Утраченное искусство: фрески Тициана и Джорджоне в Фондако деи Тедески в Венеции

Мы могли бы назвать их «невидимыми шедеврами», потому что эти произведения искусства давно исчезли. Но их присутствие ощущается во влиянии на тех, кто их видел, иногда столетия назад. Фрески, которые когда-то украшали венецианское палаццо Фондако деи Тедески, находятся в ряду таких произведений.

Фондако деи Тедески можно перевести как «Немецкое подворье» (Tedeschi по-итальянски — «немцы»): на первом этаже вели дела купцы из Германии, здесь же были и жилые помещения, остановиться в которых одновременно могло до 160 человек.

Палаццо, каким мы его знаем сегодня, было возведено в 1508 году — более ранняя, 1228 года, постройка сгорела. В год завершения строительства на фасаде, обращенном к Большому каналу, ослепительный цикл фресок написали молодые венецианские художники Тициан и Джорджоне (которым было тогда 20 и 30 лет). Стоит отметить, что здание дошло до наших дней в сильно измененном виде: в ХХ веке в нем находилась итальянская почта, а несколько лет назад, после реконструкции по проекту Рема Колхаса и его бюро OMA, здесь был открыт самый роскошный универмаг в городе на воде — Fondaco dei Tedeschi.

Но вернемся к Тициану и Джорджоне: они были восходящими звездами, выходцами из мастерской лучшего из всех венецианских художников Джованни Беллини. Их судьбы объединила работа в Фондако, однако дальше они сложились совершенно по-разному.

Джорджоне умер через два года от чумы. Он успел написать не так много работ, из них сохранилось менее 20, хотя точное число варьируется в зависимости от того, какого именно искусствоведа вы спрашиваете. Поэтому все, что сделал Джорджоне, — очень ценно, гораздо более ценно, чем работы плодовитого долгожителя Тициана, который дожил почти до 90 лет и на протяжении десятилетий был владельцем большой и процветающей мастерской.

Отношения между Джорджоне и Тицианом окутаны тайной. Некоторые даже предполагают, что Джорджоне, возможно, никогда не существовал и это был псевдоним Тициана. Однако это лишь предположения, все же Джорджоне был достаточно известным художником в то время, когда расписывался Фондако. Когда он умер (вероятно, в октябре 1510 года), Тициан закончил несколько его произведений (какие именно и в какой степени — остается предметом горячих обсуждений среди ученых). Таким образом, наследие этих двоих неразрывно связано, но нигде так тесно, как в цикле фресок, которые мы больше не можем видеть из-за безжалостной венецианской сырости. Влажность в Венеции такая, что штукатурка, на которой они были написаны, начала отслаиваться в течение нескольких десятилетий после завершения работы над росписью. В 1550 году Вазари писал: «Я не знаю ничего более вредного для фрески, чем сирокко, особенно рядом с морем, где он несет с собой соленую влагу».

В 1966 году то, что осталось от фресок, было снято и перенесено в безопасное место в галерее, где ученые пытались восстановить из этих фрагментов полный цикл. Как это часто бывает с искусством эпохи Возрождения, первым источником стали «Жизнеописания» Вазари. Он описывает центральное изображение над главным входом в Фондако как сидящую женщину с мечом и отрубленной головой великана (возможно, Юдифь с головой Олоферна), «говорящую с немцем, стоящим ниже нее». Гравюра XVII века, якобы основанная на фреске, также показывает немца, одетого в доспехи и скрывающего кинжал за спиной. (Интересно, какое послание зашифровали здесь немецкие купцы, если это действительно было главное изображение над центральным входом в их хранилище.) И есть также безмятежная и элегантная Юдифь с головой Олоферна кисти Джорджоне, написанная в 1507 году и хранящаяся теперь в Эрмитаже, которая может быть связана с фреской.

Над сидящей женской фигурой, которая также могла быть аллегорией Германии (все эти образы открыты для интерпретации), были пара обнаженных женщин, фигура с головой льва и путто с коротким посохом в руках, написанный в окружении яблок.

По еще одной версии, фрески отсылают к двенадцати подвигам Геракла, и в таком случае сидящая женщина — это Алкмена, мать героя, отрезанная голова — это голова его двоюродного брата Еврисфея, лев — это Немейский лев, путто — это на самом деле Меркурий, яблоки относятся к яблокам Гесперид, и так далее. Это блестящая идея, но стопроцентного подтверждения у нее быть не может — у нас слишком мало доказательств. Остатки фресок слишком фрагментарны, гравюры неполны или малодостоверны, а описания (например, Вазари) должны восприниматься критически, поскольку мы не знаем, насколько они полны или точны. Понятно лишь, что роспись распространялась на весь фасад Фондако, составляла единое целое с архитектурными деталями и включала тромплеи — обманки.

Акварелист XIX века Заккариа даль Бо сделал наброски с фресками, которые получились атмосферными, но без деталей, возможно, потому что к тому времени сами фрески уже были слишком бледны.

После завершения строительства и росписи Фондако деи Тедески стало венецианским чудом, а о фресках говорили по всему городу. Они укрепили репутацию Джорджоне и помогли открыть Тициана, в то время 20-летнего юношу. Теперь мы можем называть их одним из величайших невидимых шедевров.

• Ноа Чарни (р. 1979) — искусствовед, специалист по преступлениям, связанным с искусством, автор романа-бестселлера «Похититель искусства» (2007), книг «Кражи „Моны Лизы“: о похищениях самой знаменитой в мире картины» (2011) и «Похищение Агнца Божьего» (2010) о Гентском алтаре