Портреты жен художника

Названная художественно-поэтическим сборником книга «Раиса Идельсон. Безмолвный поэт» составлена из стихотворений, которые эта прекрасная женщина писала всю жизнь, но никогда не публиковала, а также ее дневниковых записей, статей и воспоминаний о ней. Материалы собраны внучкой героини Алисой Лабас, дочерью сына Раисы Идельсон (1894–1972) от второго брака — с художником Александром Лабасом (1900–1983). Так что книга эта семейная, и сделана она с большой любовью.

Второй брак Идельсон был недолгим, а любила она всю жизнь своего первого мужа, художника Роберта Фалька (1886–1958). Познакомилась с ним во время учебы во ВХУТЕМАСе, вышла за него замуж в 1922-м, через четыре года уехала с ним в Париж, но вернулась оттуда одна: длившийся девять лет союз распался. «Мой друг, мой друг, мне сны не снятся, / Я в четкой трезвости сгораю наяву, / И если я с тобой смогла расстаться — / Не спрашивай, как я живу».

Идельсон боготворила Фалька как художника и посвятила ему не одно стихотворение. «Он кисти касаньем / И цвета аккордом / Рождает пространство, / Движенье и форму» — поэтическое, но точное описание живописного метода художника, именно так он преподавал ученикам. «Не отдельные предметы создают картину, а взаимосвязь предметов и всего того пространства, в котором они находятся и в котором вы их видите», — в дневнике времен учебы во ВХУТЕМАСе Идельсон подробно пересказывала все наставления Фалька. А цитируемое стихотворение продолжает так: «Блуждаешь ты где-то, / Но Фалька рука / Сковала из цвета / Тебе двойника».

Она была моделью для многих и лучших портретов кисти художника: «Женщина в белой повязке», «Женщина, лежащая на тахте под портретом Сезанна», «Девушка у окна». Книга наполнена картинами и рисунками Фалька, работами самой Идельсон, семейными фотографиями.

Фальк был главным героем ее жизни. Она виделась и переписывалась с ним до последних его дней, сохраняя юношеский восторг и трепет. Но героиня книги все же она сама. Профессиональная судьба ее сложилась не слишком удачно. Она работала в театре, преподавала, служила в Пушкинском музее, но жизнь в стране менялась, отношение к искусству тоже. Наступили времена борьбы с формализмом и космополитизмом, и Раиса Идельсон посвятила себя заботе о сыне и сестре — актрисе Александре Азарх-Грановской. Хотя интенсивную интеллектуальную жизнь не прекращала, писать стихи продолжала тоже.

«Она очень талантливая была, очень умная, но вся ее энергия уходила на беспокойство о любимых людях», — так охарактеризовала Раису Идельсон Ангелина Щекин-Кротова (1910–1992), четвертая жена и идеальная вдова Роберта Фалька, хранительница и распорядительница его наследия. Книга «Рядом с Фальком» — это отредактированная расшифровка ее устных воспоминаний, записанных литературоведом Виктором Дувакиным, объединенная с воспоминаниями Алексея Тимофеева, ее племянника.

Такое смешение и перевод устной речи в письменную не поспособствовали литературному качеству книги: она рыхлая, с повторами. Память иногда подводила Щекин-Кротову, а в оценке людей она не была объективна. Визиты в ее дом Виктора Шкловского с женой или кинорежиссера Микеланджело Антониони описаны весьма саркастично. Зато в ее мемуарах можно найти много такого, чего не сыщешь в серьезных книгах: бытовых подробностей о людях и событиях, да и сплетен. Пассаж о том, как Фальк любовно ел картошку, трогает до слез.

Как и Идельсон, она боготворила и обожала Фалька. Благодаря безудержной любви к мужу и верному ему служению Щекин-Кротова смогла не только сохранить его наследие, но и передать работы во многие советские музеи. Что потребовало незаурядной энергии и самоотречения. И она в основном дарила картины, а если продавала, то за минимальную цену — лишь бы взяли.

Она познакомилась с Фальком в 1939 году, прожила с ним тяжелые 19 лет, причем была единственным кормильцем в семье. Художник вернулся из Парижа в 1937-м, зная о репрессиях в стране, но решил, что пусть его посадят, зато картины будут в музеях. Его не посадили. Картины в музеи не брали: формалист. Но он все равно их писал — «как пролетарий, как поденщик». Если случались редкие продажи, то Фальк помогал бывшим женам, сыну от первого брака и сыну Идельсон. И это только восхищало Щекин-Кротову: «Я просто удивляюсь силе Фалька, силе его духа, выносливости и его человечности». Она признавалась, что сама не была доброй, но должна была поступать, как он, ради него и тоже всю жизнь всем помогала.

О характере этой женщины, о том, каких сил и нервов стоило ее подвижничество, свидетельствует такой рассказ. После разгрома Никитой Хрущевым в 1962 году выставки «30 лет МОСХ» к ней начали ходить толпы людей. Как известно, глава партии поиздевался над «Обнаженной» Роберта Фалька, так что одни визитеры выражали Щекин-Кротовой всяческое сочувствие и приносили цветы, а вот некоторые из друзей упрекали ее в том, что, показав картину, она дала повод для новых гонений на художника, к тому времени уже умершего. «В конце концов до того меня довели, что я одну ученицу Фалька, довольно нагловатую, стала душить».