом станет произведение, знакомое даже людям, от искусства весьма далеким, — это «Комедиант» Маурицио Каттелана
11.11.2026
Самый мемный банан в истории искусств впервые покажут в России
5
В Третьяковской галерее чествуют Льва Бакста
Выставка к 160-летию художника освещает основные направления его творчества: участие в объединении «Мир искусства», сотрудничество с «Русскими сезонами» Дягилева, а также деятельность в области моды, дизайна и журнальной иллюстрации
10.11.2026
В Третьяковской галерее чествуют Льва Бакста
6
Живопись впечатлений на фоне парижской разрухи
В книге Себастьяна Сми, посвященной рождению импрессионизма, подробно описаны исторические события, в том числе ужасные, свидетелями которых стали Эдуард Мане и Берта Моризо. А заодно рассказано о страстной дружбе этих двух художников
13.11.2026
Живопись впечатлений на фоне парижской разрухи
7
Из Владикавказа в Мюнхен и обратно: новый взгляд на Махарбека Туганова
Свежие исследования связывают Туганова, ставшего классиком советского искусства на региональном — кавказском — уровне, с кругом немецких экспрессионистов, что влияет на восприятие его творчества
12.11.2026
Из Владикавказа в Мюнхен и обратно: новый взгляд на Махарбека Туганова
Подписаться на газету

Сетевое издание theartnewspaper.ru
Свидетельство о регистрации СМИ: Эл № ФС77-69509 от 25 апреля 2017 года.
Выдано Федеральной службой по надзору в сфере связи, информационных технологий и массовых коммуникаций (Роскомнадзор)

Учредитель и издатель ООО «ДЕФИ»
info@theartnewspaper.ru | +7-495-514-00-16

Главный редактор Орлова М.В.

2012-2026 © The Art Newspaper Russia. Все права защищены. Перепечатка и цитирование текстов на материальных носителях или в электронном виде возможна только с указанием источника.

18+