Старый собор Парижской Богоматери получается как новенький

Когда в ночь с 15 на 16 апреля 2019 года вспыхнул культовый во всех смыслах собор Парижской Богоматери, казалось, все — мир потерял один из главных памятников истории, воспетый Виктором Гюго в его бессмертном романе. Когда президент Франции Эмманюэль Макрон пообещал, что Нотр-Дам-де-Пари будет восстановлен к 2024 году, мало кто верил, что возможно справиться с таким масштабом разрушений, тем более что во время пожара обрушились своды и знаменитый шпиль. Тем не менее команда реставраторов, а это более 500 человек, приближается к финалу своей работы, и уже ясно, что в этом году собор вновь будет доступен верующим и туристам. Причем не позднее открытия летней Олимпиады в Париже, которое состоится 26 июля. Впрочем, пока не ясно, успеют ли все закончить к 16 апреля, как планировалось. В этот день, спустя ровно пять лет после пожара, собирались устроить мессу и спеть христианский гимн Te Deum.

Перед Новым годом команде реставраторов под кураторством Филиппа Жоста, но уже без генерала Жан-Луи Жоржелена, который с самого начала отвечал за восстановление собора, но трагически погиб в августе 2023-го во время восхождения в горы на перевале Фостен (Пиренеи), удалось сделать главное. А именно — восстановить деревянный каркас сводов, который из-за сложного устройства величают «лесами», и водрузить 96-метровый шпиль, увенчанный золотым крестом и фигурой галльского петуха. Ради этого по всей Франции в реликтовых заповедниках рубили многовековые дубы. Некоторые из них прибыли в Париж из королевского леса Берсе, что в долине реки Луары. Возможно, пейзаж с ними видел еще Людовик XIV, чья статуя находится в хоре собора Парижской Богоматери.

Реставраторы постарались, чтобы на Рождество новый шпиль оказался на своем месте, и это и правда воодушевило парижан. Было принято решение восстановить его в варианте Эжена Виолле-ле-Дюка, который занимался обновлением собора в ХIХ веке и под руководством которого в 1859 году на месте первого утраченного шпиля 1220–1230-х годов был возведен новый. Теперь его покрыли свинцом по старым технологиям. Особое внимание уделили декоративным элементам в виде изогнутых готических крючков и фигур орлов, которых называют «великими герцогами». «Стражей» шпиля всего восемь.

Кстати, прямо перед пожаром скульптуры святых, исторических деятелей Франции, самого вольного архитектора, его помощников и меценатов, спонсировавших «реставрацию» (пишем в кавычках, ибо метод Виолле-ле-Дюка далек от современных понятий о сохранении старины), были сняты с крыши ради подновления, благодаря чему не пострадали. Как раз сейчас их возвращают на привычные места.

В соцсетях собора команда каждые несколько дней отчитывается о последних достижениях, при этом многие детали остаются не ясны. Так, на кадрах от 18 марта видно, как одну из фигур поднимают на крышу, чтобы установить у подножия шпиля. На «лесах» сейчас активно работают мастера-каменотесы, которые доводят до совершенства новые и уцелевшие конструкции, венчающие башни нефа. Внутри собора трудятся реставраторы по дереву и металлу.

Вся мебель была уничтожена огнем. Восстановить ее взялся французский дизайнер Гийом Барде, которому предстояло сделать алтарь, амвон, кафедру с сиденьями, скинию и баптистерий. Исторические элементы воссоздаются приближенными к утраченным историческим оригиналам, но часть элементов — в авторском стиле, отражающем красоту жизни в литургическом ее понимании. Вместе они, по мысли дизайнера и реставраторов, образуют единый визуальный ансамбль. Еще не известно, каким будет алтарь, который не раз менял свой облик за долгую жизнь собора, — интрига сохранится до последнего.

В первых числах марта началась расчистка мраморного мозаичного пола. До того он был покрыт специальной тканью, которая защищала исторические плиты во время основных строительных работ. Реставраторы заполняют обнаруженные трещины специальным раствором и полируют камни, уложенные в древнеримской технике opus sectile.

Одним из самых острых стал вопрос остекления. Источником света в соборе Парижской Богоматери служат 110 витражных окон. Особенность витражных стекол в том, что снаружи они малозаметны и почти сливаются со стенами. Всю красоту художественного изображения можно оценить, находясь внутри. До пожара в Нотр-Дам-де-Пари сохранялись витражи как времен Средневековья и Возрождения, так и более позднего периода — XIX и XX веков. Три больших круглых окна над входами — так называемые «розы», олицетворяющие цикличность жизни и круговорот времени, — были созданы в XIII веке при Людовике Святом. К счастью, именно их пожар оставил почти нетронутыми. Часть витражей пострадала во время Французской революции и была заменена новыми: под началом Виолле-ле-Дюка ризница пополнилась свежими цветными окнами с 18 сценами из жизни святой Женевьевы, покровительницы Парижа.

Парижская епархия во главе с архиепископом Лораном Ульрихом решила добавить витражи на сюжеты современной истории. Новых сюжетов будет шесть. Их планируется установить в одной из боковых часовен нефа. В 2020 году эта идея вызвала бурное негодование специалистов — комиссия по национальному наследию и министр культуры высказались против замены исторических витражей, ссылаясь на Венецианскую хартию по вопросам сохранения и реставрации памятников и достопримечательных мест. Однако в итоге архиепископ настоял на своем. Но нюансы этого тонкого вопроса так и не были озвучены. То же с бронзовыми колоколами, коих в соборе Парижской Богоматери десять. Большинство из них и до пожара не раз меняли. Некоторые заменил Виолле-ле-Дюк в ХIХ веке, другие обновлены в ходе реставрации 2012 года. Все они не пережили страшную апрельскую ночь 2019 года. Но колокола подробно описаны в разных источниках, так что воссоздать их не так сложно.

Еще до своей трагической гибели генерал Жан-Луи Жоржелен сказал, что парижане не узнают собор, когда войдут в него после реставрации, имея в виду то, что реставраторы не только заменяют утраченные элементы, но в первую очередь снимают со стен и всего сохранившегося убранства несколько слоев многолетней копоти и грязи. Впрочем, собор явно поразит не только чистотой. Очевидно, что в какой-то мере нынешняя команда работает в вольной манере Виолле-ле-Дюка. Однако оценить все нюансы можно будет только после завершения работ.