18+
Материалы нашего сайта не предназначены для лиц моложе 18 лет.
Пожалуйста, подтвердите свое совершеннолетие.
Пожалуйста, подтвердите свое совершеннолетие.
«Косая линия Бахметьевского гаража и кривая Рязанского гаража, их острая выразительность, первая — обязана прямоточной системе, и вторая — экономности эксплуатации земли, то есть красота этих двух не похожих друг на друга зданий рождена праздником будней».
Константин Мельников, 1965
Гараж на Новорязанской улице — знаковый проект Константина Мельникова, архитектора-новатора, чьи эксперименты во многом определили язык авангарда. Когда в середине 1920-х годов проектировали этот гараж, автомобиль был для архитектуры совершенно новым героем. Москва стремительно наращивала автопарк, но готовых решений, каким должно быть место хранения автомобиля, не существовало. Одним из тех, кто взялся их искать, стал именно Константин Мельников. Его интересовало не просто здание, а само движение. Архитектор скрупулёзно рассчитывал траектории, экспериментировал со схемами въезда, выезда и расстановки. Первым воплощением этих поисков стал Бахметьевский гараж, где Мельников применил придуманную им прямоточную систему движения без использования задней передачи. Следующим — гараж на Новорязанской. Здесь небольшой треугольный участок поставил перед Мельниковым новую задачу — от собственного принципа пришлось отказаться и искать другое решение. Так появилась знаменитая подкова — форма здания, точно вписанная в границы отведённой территории.
Своим выразительным обликом гараж во многом обязан функции. Длинные ленты остекления давали максимум естественного света и позволяли экономить электричество. Углы корпусов, обращённые во двор, скосили, чтобы многотонным грузовикам было легче маневрировать. Даже характерные килевидные выступы на фасаде имели практический смысл: они упрощали выезд машин из гаража. Этой же логике подчинено пространство манежа: 54 металлические фермы опираются только на внешние стены, дополнительных опор внутри нет. Ничто не мешало движению машин, а изгиб здания, благодаря этому решению, раскрывался в изящной скользящей перспективе.
Гараж на Новорязанской строили специально для грузовых автомобилей Büssing Московского коммунального хозяйства. Их задачей было обеспечивать повседневные нужды растущего города — от перевозки строительных материалов до обслуживания крупнейших городских проектов. «Бюссинги» доставляли кирпич для строительства гостиницы «Москва», участвовали в реконструкции завода ЗИС и возведении новых московских гаражей, вывозили грунт из шахт строящегося метро. Очень скоро гараж, рассчитанный на 120 машин, перестал вмещать весь парк. Машины приходилось ставить во дворе и вдоль внешнего контура здания; появились первые стихийные пристройки.
Ежедневная работа грузовиков требовала постоянного обслуживания и ремонта, поэтому важной частью гаража стал отдельный корпус мастерских. Его проект архитекторы искали почти два года. Известно о четырёх вариантах здания, три из которых принадлежали Константину Мельникову. К проектированию реализованного варианта, вероятно, был причастен архитектор Московского коммунального хозяйства Павел Моргунов, упоминавший гараж среди своих работ. В ходе эксплуатации корпус неоднократно перестраивали. Была утрачена первоначальная расстекловка, исчез световой фонарь над мастерскими. Во время реставрации эти элементы воссоздали по архивным чертежам, вернув корпусу исторический облик и предусмотренное проектом естественное освещение.
В октябре 1941 года гараж на Новорязанской сменил специализацию: здесь организовали авторемонтный завод № 5. Его главной задачей стали ремонт фронтовых грузовиков ЗИС-5 и выпуск передвижных мастерских. После войны предприятие переключилось на капитальный ремонт пассажирских автобусов ЗИС-8 и ЗИС-16 и выпуск первых серийных самосвалов СМ-1. Их производство объединило сразу несколько московских предприятий: одни отливали детали гидропривода, другие собирали кузова и элементы трансмиссии, а окончательная сборка проходила на Новорязанской. В 1948 году эта страница истории гаража была перевёрнута: часть оборудования АРЗ-5 передали новому 4-му автобусному парку.
Ещё одна выразительная деталь исторического здания — ворота. Всего их было 20. Шесть ворот манежа со стороны Чичкина переулка (до 1920-х годов соединял Ольховскую и Новорязанскую улицы) предназначались для въезда, четыре со стороны Новорязанской улицы — для выезда. Ещё восемь располагались по внутреннему и внешнему радиусам. Двое ворот мастерских служили для заезда грузовиков на ремонт. Размеры проёмов определяло назначение здания: через них должны были свободно проезжать многотонные машины. Однако высоту заложили с чрезмерным запасом — массивные створки под собственным весом провисали и переставали плотно смыкаться. За десятилетия многие ворота заложили, а облик сохранившихся изменился. В ходе реставрации исторические проёмы раскрыли, а утраченные ворота воссоздали, вернув фасадам задуманную Мельниковым композицию.
В 1948 году началась самая продолжительная глава в истории гаража: здесь разместился 4-й автобусный парк. За последующие десятилетия менялся сам транспорт, а вместе с ним и требования к его обслуживанию. Сочленённые Ikarus-280 были значительно крупнее грузовиков 1920-х годов, для которых проектировался гараж. На месте бывшего Чичкина переулка возвели два корпуса технического обслуживания; в манеже появились смотровые канавы, перегородки и новое ремонтное оборудование. Центральную одноэтажную часть мастерских надстроили ещё одним этажом; вход во внутренний двор перегородило здание проходной. Между историческими корпусами возводили новые постройки, постепенно приспосабливая весь комплекс к работе автобусного парка.
Многолетняя эксплуатация оставила заметный след на архитектуре гаража. Предусмотренное Мельниковым наклонное остекление кровли пришлось изменить: зимой на стёклах образовывались сосульки. В 1960-е годы была утрачена историческая расстекловка фасадов, большие поверхности остекления заменили стеклоблоками. Часть оконных и дверных проёмов заложили; на фасадах появились инженерные коммуникации; к историческим корпусам примкнули поздние пристройки. Постепенно лёгкие протяжённые фасады гаража становились всё менее узнаваемыми, а многие детали первоначальной архитектуры скрылись за позднейшими переделками.
Экспозиция первого этажа выстроена хронологически — от извозчиков XIX века до беспилотных автомобилей и кикшеринга. Сквозная метафора — путь, одновременно обозначающий маршрутную сеть Москвы и развитие самого города, техники и транспортной системы. Шесть тематических зон показывают, как менялась Москва вместе с транспортом.
Минус первый этаж посвящён Московскому метрополитену и позволяет увидеть его «закулисье» — процессы и инженерные решения, которые обычно остаются незаметными для пассажира. Ещё на стадии сооружения этажа туда были спущены шесть метровагонов и один мотовоз, реставрация которых продолжилась под землёй.
Согласно проекту архитектурного бюро «Меганом» Юрия Григоряна и мастерской «Фаросъ» здание избавилось от поздних пристроек, а многие оригинальные детали были восстановлены по архивным чертежам. Под исторической подковой появился подземный этаж глубиной 7 м. Там разместились постоянная экспозиция, зал временных выставок и кафе. На месте бывшей котельной расположился ресторан «Брик»; там же нашёл место архивно-библиотечный центр музея.
Комплекс пополнился двумя новыми зданиями. Чтобы обеспечить вход в экспозицию, не занимая ни метра исторических пространств, выше по улице появилось низкое здание, облицованное чёрным кирпичом, — входная группа музея. Через него посетители попадают на подземный этаж, а затем в экспозицию. Треугольное в плане здание — по словам Юрия Григоряна — является оммажем Мельникову, который неоднократно использовал эту форму в своих проектах. Другое здание — «Автолаборатория» (на этот раз пятиугольной формы) — предназначено для реставрационной мастерской, музейного детского центра и инженерной школы «Фаза». До него посетители могут дойти через сад, разбитый вокруг музейного комплекса.
