18+
Материалы нашего сайта не предназначены для лиц моложе 18 лет.
Пожалуйста, подтвердите свое совершеннолетие.
Международный и российский музейный рейтинг 2024

Относительно народный художник

Эпохи сменяют друг друга редко и с трудом, а времена — довольно часто и почти незаметно. То, что живописец Дмитрий Жилинский олицетворял собой именно эпоху, а не какие-то быстротекущие «времена», было понятно задолго до его кончины. Однако тут не обошлось без парадокса: олицетворяя, он своей эпохе мало в чем следовал, даже если иметь в виду магистральные направления. Моды и тренды — что официозные, что «левые», что андерграундные, — оставляли его равнодушным. По крайней мере с начала 1960-х, то есть с приходом той поры, которую принято именовать «творческой зрелостью», Жилинского трудно было заподозрить в заигрывании с актуальностью.

Тем удивительнее, что круг его «безыдейных» сюжетов, архаизирующая манера и технология (он писал темперой по левкасу на доске — впрочем, мог и на оргалите, и на ДСП, что не меняло сути взятого принципа) оказались чрезвычайно уместны в тогдашней современности. Впоследствии, не разобравшись толком в особенностях персонального феномена, его причислили к родоначальникам «сурового стиля» — якобы такая формулировка что-то объясняет. Но она лишь запутывает вопрос, поскольку этот художник, состоя с некоторыми из «суровых» в дружбе и обретаясь с ними на одном «идейном фланге», реального отношения к помянутому стилю не имел. Успех Жилинскому принесла совсем другая волна — куда менее шумная, заметная и понятная.

Тяготение к медитативной созерцательности представляется тем признаком эпохи, который взялся обозначить и выразить этот живописец. Признак, конечно, не самый яркий и распространенный, зато глубинный. Вспомнить хотя бы фильмы Андрея Тарковского, они ведь тоже в немалой степени инспирированы потребностью вдумчивого созерцания. Развивать сравнение нет смысла: эти два художника впрямую не сопоставляются, речь лишь об истоках авторской интонации. Благородная меланхолия, разлитая в произведениях Жилинского, — это, пожалуй, отчасти бессознательная, отчасти вполне осознанная реакция на подспудный запрос эпохи «после Сталина». Не самый массовый запрос, разумеется, и тем не менее. Довольно уже борьбы за урожай, побед индустрии и ожиданий светлого будущего; незачем вливать молодое вино в ветхие мехи, пытаясь модернизировать соцреализм под свежесочиненные лозунги любого рода. Важен только человек перед лицом вечности.

Сын и внук расстрелянных «контрреволюционеров» не стремился к очередной революции в искусстве, однако его синтетическая ретроманера с отзвуками древнерусской иконописи и живописи Уччелло, Мантеньи, ван Эйка и Кранаха многими воспринималась как новое слово и даже откровение. Правда, это слово никак не соотносилось с заграничными веяниями, которые в России с относительно давних пор формировали само понятие новизны. Дмитрий Жилинский решительно отринул сталинскую эстетику, но в поисках собственных рецептов пренебрег и наследием авангарда, и исканиями более пылких ровесников-соотечественников, и опытом современного ему Запада. Про ташизм или поп-арт и говорить нечего, но даже если попытаться поставить его мысленно в один ряд со значимыми послевоенными живописцами-фигуративистами вроде Дэвида Хокни, Люсьена Фрейда или хотя бы Ренато Гуттузо, весьма привечаемого в СССР, то Жилинский в подобный ряд не встраивается. Его язык интернационален с позиций мировой культуры, но говорил он не о том, чего ожидали бы от современного автора европейцы или американцы. Зато советские зрители его хорошо понимали — а может, только думали, что понимали. При всей эффектности и декоративности, картины Жилинского отнюдь не просты — ни сюжетно, ни пластически, ни аллегорически, ни эмоционально. Он изощренно конструировал пространство, комбинируя линейную перспективу с обратной, вводил многозначительные детали, особенно сильные в отсутствие «воздуха» — это был тоже намеренный прием. И уж точно не просты его персонажи, кем бы они ни были в действительности. Отрешенными от суеты и погруженными в диалог с вечностью кажутся даже спортсмены на знаменитой картине «Гимнасты СССР».

Если и записывать Дмитрия Жилинского в родоначальники чего-либо, то все-таки не «сурового стиля», а «карнавализма» 1970-х. Тоже сугубо местное явление, вне международной конъюнктуры, но страница такая в нашей истории искусства есть, и нисколько не позорная. Его самого к «карнавалистам» едва ли отнесешь, однако у Жилинского учились и Татьяна Назаренко, и Наталия Нестерова. Большинство его студентов всегда с приязнью вспоминали «Дим Димыча», он был из числа важных, «формообразующих» преподавателей Суриковского института. И академиком был, конечно, и народным художником, и лауреатом Госпремии. И еще, как свидетельствуют устные мемуары, порядочным человеком, что для искусствознания не столь существенно, а для культуры в целом — все-таки да.

Самое читаемое:
1
В Русском музее открылась выставка работ, подаренных коллекционером Владимиром Некрасовым
Выставка, которую ждали почти пять лет, открылась в Корпусе Бенуа. Существенную часть вещей, пополнивших собрание ГРМ, составляют работы художников, чьих произведений в фондах музея до сих пор не было
10.06.2024
В Русском музее открылась выставка работ, подаренных коллекционером Владимиром Некрасовым
2
Образы дореволюционной дольче вита проявили в Музее русского импрессионизма
Выставка «Журнал красивой жизни» посвящена «России, которую мы потеряли», только вместо хруста французской булки — Бакст, Коровин и Фешин
20.06.2024
Образы дореволюционной дольче вита проявили в Музее русского импрессионизма
3
Пушкинский покажет «Три времени Рима»
Выставка в Государственном музее изобразительных искусств им. А.С.Пушкина, посвященная архитектуре Вечного города в исторической гравюре, стала первым кураторским проектом нового директора музея Елизаветы Лихачевой в этих стенах
11.06.2024
Пушкинский покажет «Три времени Рима»
4
Надежда Плунгян: «Наши москвички — женщины отважные, и одновременно у них очень тяжелый личный опыт»
В Музее Москвы идет выставка «Москвичка. Женщины советской столицы 1920–1930-х». Мы поговорили с ее сокуратором Надеждой Плунгян о создании этого и других проектов, написании книг, а также об особенностях восприятия гендера в России сегодня
17.06.2024
Надежда Плунгян: «Наши москвички — женщины отважные, и одновременно у них очень тяжелый личный опыт»
5
Куратор Марина Лошак открывает выставку о любви Иосифа Бродского к Китаю
Экспозиция в музее «Полторы комнаты» из подлинных восточных предметов выстроена вокруг стихотворения «Письма династии Минь» и семейных воспоминаний Бродских
19.06.2024
Куратор Марина Лошак открывает выставку о любви Иосифа Бродского к Китаю
6
Вихрь и звон русской ярмарки в Нижнем Новгороде
Два главных символа Нижнего Новгорода — стрелка Волги и Оки и знаменитая ярмарка — объединились в выставке Нижегородского государственного художественного музея «Русская ярмарка. Торг. Гулянье. Балаган»
30.05.2024
Вихрь и звон русской ярмарки в Нижнем Новгороде
7
Картины-фьючерсы, золотое метахранилище и заведомые шедевры: что интересного на ярмарке 1703
Третья ярмарка искусства 1703 открылась в Санкт-Петербурге. Более 40 галерей представляют разные направления современного искусства и векторы коллекционирования — от академической живописи до фиджитал-арта и дизайна
06.06.2024
Картины-фьючерсы, золотое метахранилище и заведомые шедевры: что интересного на ярмарке 1703
Подписаться на газету

Сетевое издание theartnewspaper.ru
Свидетельство о регистрации СМИ: Эл № ФС77-69509 от 25 апреля 2017 года.
Выдано Федеральной службой по надзору в сфере связи, информационных технологий и массовых коммуникаций (Роскомнадзор)

Учредитель и издатель ООО «ДЕФИ»
info@theartnewspaper.ru | +7-495-514-00-16

Главный редактор Орлова М.В.

2012-2024 © The Art Newspaper Russia. Все права защищены. Перепечатка и цитирование текстов на материальных носителях или в электронном виде возможна только с указанием источника.

18+